Граф Ио́сиф Миха́йлович Виельго́рскийдореф. (Вьельго́рский; ЦГИА СПб. ф.19. оп.111. д.184-1. с. 133. Метрические книги церкви Вознесения Господня при Адмиралтейских слободах., Санкт-Петербург — , Рим) — адъютант и камер-паж цесаревича Александра Николаевича. Русский биографический словарь А. А. Половцова., сын Михаила Виельгорского и Луизы Бирон, брат Аполлинарии Веневитиновой, Софьи Соллогуб, Анны Шаховской, племянник Матвея Виельгорского.
Ученик В. А. Жуковского. Друг Н. В. Гоголя, отношениям с которым посвящена неоконченная повесть «Ночи на вилле». Умер молодым от туберкулёза. Гоголь принял самое близкое участие в болезни своего друга и присутствовал при его кончине.
Модель для фигуры обнажённого дрожащего мальчика на картине А. А. Иванова «Явление Христа народу». Предмет миссионерских устремлений З. А. Волконской.
Биография Иосиф происходил из немецко-польской семьи графа Михаила Виельгорского (1788—1856) и Луизы Карловны Бирон (1791—1853). М. Ю. Виельгорский служил в Коллегии иностранных дел, Министерстве народного просвещения, Министерстве внутренних дел, был пожалован в камер-юнкеры двора Его Императорского Величества. Но, помимо государственной службы, отец Иосифа наиболее всего прославился в качестве композитора-дилетанта. В первый брак с Екатериной Карловной Бирон граф Виельгорский вступил в 1812 году, однако уже через год он овдовел, потеряв жену в опустошённой после французского нашествия Москве, где молодые супруги остановились на пути в столицу, и где у Е. К. Виельгорской случились неудачные роды, закончившиеся её смертью. Этот сюжет и описание детски наивной Лизы Болконской (Lise Meinen) в романе «Война и мир» позднее использовал Лев Толстой.
Три года спустя после смерти первой супруги, Михаил Юрьевич решил жениться во второй раз. Его избранницей стала старшая сестра покойной Екатерины Бирон — Луиза Бирон. Брак на близкой родственнице был в православной традиции недопустим, но был разрешён католической церковью. 23 апреля 1816 года молодые тайно обвенчались в православной церкви, однако вскоре обратились ко двору с просьбой разрешить им венчаться по католическим канонам. После обычных в таком случае недоразумений они получили требуемое разрешение и, избегая излишней огласки, в июне 1816 года в одном из храмов Витебской губернии молодые сочетались браком по католическому обряду.
Иосиф был первенцем в семье, он родился 25 февраля 1817 года в Петербурге. Крещен 28 февраля 1817 года в церкви Вознесения Господня при Адмиралтейских слободах при восприемстве дяди Матвея Виельгорского. По-семейному, его называли Отя или Отенька. Имя Иосиф было обычным в семье Виельгорских, незадолго до рождения Иосифа, 5 декабря 1816 года, умер от туберкулёза Иосиф Юрьевич Виельгорский, младший брат отца Михаила Юрьевича. Иосифом звали И. А. Поздеева, духовного наставника графа М. Ю. Виельгорского, влиятельнейшего русского масона, одного из руководителей союза Провинциальной великой ложи, прототипа масона Иосифа Алексеевича Баздеева в романе «Война и мир». Поздеев так откликнулся на рождение юного Иосифа: «Желаю, да сокрушает вас дух благодарности за всё то, что Господь вам соделал, именно: вы желали иметь жену такую, что всё было против вас, но Господь все препятствия от вас отвратил и даровал вам имение довольное и дал ей благополучно разрешиться от бремени и пожаловал вас лучшим рождением, то есть сыном, то видите ли, как Господь к вам благотворит?»
Позднее, кроме Иосифа, в семье родились брат Михаил, сёстры Анна, Аполлинария, Софья. Аполлинария Михайловна (1818—1884), фрейлина, с 1843 года замужем за А. В. Веневитиновым, братом поэта Д. В. Веневитинова. Софья Михайловна (1820—1878), фрейлина, первая жена В. А. Соллогуба. Анна Михайловна (1823—1861), с 1858 года жена князя Александра Ивановича Шаховского (1822—1891). Согласно семейному преданию Виельгорских, в Анну Михайловну был влюблён Н. В. Гоголь, который некоторое время рассчитывал жениться на ней, но, будучи уверен, что графиня Л. К. Виельгорская откажет ему в мезальянсе для своей дочери, своё предложение ей так и не сделал.
Исследователи Екатерина Лямина и Наталья Самовер считают, что вопреки сложившейся легенде о бегстве графов Виельгорских из Петербурга от царской опалы в поместье Луизино Курской губернии, никакой жёсткой опалы не было. Фрейлина Луиза Карловна Бирон-Виельгорская и не помышляла скрывать от государя факт своего «преступного» замужества. Но самовольство и нарушение светских приличий могли быть наказаны менее сурово, если, по мысли Луизы Карловны, в этом своевременно и умело повиниться перед двором. Дети Виельгорских Иосиф и Аполлинария родились в Петербурге, а не в изгнании. Граф Михаил Юрьевич после скандальной женитьбы даже не вышел в отставку, несмотря на то что долгое время не появлялся на службе, таким образом, молодые надеялись на всеисцеляющее время, и их надежды оказались небезосновательны. Луиза Карловна и Михаил Юрьевич покинули Петербург лишь летом 1819 года, но это было не бегство или добровольное изгнание, основной мотив отъезда был экономический: сократить семейный бюджет растущей семьи в более дешёвой для проживания сельской обстановке.
Молодая семья некоторое время жила в селе Фатеевка, Дмитриевского уезда Курской губернии, где располагалось их поместье Луизино. В 1823 году они перебрались в Москву, каждое лето проводя в рязанском имении Сенницы, и хотя въезд в столицу им не был воспрещён, в Санкт-Петербург Виельгорские переехали лишь в 1827 году после формального прощения новым государем Николаем I. В конце концов, старшие Виельгорские были одарёнными придворными музыкантами, а их дом среди современников единодушно считался одним из ведущих музыкальных центров России, «маленьким министерством изящных искусств», как говорил Гектор Берлиоз, и «лучшим приютом для всех музыкальных знаменитостей нашего времени», по мнению А. Н. Серова.
Гоголь был дружен со всем семейством Виельгорских, но в особенности, с Иосифом и Анной.
Образование. Наследник Александр Николаевич Ранние годы мальчика протекали в идиллически-беспечной обстановке загородной помещичьей усадьбы с садом, качелями, боннами, богатой отцовской библиотекой, соседством с именитым князем И. И. Барятинским в царски роскошном имении Марьино, концертами, маскарадами, рождественскими ёлками, бильярдом и т. д. Воспитанием и образованием детей занималась сама графиня Луиза Карловна, видевшая в этом своё исключительное призвание. Она учила Иосифа и Аполлинарию истории, географии, английскому и французскому языку. Помимо этого, с Иосифом отдельно занимался специально нанятый гувернёр. Когда дети подросли, семья поселилась в Царском Селе.
С десяти лет судьба графа Иосифа Виельгорского была тесным образом связана с судьбой наследника русского престола, а познакомились юный Иосиф и будущий император 30 августа 1826 года. В этот день торжественно отмечались именины юного Александра, и на них были приглашены дети приближённых к царской фамилии семейств, в их числе впервые оказались и Виельгорские. Именитые дети играли и веселились с августейшим сверстником на даче А. А. Орловой-Чесменской в Нескучном. Это была первая ступень в будущей карьере Иосифа Виельгорского.
В 1827 году В. А. Жуковский возвратился в Россию, и император Николай I распорядился с осени этого года начать образование Александра Николаевича. Наряду с ним полный курс обучения должны были проходить два сверстника: Александр Паткуль и Иосиф Виельгорский. Всех мальчиков поселили вместе в Зимнем дворце. План воспитательных и образовательных работ, составленный В. А. Жуковским, предусматривал следующий режим дня. Подъём в 6 часов утра. Затем утренняя молитва, завтрак, подготовка к занятиям. Учёба начинались в 7 часов, а заканчивалась в полдень. С 9 до 10 часов утра в занятиях был предусмотрен перерыв. С 12 часов до 14 предполагалась прогулка, затем обед, затем снова прогулка, игры и отдых до 17 часов. С 17 до 19 часов вечерние учебные занятия, с 19 часов до 20 часов — гимнастика и спортивные игры. В 20 часов ужин. После ужина свободное время и писание дневников. В 22 часа сон.
По воскресениям и праздникам вместо учёбы утренние часы отводились назидательному чтению, ручной работе и гимнастике. Жуковский преподавал русский язык, грамматику, начальные понятия по физике и химии. Весною 1828 года совоспитанники переехали из Зимнего дворца в Павловск. В это время наследник, оставшись на какое-то время без родителей, избегал общения с товарищами. Занятия в Павловске продолжались до начала июля, после чего начались итоговые полугодовые экзамены. Они длились четыре дня. По русскому языку и словесности экзаменовал В. А. Жуковский, по французскому языку и географии Ф. А. Жилль, Закон Божий — Герасим Павский, немецкий язык — М. А. Эртель, английский язык — Альфри и польский язык С. А. Юрьевич, арифметика и геометрия — Э. Д. Коллинс.
Следующие годовые экзамены проходили с 24 января по 2 февраля 1829 года. Экзамен происходил в присутствии государя императора и государыни императрицы. Наследник получил две оценки «отлично», Виельгорский — пять, Паткуль — одну. Дважды в год воспитатели подсчитывали, кто и сколько собрал денег на благотворительные дела. По мысли К. К. Мердера, право делать добро предоставлялось ученикам как величайшая награда. Учащиеся должны были своим прилежанием и поведением заслужить право делать добро. Обычные благотворительные мероприятия в государстве совершались именем государя, но особо отличившиеся ученики обладали привилегией совершать благодеяния от своего имени.
После окончания экзамена с заключительным словом к учащимся обратился В. А. Жуковский: «Скажу одним словом — Великому князю: владей собой! будь деятелен! Виельгорскому: будь постоянен и откровенен! Паткулю: не будь легкомыслен!»
Совоспитанники для Александра Николаевича были подобраны не случайным образом. Из троих молодых людей своими способностями и успехами более всех превосходил И. М. Виельгорский. Наследник, по замыслу педагогов, должен был ориентироваться на него, стремиться к аналогичным результатам. А. О. Смирнова писала: «Это товарищество было нужно, как шпоры для ленивой лошади. Вечером первый <к императору Николаю I-му> подходил тот, у кого были лучшие баллы, обыкновенно бедный Иосиф, который краснел и бледнел <…> Наследник не любил Виельгорского, хотя не чувствовал никакой зависти: его прекрасная душа и нежное сердце были далеки от недостойных чувств. Просто между ними не было симпатии. Виельгорский был слишком серьёзен, вечно рылся в книгах, жаждал науки, как будто спеша жить, готовил запас навеки».
А. В. Паткуль уступал своими способностями всем остальным и тем самым компенсировал чувство собственного достоинства будущего императора России. Воспитатели наследника В. А. Жуковский и К. К. Мердер полагали, что их образовательный план работал успешно. Главный недостаток наследника, по их мнению, заключался в следующем: «Великий князь, от природы готовый на всё хорошее, одарённый щедрой рукой природы всеми способностями необыкновенно здравого ума, борется теперь со склонностью, до сих пор его одолевавшей, которая, при встрече малейшей трудности, малейшего препятствия, приводила его в некоторый род усыпления и бездействия».
Изменения в поведении Александра Николаевича летом 1828 года, считали высокопоставленные педагоги, следует приписать заслугам Иосифа Виельгорского, его благотворному влиянию на более инертного и апатичного наследника. С. С. Татищев характеризует Виельгорского как примерного юношу, «который с благородным поведением, всегдашней бодростью и необыкновенной точностью в исполнении долга соединял милую детскую весёлость и искреннюю дружескую привязанность к царственному сотоварищу».