Фольксгемайншафт ( — «народная общность», «народное сообщество», также «народное единение») — понятие немецкой политической мысли XIX—XX веков, обозначавшее фёлькишский идеал преимущественно бесконфликтного и гармоничного общественного порядка, преодолевшего классовые перегородки и классовую борьбу. Такая общность противопоставлялась «обществу» как искусственной и «ненемецкой» форме социальной организации.
С периода Первой мировой войны термин Volksgemeinschaft использовали почти все немецкие политические партии. Наибольшее значение он приобрёл в нацистской Германии, где стал одним из ключевых понятий национал-социалистической идеологии. В 1937 году Энциклопедический словарь Мейера определял Volksgemeinschaft как «центральное понятие национал-социалистического мышления»Bd. 2 Sp. 1279, nach Hilde Kammer/Elisabet Bartsch, Nationalsozialismus. Begriffe aus der Zeit der Gewaltherrschaft 1933—1945, S. 222..
История термина Слово Volksgemeinschaft, вероятно, впервые было использовано в 1791 году в переводе Джона Локка, выполненном Готлобом Августом Титтелем. У Титтеля этим словом была передана английская формула «in any [particular] place, generally»Norbert Götz: Die nationalsozialistische Volksgemeinschaft im synchronen und diachronen Vergleich. In: Detlef Schmiechen-Ackermann (Hg.): «Volksgemeinschaft»: Mythos, wirkungsmächtige soziale Verheißung oder soziale Realität im «Dritten Reich»? Schöningh, Paderborn 2012, S. 55—67, hier S. 57.John Locke: Vom menschlichen Verstande. Zu leichtem und fruchtbarem Gebrauch zergliedert und geordnet von Gottlob August Tittel. Mannheim 1791, S. 41 f.; vgl. John Locke: Works, Bd. 1, London 1751, S. 17.. В XIX веке о Volksgemeinschaft писали, в частности, Фридрих Шлейермахер, Фридрих Карл фон Савиньи, Иоганн Каспар Блюнчли, Герман Шульце-Делич, Вильгельм Дильтей, Вильгельм Вундт и Фердинанд ТённисNorbert Götz: Ungleiche Geschwister: Die Konstruktion von nationalsozialistischer Volksgemeinschaft und schwedischem Volksheim. Nomos, Baden-Baden 2001..
В Германской империи К концу XIX века этническая принадлежность и язык стали рассматриваться как критерии определения нацииEric Hobsbawm: Nationen und Nationalismus. Mythos und Realität seit 1780, Frankfurt am Main 2005, ISBN 3-593-37778-0, S. 122.. Понятие нации было теснее связано с понятием «государство», тогда как слово «народ» легче поддавалось этническому истолкованию. Термин Volksgemeinschaft постепенно вытеснял прежнее понятие Volksnation — «народной нации»Hans-Ulrich Wehler: Deutsche Gesellschaftsgeschichte, Bd. 3: Von der Deutschen Doppelrevolution bis zum Begriff des Ersten Weltkriegs 1849—1914. München 1995, ISBN 3-406-32263-8, S. 951..
Volksgemeinschaft как образ, противопоставленный модерному обществу с его конфликтами и социальными противоречиями, был привлекателен для разных политических течений — прежде всего для консерваторов, но также для либеральных, национал-большевистских и христианских движенийMichael Haibl: Volksgemeinschaft. In: Wolfgang Benz, Hermann Graml und Hermann Weiß (Hrsg.): Enzyklopädie des Nationalsozialismus. Klett-Cotta, Stuttgart 1997, S. 786.. Популярности термина способствовало противопоставление общности и общества, разработанное Фердинандом Тённисом. В понятии Volksgemeinschaft отражались характерные для этой схемы противопоставления: единство против множественности, индивидуализм против связанности общины, частные интересы против общего блага. Первоначально понятие общности оставалось политически достаточно открытым и могло толковаться как «национальное», «социалистическое», «консервативное» или «фёлькишское».
Одной из разновидностей подобных представлений были направленные против классовой борьбы Werksgemeinschaften — «производственные общности», стремившиеся к гармоничному сосуществованию работодателей и работниковJörn Retterath: «Was ist das Volk?» Volks- und Gemeinschaftskonzepte der politischen Mitte in Deutschland 1917—1924. Walter de Gruyter, 2016, ISBN 978-3-11046-454-2, S. 319.. Их дискредитировали как «жёлтые» — по жёлтому цвету, ассоциировавшемуся с предательствомE. Heller, Wie Farben wirken. Farbpsychologie, Farbsymbolik, kreative Farbgestaltung und A. Rabbow, Lexikon politischer Symbole, in: Farben als Wegweiser in der Politik. Bundeszentrale für politische Bildung, abgerufen am 23. Oktober 2016., однако они продолжали организовываться и в период Веймарской республики. Хотя такие объединения исходно возникали в либеральной среде, среди них формировались и другие политические направления. Так, созданная Отто Дикелем Deutsche Werkgemeinschaft (DW; с 1921 года) представляла собой фёлькишскую группировку с претензией на монопольное положениеPaul Hoser: Nationalsozialistische Deutsche Arbeiterpartei (NSDAP), 1920—1923/1925—1945. Historisches Lexikon Bayerns, 12. Februar 2007..
В этой системе представлений этнически определённый народ уже не был классическим государственным народом, для которого определяющими являются институты и право государства. Речь шла скорее о воображаемой общности происхождения, общими признаками которой считались «кровь и почва». Соответственно, понятия государства и государственной территории заменялись понятиями народа и жизненного пространства. Под жизненным пространством понималась территория этнически определённого народа.
Государствоведы Иоганн Пленге и Рудольф Челлен способствовали распространению представления о государстве, в котором «все живут на равных началах»; эта идея была направлена на включение и гомогенность. Её поддерживали столь разные учёные, как Франц Оппенгеймер, Вернер Зомбарт, Фердинанд Тённис, Макс Шелер, Фридрих Мейнеке и Эрнст Трёльч. Однако этническое определение народа и представление о гомогенности не соответствовали реальному составу населения на территории Германской империи.
Уже в 1911 году идея Volksgemeinschaft трактовалась Пангерманским союзом в духе исключения и вытеснения иноязычного населенияPeter Walkenhorst: Nation — Volk — Rasse. Radikaler Nationalismus im Deutschen Kaiserreich 1890—1914. Göttingen 2007, ISBN 978-3-525-35157-4, S. 222.. Евреи, католики и национальные меньшинства — прусские поляки, франкоязычные лотарингцы и датчане Северного Шлезвига — должны были исключаться из фольксгемайншафта. В этой позиции особенно выделялись Георг фон Белов, Эдуард Мейер, Дитрих Шефер и Рейнхольд Зееберг, близкие к основанной в 1917 году Германской отечественной партии.
В период Первой мировой войны Превращение термина в одно из ключевых политических понятий произошло в период Первой мировой войны под впечатлением «августовского переживания» 1914 года. После того как все депутаты рейхстага проголосовали за военные кредиты, в части общества возникло чувство национального единства, которое император Вильгельм II выразил словами о том, что больше не знает партий, а знает только немцевЦит. по: Sönke Neitzel: Weltkrieg und Revolution 1914—1918/19. Berlin 2008, S. 29.. За два дня до этого руководство социал-демократических профсоюзов также решило отказаться от трудовых конфликтов на время войны. В крупных городах проходили националистические массовые демонстрации. Социальный, политический и конфессиональный раскол немецкого общества, как казалось, растворялся в подъёме национального воодушевления.
Под впечатлением событий августа 1914 года многочисленные журналисты, профессора и интеллектуалы в 1914—1915 годах развивали в статьях и брошюрах так называемые «идеи 1914 года», представлявшие войну как исходный пункт нового национального единства. В период Веймарской республики национал-социалисты смогли опираться на эти публикации в своих лозунгах о фольксгемайншафте.
В Веймарской республике После поражения в Первой мировой войне фёлькишское мышление стало в Германии одной из важных идейных основ и оказало влияние на направление, позднее названное Армином Молером «консервативной революцией». К нему относили фёлькишское движение, младоконсерваторов, национал-революционеров, сельское движение и молодёжное движение. В отличие, например, от Франции или Великобритании, немцы из-за первоначальной государственной раздробленности, как правило, не определяли себя через модель гражданской нации и поэтому легче склонялись к этнизации понятия народа.
В романтически окрашенном молодёжном движении Wandervogel, а особенно в Jungdeutscher Orden, фольксгемайншафт пропагандировался как идеал будущего общества, строящегося на малых и обозримых пространствах, включая формы соседской взаимопомощи. «Обществу», которое представлялось анонимным, основанным на экономической выгоде, «эгоистическом» индивидуализме и партийной борьбе — парламент при этом осуждался как «говорильня», — противопоставлялась «подлинная» демократическая общность народа.
Молер писал: «Возьмём, например, индивида. В „консервативной революции“ он теряет свою безусловную ценность и становится частью целого — однако частью, которая получает своё особое достоинство именно благодаря принадлежности к этому целому». По мнению Хельмута Келлерсхона, «примат целого, народа, фольксгемайншафта» относится к «основным принципам фёлькишского мышления и, несомненно, не образует границы между тем, что Молер понимает под консервативной революцией, и идеологией национал-социализма».
В национал-социализме
Национал-социалистическое учение определяло фольксгемайншафт как «жизненную общность народа, основанную на кровной связи, общей судьбе и общей политической вере, которой чужды классовые и сословные противоречия. Фольксгемайншафт является исходным пунктом и целью мировоззрения и государственного строя национал-социализма»Der Volksbrockhaus A—Z, 10. Auflage, F. A. Brockhaus, Leipzig 1943, S. 741. Цит. по: Michael Schneider: «Volksgemeinschaft» — Nationalsozialistische Propagandaverheißung oder gesellschaftliche Realität? In: Lutz Haarmann, Robert Meyer, Julia Reuschenbach (Hrsg.): Von der Bonner zur Berliner Republik. Politik im Spiegel praktischer Wissenschaft. Nomos, Baden-Baden 2018, ISBN 978-3-8487-5079-5, S. 467—476, hier S. 469, Anm. 5.. Принадлежность к «арийской расе»Der Begriff geht zurück auf die Mitte des 19. Jh., vgl. Cornelia Schmitz-Berning: Vokabular des Nationalsozialismus. De Gruyter, Berlin 2007, ISBN 978-3-11-019549-1, S. 54 f. была необходимым, но недостаточным условием включения в немецкий фольксгемайншафт. Он понимался также как общность убеждений, требовавшая признания национал-социалистического мировоззрения.
В национал-социализме фольксгемайншафт обещал социальную общность, преодоление классового общества, политическое единство и национальное возрождение. Значительная часть немецкого населения разделяла эти социальные цели и поддавалась мобилизации через них. Одновременно понятие имело исключающий характер: тот, кто с точки зрения национал-социалистической идеологии не являлся «народным товарищем» (), не мог быть участником фольксгемайншафта. Поэтому участие в нём было возможно только для немцев, определявшихся идеологией как «арийцы». Представление о фольксгемайншафте стало одним из факторов электоральных успехов НСДАП до 1933 года; после 1933 года оно способствовало распространению национал-социалистических организаций и включению населения в их структуры.