Первый римский император Октавиан Август, благодаря своей известности, часто становился героем литературных произведений и произведений изобразительного искусства.

Образ Октавиана в истории

Октавиан Август в культуре и искусстве своего времени Одним из способов закрепления власти Октавиана стало установление культа императора, внешними проявлениями которого стали многочисленные скульптуры, портреты на монетах и упоминания в литературе в позитивном контексте. При этом император требовал, чтобы даже в старости его изображали молодым, что вступало в противоречие с традициями максимально реалистичных римских портретовZanker P. The Power of Images in the Age of Augustus. — Ann Arbor: University of Michigan Press, 1990. — P. 9: «Каждый был согласен, чтобы он выглядел [в скульптурном портрете] точно так же, как и на самом деле — худым или толстым, молодым или старым, даже беззубым, лысым или с бородавками»; оригинал: «Everyone was content to have himself represented just as he really looked, thin or fat, young or old, even toothless and bald, warts and all».. В результате, не существует ни единого изображения Августа в старостиEck W. The Age of Augustus. 2nd ed. — Malden; Oxford: Blackwell, 2007. — P. 163..

Распространению культа императора способствовали его статуи, в изобилии появившиеся в Риме — на форуме, перед храмом Марса-Мстителя, перед Пантеоном (Агриппа хотел установить статую императора внутри храма, среди изображений богов, но Октавиан отказался(Dio Cass. LIII, 27)), а также в 265 малых часовнях на улицах и перекрёстках города и других местах. Император ввёл в обычай частое, хотя и не постоянное, размещение своего профиля на аверсе монет, на реверсе же он часто помещал сцены из собственной жизни, почести в свою честь и портреты родственниковВпервые в Риме свой портрет на монету поместил Цезарь, а его примеру иногда следовали триумвиры и республиканцы конца 40-х — 30-х годов до н. э.Lintott A. The Romans in the Age of Augustus. — Wiley—Blackwell, 2010. — P. 114—119.. По замечанию Вернера Эка, Октавиан «доминировал в общественном пространстве»Eck W. The Age of Augustus. 2nd ed. — Malden; Oxford: Blackwell, 2007. — P. 146—147..

Античные авторы об Октавиане Биография Октавиана и его время довольно хорошо известны благодаря сочинениям ряда античных авторов. Сочинения современников первого императора и его подробная, но неполная, автобиография не сохранились. Веллей Патеркул следует официальной точке зрения на принципат Августа. Его сочинение сравнительно небольшое, а автор нередко использовал «Деяния божественного Августа» и официальные документы. Сенека Младший считает Октавиана «добрым принцепсом», хотя и приравнивает звание принцепса к царскому. Тацит не освещает правление Октавиана (его «Анналы» начинаются со смерти первого императора), но неоднократно упоминает его. Он воздерживается от однозначной оценки, передавая мнения сторонников и противников Августа, но считает все его титулы и должности формальностью для прикрытия единоличной власти, основанной на военной силе. Единственным положительным примером императора для римского историка стал Веспасиан 264.. Автор биографии императора Светоний избегал самостоятельных выводов, предоставляя читателю возможность сформировать собственное мнение обо всех правителяхГаспаров М. Л. Светоний и его книга // Гай Светоний Транквилл. Жизнь двенадцати цезарей. — : Правда, 1988. — С. 347—348.. Тем не менее, М. фон Альбрехт полагает, что характер подбора фактов Светонием свидетельствует о высокой оценке Октавиана римским историкомАльбрехт М. История римской литературы в 3-х томах. — Т. 3. — : Греко-латинский кабинет Ю. А. Шичалина, 2005. — С. 1521—1531..

Образ Октавиана в Средние века

В позднеантичную эпоху и в Средние века интерес к Октавиану поддерживался не только его политической деятельностью, но и рождением в его правление Иисуса Христа. В частности, была широко известна легенда о пророчестве Тибуртинской Сивиллы, якобы показавшей Октавиану на небесах Деву Марию с младенцем, после чего изумлённый император поклонился ей. При этом существовали различные варианты легенды: либо этот эпизод произошёл при попытке Августа объявить себя богомХолл Д. Словарь сюжетов и символов в искусстве. — : Крон-пресс, 1996. — С. 507., либо образ явился ему во сне. Называлось даже точное место действия — земля на Капитолии, где впоследствии была построена церковь Санта-Мария-ин-АрачелиНеродо Ж.-П. Август. — : Молодая гвардия, 2003. — С. 218.. Вокруг хорошо известного правителя появлялись и другие легенды: например, в «Сказании о князьях Владимирских» начала XVI века была популяризирована вымышленная генеалогия, возводившая происхождение Рюрика к Прусу, мифическому брату ОктавианаСиренов А. В. Сердоликовая крабица московских князей XIV—XVI вв. как царская инсигния // Studia Slavica et Balcanica Petropolitana. — 2014. № 2. — С. 57.. Иван Грозный знал эту легенду и неоднократно ссылался на родство с Октавианом в переписке и в дипломатических переговорахДанилов Е. С. Римская империя Октавиана Августа в посланиях Ивана Грозного // Человек в пространстве культуры: межкультурные отношения и динамика национального развития. — Ярославль, 2010. — С. 85-90..

Образ Октавиана в Новое и Новейшее время Во Франции в XVII—XVIII веках отношение к Октавиану было двойственным: многие историки и публицисты, особенно сторонники монархии, прославляли его, но существовали и осуждающие мнения (КорнельБахмутский В. Я. Корнель П. // Краткая литературная энциклопедия. — Т.3. — : Советская энциклопедия, 1966. — Стб. 745—750., Вольтер, Монтескьё и другие). Примыкая к точке зрения последних, известный историк Эдуард Гиббон считал Октавиана лицемером. Одно из выдержанных в этом же духе сочинений — многотомную «Римскую историю» Шарля Роллена и Жана-Батиста-Луи Кревье — перевёл на русский язык Василий Тредиаковский. Этот перевод оказал большое влияние на формирование представлений об античности в Российской империиПумпянский Л. В. Тредиаковский // История русской литературы: В 10 т. — Т. 3. — ; : Изд-во АН СССР, 1941. — С. 252—253.. В дальнейшем ориентация на оценку известного правителя через призму событий своего времени сохраняется. В XIX веке публицисты — сторонники Наполеона Бонапарта во Франции видели в Августе предшественника своего кумира. Большинство историков и публицистов этого периода рассматривало само установление Империи как несомненно положительное явление, хотя в оценках первого императора они не были едины.

В Великобритании в середине XIX—XX века были популярны параллели между Британской империей и Римской, между Лондоном и Римом, что обусловило большой интерес к античности. Обычно поддерживалась находившая отклики в современности деятельность Октавиана по укреплению роли коренного римского населения в противовес провинциалам, по перестройке столицы и по масштабной колонизации провинцийButler S. Britain and Its Empire in the Shadow of Rome: The Reception of Rome in Socio-Political Debate from the 1850s to the 1920s. — London: Bloomsbury, 2012. — P. 8-10.. Ещё в начале XIX века деятельность Августа сдержанно оценивал Томас Арнольд. Ричард Конгрив попытался пересмотреть распространённый взгляд на правление Августа как на начало конца Римского государства и сдержанные оценки первых императоров, включая и Октавиана. сначала был невысокого мнения об Октавиане, хотя и признавал несомненные заслуги установленного им государственного устройства, но впоследствии сменил тон на благожелательный. Это изменение взглядов произошло почти синхронно со сменой приоритетов в обществе (первоначально только у сторонников Либеральной партии), из-за которого увлечение историей поздней Римской Республики сменилось высокой оценкой ранней Римской империи и, прежде всего, принципата АвгустаButler S. Britain and Its Empire in the Shadow of Rome: The Reception of Rome in Socio-Political Debate from the 1850s to the 1920s. — London: Bloomsbury, 2012. — P. 34-37..

Параллели с современностью проводились и в других странах, прежде всего, в Италии в 1920-е — 30-е годы. Бенито Муссолини, часто обращавшийся к истории Римской империи в публичных выступлениях, нередко упоминал и Октавиана. В начале своего правления он часто обращался к образу Гая Юлия Цезаря — например, марш на Рим в 1922 году сравнивался с переходом через Рубикон в 49 году до н. э. В дальнейшем Муссолини всё чаще действовал по образу и подобию Октавиана — вероятно, из-за нежелания ассоциировать свою власть с кратким правлением Цезаря, закончившимся его убийством. Параллели с Августом особенно ярко проявились в масштабной градостроительной политике Муссолини в Риме и в покровительстве археологическим раскопкам и восстановлению зданий, построенных в том числе и АвгустомWilkins A. T. Augustus, Mussolini and the Parallel Imagery of the Empire // Donatello Among the Blackshirts: History and Modernity in the Visual Culture of Fascist Italy. — Ithaca: Cornell University Press, 2005. — P. 53-55.. Впрочем, в публичных выступлениях дуче продолжал часто обращаться к образу Гая Юлия ЦезаряNelis J. Constructing Fascist Identity: Benito Mussolini and the Myth of Romanità // Classical World. — 2007. Volume 100, Number 4. — P. 405—407.. В 1924 году началась реставрация Форума Августа, а к 2000-летию Октавиана в северной части Марсова поля была заложена площадь императора Августа (). Проект площади, включавшей отреставрированные мавзолей Августа и алтарь мира, а также несколько новых зданий по периметру, разработал известный архитектор . Хаотичную средневековую застройку на месте будущей площади снесли, хотя оставили три храма. Их сохранение должно было символизировать сосуществование в едином пространстве августовского Рима, папского Рима и нового Рима Муссолини. Мавзолей Августа, который в Средние века использовали как источник строительных материалов, а затем переделали в концертный зал, отреставрировали под руководством Антонио Муньоса. Алтарь мира пострадал ещё сильнее: его барельефы оказались во множестве частных коллекций, а над остатками находился кинотеатр «Олимпия». В результате, алтарь мира был перенесён на новое место, а вокруг него была возведена оболочка для обеспечения сохранности. Баллио Морпурго постарался тщательно вписать внешнюю оболочку алтаря мира и другие новые сооружения в ансамбль площади. В целом, площадь была закончена к 1941, хотя реставрация мавзолея завершилась к 2000-летию Октавиана. Возле мавзолея установили бронзовую табличку с текстом «Деяний божественного Августа», которая изначально находилась там. При этом поблизости была установлена и другая табличка — с описанием деяний самого Муссолини, выполненным в схожем духеWilkins A. T. Augustus, Mussolini and the Parallel Imagery of the Empire // Donatello Among the Blackshirts: History and Modernity in the Visual Culture of Fascist Italy. — Ithaca: Cornell University Press, 2005. — P. 55-60.. Подражание дуче Августу проявилось не только в строительстве. Как и Октавиан, Муссолини восстанавливал в Риме прежние обелиски и устанавливал новые, вывезенные из завоёванной Эфиопии (между этой победой и завоеваниями Августа проводились параллели)Wilkins A. T. Augustus, Mussolini and the Parallel Imagery of the Empire // Donatello Among the Blackshirts: History and Modernity in the Visual Culture of Fascist Italy. — Ithaca: Cornell University Press, 2005. — P. 61..

Изучение деятельности Октавиана в историографии