Социальное предпринимательство в России находится в стадии становления. Его зарождение как явления постсоветской истории страны следует отнести к первой половине 2000-х годов, хотя схожие инициативы отдельных энтузиастов эпизодически имели место уже в 1990-х годах, а прообразы социально-предпринимательской активности можно обнаружить и в более ранние периоды, вплоть до рубежа XIX—XX веков.

Системное развитие этого направления деловой активности начинается со второй половины 2000-х годов и связано, в первую очередь, с появлением в России ряда сильных системных частных игроков, развивающих инфраструктуру, стимулирующих социальных предпринимателей, разрабатывающих и продвигающих теоретическую базу. Их усилиями идеи социального предпринимательства доносятся до законодательной и исполнительной властей, бизнес-сообщества, общества в целом и потенциальных социальных предпринимателей, что постепенно создаёт, оформляет и структурирует эту область. С начала 2010-х годов в России возникают Центры инноваций в социальной сфере (ЦИСС), в рамках которых ведётся обучение методам социального предпринимательства и осуществляется поддержка существующих проектов. Аналогичную работу проводят организации, образующие инфраструктуру поддержки малого и среднего предпринимательств (центры «Мой бизнес»).

По данным на конец 2020 года, популярность социального предпринимательства в России остаётся низкой: социальным бизнесом занимаются не более 1 % российских предпринимателей. Их вклад в ВВП страны в 2015 году составил 0,36 %. 72 % российских социальных предпринимателей — женщины в возрасте 30-60 лет, 52 % российских социальных предприятий ориентированы на детей, и ещё 25 % связаны с обслуживанием детей с особенностями развития. Только 10 % российских социальных предприятий производят товары, 90 % оказывают услуги, 43 % из которых — проекты в сфере образования.

В России действует ряд устойчивых проектов, в основном, в областях фермерского хозяйства, переработки некоторых видов бытовых отходов, поддержки инвалидов, пожилых людей и выпускников детских домов, возрождения ремёсел и народных промыслов, местного туризма, но и они не могут похвастаться безусловной успешностью, масштабами деятельности, а тем более тиражируемостью своего опыта. Целые проблемные области первостепенной важности, такие как наркомания, алкоголизм, безработица, общий низкий уровень жизни, коррупция и бюрократия, остаются без внимания социальных предпринимателей.

Среди причин низкой популярности социального предпринимательства в России следует выделить общую несформированность класса традиционных предпринимателей, из числа которых впоследствии должны выделиться представители социального бизнеса, недостаточную информированность и слабую проработку теоретической базы. Сворачивание работы международных некоммерческих организаций в России с начала 2000-х годов, недостаток реальной поддержки на федеральном уровне ряда традиционных для социальных предпринимателей видов деятельности и скудность законодательной базы также тормозят прогресс в этой области.

26 июля 2019 года в России вступил в силу Закон № 245-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон „О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации“ в части закрепления понятий „социальное предпринимательство“, „социальное предприятие“».

История

Российская империя

Одним из исторических примеров социального предпринимательства в России считаются дома трудолюбия, трансформировавшиеся из работных домов в конце XIX века.

Появившиеся в России XVIII века работные дома долгое время оставались, в первую очередь частью, системы исполнения наказаний, направленной на изоляцию и принуждение к труду преступников и прочих асоциальных элементов. Идея работного дома, позаимствованная из опыта европейских стран, в России не прижилась: более чем за сто лет по всей империи было открыто всего несколько работных домов, причём большинство из них закрывалось вскоре после открытия. В отличие от типичного работного дома, Дом трудолюбия в Кронштадте, созданный настоятелем Андреевского собора в Кронштадте отцом Иоанном и бароном Отто Буксгевденом в 1882 году, был основан на идеях милосердия и благотворительности; нахождение и работа в нём были добровольными.

Стараниями барона Буксгевдена, а также благодаря покровительству великой княгини Александры Иосифовны, опыт устройства домов трудолюбия был в короткие сроки распространён по всей империи. Ко времени Октябрьской революции, положившей конец общественному решению проблем бедности, количество домов трудолюбия исчислялось сотнями, они были представлены в большинстве крупных городов России.

СССР Молодое советское государство объявило монополию на решение социальных проблем. Оно также стремилось искоренить индивидуальную предпринимательскую деятельность, заменив её коллективным подходом к ведению хозяйства. В подобных условиях легальное частное социальное предпринимательство существовать не могло. В то же время отдельные исследователи указывают на реализацию принципов социального предпринимательства и в советский период, под контролем государства. В первую очередь, это относилось к трудоустройству инвалидов. В частности, инвалиды по зрению занимались производством авосек, средства от продаж которых направлялись на дополнительное финансирование инвалидных домов.

Период существенного смягчения принципов коллективизма пришёлся на 1920-е годы, после того, как 14 марта 1921 года X съездом РКП(б) была принята новая экономическая политика (НЭП), пришедшая на смену «военному коммунизму», действовавшему в ходе Гражданской войны. Почувствовав свободу, частные предприниматели очень скоро достигли заметных успехов, позволивших им решить собственные социальные проблемы, при этом насытив рынок потребительских товаров и услуг. Однако период НЭПа оказался непродолжителен, и примеров предприятий, которых можно было бы отнести к социальным, история не сохранила.

Исполнив уготованную ему миссию укрепления советской власти, к концу 1920-х годов НЭП был свёрнут. Нэпман на десятилетия превратился в культурного антигероя, а всякое частное предпринимательство было приравнено к извлечению «нетрудовых доходов». Это положение сохранялось до конца 1980-х годов, когда в распадающемся государстве, экономика которого вновь оказалась в глубочайшем кризисе, предпринимательская деятельность была разрешена в форме производственной кооперации.

Современная Россия В условиях недостаточной информированности и отсутствия теоретической базы первые социальные предприниматели современной России первоначально не отождествляли себя с этим понятием. Одним из ранних примеров социального предприятия следует считать уличную газету «На дне» (с 2003 года — «Путь домой»), распространяемую с 1994 года бездомными Санкт-Петербурга.

В 1990-х годах в России зародилось микрофинансирование, традиционно относимое к социальному предпринимательству. К концу XX века назрела потребность в организации, представляющей интересы всего микрофинансового движения, и в 2002 году был создан Российский микрофинансовый центр (РМЦ).

Прецедент институализации социального предпринимательства был создан в 2003 году в Новосибирске, где при Институте дополнительного образования НГТУ был основан Центр социального предпринимательства. Центр занимался платным обучением студентов и затем оказывал им поддержку в реализации инновационных социальных идей. Поскольку данный проект финансировался международным донором Tempus TACIS, а партнёрами выступали три университета из Великобритании, Германии и Италии, в работе Центра использовался зарубежный опыт и международные передовые практики. В первые годы функционирования Центр сам работал на принципах социального предпринимательства, пользовался поддержкой региональной администрации, при нём был создан молодёжный бизнес-инкубатор. Однако вскоре, с исчерпанием грантовых средств, тематика курсов сместилась в сторону традиционного бизнес-менеджмента, а затем работы в области поддержки социального предпринимательства были свёрнуты.

К 2003 году относится и, вероятно, первый случай заинтересованности социальным предпринимательством со стороны российского крупного бизнеса — алюминиевая компания РУСАЛ запустила программу «Сто классных проектов». Проект был реализован в виде конкурса для старшеклассников в регионах присутствия РУСАЛа. Школьники предлагали проекты решения местных социальных проблем и на конкурсной основе получали содействие в их реализации. Таким образом был реализован ряд проектов помощи ветеранам, пенсионерам, детям-сиротам, бездомным животным, а также проект сохранения местной природы и культуры. Сами по себе все эти проекты являлись не социально-предпринимательскими, а благотворительными (поскольку предусматривали лишь разовую адресную помощь), но вовлечение в их реализацию школ, школ-интернатов, детских домов, специализированных учебных заведений позволяет говорить о присутствии в них элементов практик социального бизнеса.

В 2004 году был основан Молодёжный банк ГБФ «Фонд Тольятти», созданный ЗАО КБ «Лада-кредит» по северо-ирландскому образцу. Молодёжь получила доступ к управлению банком (под контролем более опытного советника-куратора), финансируя социальные, преимущественно также молодёжные проекты.

Системное развитие поддержки социального предпринимательства в России начинается со второй половины 2000-х годов.

С начала 2010-х годов в разных регионах страны появляются Центры инноваций в социальной сфере (ЦИСС), где проводится обучение практикам социального предпринимательства и оказывается поддержка социально-предпринимательским проектам. Аналогичную работу проводят организации, образующие инфраструктуру поддержки малого и среднего предпринимательств (центры «Мой бизнес»).

В 2019 году в России был принят закон о социальном предпринимательстве, призванный оказать финансовую и иную поддержку социальному бизнесу. Для реализации положений принятого закона в реестр субъектов малого и среднего предпринимательства вносятся сведения о статусе «социальных предпринимателей».

Тяжёлым ударом по социальным предприятиям России стали последствия пандемии COVID-19 2020 года. Федеральные и региональные власти разрабатывают и предлагают ряд мер для смягчения последствий кризиса, однако эти действия носят запоздалый, разрозненный и половинчатый характер, не оказывая существенного влияния на ситуацию. Социальные предприятия как самостоятельная категория не отнесены к перечню предприятий, освобождаемых от налогов на период пандемии, социальные предприниматели зачастую не информированы о возможностях получения субсидий и беспроцентных кредитов, в целом не чувствуют поддержки со стороны властей. По словам заместителя председателя комиссии «Опоры России» по социальному предпринимательству Светланы Налеповой, более половины социальных предприятий страны заявили, что не смогут восстановиться после пандемии.

С 2022 года социальное предпринимательство в России существует в условиях трансформации экономики, вызванной международными санкциями. В апреле 2022 года было объявлено о программе поддержки в кризисных условиях социальных предпринимателей и НКО. Конкурсная грантовая программа финансирования и обучения «Начни иначе» организована «Росбанком» и Impact Hub Moscow.

Для решения своих проблем социальные предприниматели самоорганизуются в ассоциации. По состоянию на 2022 год в России действуют более 10 региональных Ассоциаций социальных предпринимателей (АСП).

Поддержка социального предпринимательства

Поддержка со стороны крупного бизнеса В постсоветской России первым обратил внимание на эту сферу деловой активности крупный бизнес, занявшийся оформлением социально-предпринимательской инфраструктуры в рамках собственной благотворительной деятельности и корпоративной социальной ответственности. На 2017 год программами поддержки социального предпринимательства располагают такие системообразующие компании, как «Лукойл», «Русал», «СУЭК», «Северсталь», «Металлоинвест» и другие.