Православно-старокатолический диалог — богословский диалог между представителями православных церквей и старокатолических церквей.
Целями диалога было достижение единства в вероучении и последующее вступление в евхаристическое общение.
Возникновение старокатолического движения в 1871 году вызвало интерес в Русской православной церкви. В 1872 году был организован Санкт-Петербургский отдел Общества любителей духовного просвещения, члены которого вели переписку со старокатоликами и представляли Русскую православную церковь на старокатолических конференциях. Однако после 1875 года контакты прервались на 15 лет.
В декабре 1892 года была образована Санкт-Петербургская комиссия для ведения богословского диалога со старокатоликами, в ответ на что в августе 1894 года была учреждена Роттердамская комиссия. Комиссии общались посредством отправки друг другу официальных писем. Достичь согласия по всем вопросам не удалось. Начало Первой мировой войны прервало диалог.
В 1920-е годы православно-старокатолические контакты возобновились, но теперь уже ведущую роль в нём играла Константинопольская православная церковь, а Московский патриархат, напротив, вплоть до середины 1940-х годов был лишён возможности в них участвовать.
В 1966 году состоялось первое пленарное заседание Межправославной богословской комиссии по диалогу со старокатоликами, которая приступила к изложению существующих сходств и различий между Православной и Старокатолической церквами, а в августе 1975 года была образована Смешанная богословская комиссия по православно-старокатолическому диалогу. Данная комиссия провела 7 пленарных заседаний, последнее из которых состоялось в октябре 1987 года. Поставленных целей достичь не удалось.
Первые контакты (1871—1875) Одна из важнейших задач, поставленных старокатолическими церквями, — соединение с западными церквями, отделившимися от римско-католической церкви, и с православными восточными. В целях выполнения этой задачи представители старокатолицизма с самого начала налаживали, среди прочих, контакты с представителями утрехтской, англиканской, православных церквей.
22—24 сентября 1871 года состоялся Мюнхенский старокатолический конгресс, на котором как представитель православной церковной общественности присутствовал профессор Санкт-Петербургской духовной академии Иван Осинин. Осинин не только постарался дать исчерпывающие ответы на многочисленные вопросы членов конгресса, но и выступил с речью. Впервые русский православный богослов выступал в собрании германских учёных. Хотя сам докладчик с сожалением заметил, что мнение о русской «богословской учёности так незавидно, что самое простое слово, сказанное толково, вызывает удивление». Мюнхенский конгресс объявил о стремлении старокатолического движения к единству с православной церковью: «Мы выражаем надежду на воссоединение с Греко-Восточной и Русской Церковью, разрыв с которыми произошёл без достаточных причин и не имеет оснований ни в каких неустранимых догматических различиях»Торопов Д. А. Роль Санкт-Петербургского отдела Общества любителей духовного просвещения на первом этапе переговоров представителей Русской Церкви со старокатоликами (1871—1875) // Церковь и время. — 2012. — № 2 (59). — С. 176—191.. По возвращении Иван Осинин предоставил полный отчёт о происходившем на конгрессе, напечатав его в 11-м номере «Христианского Чтения» за 1871 годГерасимов В., прот. Старокатолический вопрос в России в XIX—XX веках: дипломная работа. — Сергиев Посад. 2003..
В дни проведения Мюнхенского конгресса Фёдор Тютчев писал И. С. Аксакову: «Целый космос идей возникает здесь … возможность начать мирное духовное сотрудничество с Германией… Рождается миротворческий принцип, определяющий истинное призвание России»Хоружий С. С.. Современные проблемы православного миросозерцания. — М.: Интернет-издание веб-центра «Омега», 2002. — 144 с..
11 декабря 1871 года живущие в Санкт-Петербурге члены Общества любителей духовного просвещения, ректор Санкт-Петербургской духовной академии протоиерей Иоанн Янышев и член-корреспондент Императорской академии наук Александр Гильфердинг обратились в Московский совет Общества любителей духовного просвещения с ходатайством о создании отдела Общества в Санкт-Петербурге. Открытие Санкт-Петербургского отдела состоялось 26 марта 1872 года. В числе задач общества было «поддерживать сношения с поборниками Православной Истины за границей, оказывая им нравственную опору». Сразу же после учреждения Общество развило бурную активность, связанную со старокатолическим движением. Оно фактически монополизировало все контакты с представителями старокатолицизма, готовя почву для официальных переговоровНачало диалога Русской Православной Церкви с англиканами и старокатоликами // Русская Православная Церковь, 988—1988: очерки истории I—XIX вв. Вып. 1. — М. : Издательство Московской Патриархии, 1988. — 111 с..
12 мая 1872 года один из старокатолических комитетов обратился к секретарю Санкт-Петербургского отдела Общества с просьбой сообщить, на каких условиях старокатолики могли бы воссоединиться с Восточной Церковью. В ответном послании говорилось:
Для того чтобы автокефальная, самостоятельная Церковь, не соединенная с нашей Церковью, могла быть восстановлена на Западе, необходимо, чтобы между этой Церковью и нашей было совершенное тождество в догматах. Церковь наша не может сделать в этом отношении никакой уступки. Она не может согласиться и на то, чтобы к этому учению было что-нибудь прибавлено. Православная Церковь никогда не предписывала отдельным Церквам, её составляющим, однообразие в обрядах; она всегда уважала и уважает местные предания и обычаи, не находящиеся в противоречии с учением Вселенской Церкви, и требует однообразия только в тех обрядах, которые, относясь к Таинствам, касаются самого их существа. Что касается церковного управления, Православная Церковь всегда и везде допускала автономию Поместных Церквей, насколько эта автономия не была бы в противоречии с основной церковной организацией.
Со своей стороны, старокатолики выслали приглашение на конгресс, который должен был состояться в Кёльне. В ответ на приглашение от Общества любителей духовного просвещения в Кёльн были посланы: протопресвитер Иоанн Янышев, генерал Александр Киреев и священник православной церкви в Висбадене Арсений Тачалов.
На этом конгрессе, состоявшемся 20—22 сентября 1872 года THE OLD CATHOLIC CONGRESS AT COLOGNE. // The Sydney Morning Herald, Monday 2 December 1872, стр. 3, старокатолики по поводу воссоединения с православием сказали: «Единение не состоит в единообразии… желающие произвести воссоединение исповеданий должны отказаться от желания навязать свои национальные особенности другой нации… соединение исповеданий может быть достигнуто лишь на почве священного Писания и вселенском исповедании древней церкви, изложенном по учению неразделенной церкви первых столетий».
Кёльнским конгрессом была учреждена комиссия под руководством Игнаца фон Дёллингера, в обязанности которой входило вступить в переговоры с Православной церковью, а также протестантскими обществами по вопросу единения.
На третьем старокатолическом конгрессе, проходившем в 1873 году в Констанце, от России присутствовали протоиерей Иосиф Васильев, генерал Александр Киреев и священник Арсений Тачалов.
19 января 1874 года от лица совета Петербургского отдела Общества генерал Александр Киреев отправил на имя старокатолического профессора Йозефа Лангена письмо, в котором подтвердил принципы воссоединения, принятые Кёльнским конгрессом. К письму был приложен перечень «Догматических и главных обрядовых разностей, отличающих западную церковь от восточной православной», для выяснения степени православности старокатоликов. В перечне указывалось шесть догматических (о Церкви и её Главе; о Святом Духе; О Пресвятой Деве Марии; о добрых делах; о грехах; о загробной жизни) и семь обрядово-канонических (о символе веры; о таинстве крещения; о таинстве миропомазания; о таинстве Евхаристии; о таинстве покаяния; о таинстве брака; о таинстве елеоосвящения) «разностей» между Восточной (православной) и Западной (католической) церквями.
26 февраля 1874 года на заседании Общества любителей духовного просвещения был зачитан ответ, написанный профессором Лангеном, который отметил, что учение Западной Церкви выражено в схеме не совсем верно, также он просил православную сторону сделать более строгое разграничение между понятиями о догмате и частном (необязательном) мнении. В свою очередь Ланген прислал примечания к схеме догматических и обрядово-канонических разностей, в которых исправил некоторые положения, оказавшиеся, по его мнению, неточными, а по каждому отдельному пункту высказался с позиций старокатолицизма.
В сентябре 1874 года состоялся четвёртый старокатолический конгресс в Фрайбурге, в котором со стороны Русской Церкви участвовали те же лица, что и третьем старокатолическом конгрессе, а также делегат от Московского отдела Общества любителей духовного просвещения Фёдор Сухотин. Мысль о воссоединении на конгрессе была высказана многими докладчиками.
Санкт-Петербургский отдел Общества любителей духовного просвещения оказал серьёзное влияние на созыв межконфессиональных Боннских конференций, убедив старокатолических лидеров в необходимости в созыва межконфессиональной конференции.
13—16 сентября 1874 года состоялась первая Боннская конференция, в которой приняли участие члены Санкт-Петербургского отдела ОЛДП — протоиерей Иоанн Янышев, протоиерей Арсений Тачалов, а также Александр Киреев и Михаил Сухотин. Обсуждались 15 вопросов, касающихся Священного Писания и Священного Предания, Filioque, учения об оправдании, учения о таинствах, об исповеди, об евхаристической жертве, католического догмата о непорочном зачатии Девы Марии, молитвы за усопших, призывания святых и каноничности англиканской иерархии.
11—16 августа 1875 года состоялась вторая Боннская конференции, в которой от Русской православной церкви приняли участие протоиерей Иоанн Янышев, протоиерей Арсений Тачалов, Михаил Сухотин, Иван Осинин, Тертий Филиппов, Фёдор Тернер. Кроме того, на конференции присутствовали англиканские богословы. На конференции обсуждался вопрос o филиокве. Старокатолики признали эту вставку в Символе веры незаконной, но не хотели отказываться от учения, заключающегося в ней. В итоге после продолжительных обсуждений были приняты шесть положений, взятых из сочинений Иоанна Дамаскина.
Предполагавшихся дальнейших межконфессиональных конференций не последовало, а наметившийся неофициальный диалог между представителями православия и старокатолицизма фактически прекратился в силу ряда причин. Старокатолический профессор Игнац фон Дёллингер объяснял завершение диалога агитацией, которую вёл против объединения старокатоликов с православными доктор Йозеф Овербек. Но, по мнению диакона Даниила Торопова, основной причиной, приведшей к временному приостановлению общения, послужили симпатии старокатоликов к англиканской церкви, вносившие принципиальные противоречия между старокатоликами и православными. Кроме того, сблизившись с англиканами, старокатолики уже не чувствовали себя обособленными от других христианских обществ. Протопресвитер Иоанн Янышев так написал об отношениях со старокатоликами: «Мы, русские, для них совсем чуждые и далёкие люди. Нам они ничего не предлагают и сами ничего от нас не ожидают и не просят». Как отмечает профессор Утрехского университета Петер Бен Смит, «с точки зрения старокатоликов экуменический диалог с православными всегда был частью экуменического треугольника, наряду с диалогом с англиканами».
Диалог в рамках Петербургской и Роттердамской комиссий (1892—1918)