Банковское дело возникло во Львове в период Средневековья и активно развивалось после вхождения Галичины в состав Габсбургской империи. Изначально займы под залог имущества предоставляли богатые мещане, позже возникли первые кредитные учреждения при крупнейших львовских конфессиях, на смену которым пришли классические банковские организации. В австрийский период банковская система Львова сыграла важную роль в развитии регионального железнодорожного транспорта и нефтедобычи. Кроме того, многие банки выступали заказчиками строительства монументальных зданий под свои штаб-квартиры и филиалы.
К началу XX века в Австро-Венгрии сложилась особая модель финансовой системы, в которой банки были тесно связаны с промышленностью и железнодорожным транспортом. Эта модель была близка к немецкой финансовой системе, поскольку создавалась под влиянием немецкой финансовой культуры, но были в ней и свои особенности: в полиэтнической империи существовало несколько взаимопроникающих финансовых сетей со своими собственными центрами в Вене, Будапеште, Праге, Кракове и Львове. Вся банковская система Галичины сильно зависела от кредитов Австро-Венгерского банка и иностранных банков, которые присутствовали во Львове.
Первая и Вторая мировые войны нанесли существенный урон банковскому делу Львова. В 1939—1940 годах, после аннексии Западной Украины советскими властями были ликвидированы все коммерческие банки Галичины. В советское время во Львове действовали региональные отделения государственных банков СССР, с 1990 года началось открытие первых коммерческих банков. После обретения Украиной независимости в городе работают банки различных форм собственности: частные, государственные и иностранные (как местные, так и общеукраинские). Отрицательное влияние на банковскую систему Львова оказали финансово-экономические кризисы 1997—1998, 2008—2009 и 2014—2015 годов.
Первый польский период
В XV—XVII веках кредитование частных лиц и городских властей (магистрата) традиционно осуществляли владельцы большого финансового капитала, обладавшие крупнейшими состояниями Львова. Наиболее известными среди них были немец Валериан Алембек, грек Константин Корнякт и польский мещанский род Кампианов. В первой половине XVII века во Львове стали появляться благотворительные кредитные учреждения наподобие европейских религиозных банков (известны под своим латинским названием Montes pietatis, или «Горы благочестия»), которые изначально специализировались на ипотечных займах и краткосрочных кредитах.
В 1640 году братство Святого Григория при армянской церкви основало первое львовское финансовое учреждение — «Армянский набожный банк», который просуществовал до 1939 года. В 1665 году был основан набожный банк при львовской католической кафедре (некоторое время он действовал в часовне Кампианов при Латинском соборе). Кроме того, с середины XVII века Львовское Успенское братство оказывало помощь своим членам, а позже и сторонним лицам беспроцентными денежными займами.
Устав церковного братства Святого Григория, утверждённый архиепископом Николаем Торосовичем, детально описывал, кому, на какой срок и под какие проценты можно ссужать деньги, какие вещи можно принимать под залог и что делать с должниками. В первые десятилетия своей деятельности «Армянский набожный банк» выдавал займы только членам братства Святого Григория и лишь на один год, беря в качестве залога золото, серебро и драгоценные камни (при этом стоимость залога должна была вдвое превышать сумму займа). Процент в «Армянском набожном банке» составлял до 8 % годовых. Если заём не возвращался в указанный срок, братство трижды напоминало должнику, после чего залог продавался (после вычета долга и процентов оставшиеся деньги возвращались клиенту).
Фактически набожные банки, особенно создававшиеся при католических соборах, были призваны бороться с влиянием многочисленных ростовщиков (неслучайно первый львовский ломбард также открылся возле Латинского собора, действуя под патронатом священнослужителей и магистратаПережив период войн и упадка, львовский ломбард был реорганизован бургомистром Бартоломеем Зиморовичем, а в 1668 году католический архиепископ города Ян Тарнавский утвердил новый устав учреждения, после чего ломбард полностью перешёл во владение духовенства.). Изначально они предоставляли под залог недвижимости беспроцентные кредиты, но со временем стали взимать с клиентов невысокий процент. Более крупные кредиты выдавали еврейские кагалы, а также отдельные ростовщики из числа львовских евреев и армян (деятельность еврейских ростовщиков нередко служила поводом к проявлениям антисемитизма среди горожан).
Во второй половине XVI века большим влиянием во Львове пользовался еврейский ростовщик Исаак Нахманович, который кредитовал польскую знать и финансировал строительство синагоги «Золотая Роза», а также еврейские виноторговцы Хаим Коэн и Абрахам де Моссо. К середине XVII века огромными богатствами и значительным влиянием в деловой и политической среде обладали армянские купцы Львова. Например, состояние купца Яна Вартересовича оценивалось в 600 тыс. злотых, в то время как состояние самого богатого польского купца города Яна Альтернмайера не превышало 120 тыс. злотых. Другой армянский купец, Христофор Бернатович, кредитовал короля Владислава IV на 300 тыс. злотых, а во время осады Львова войсками Богдана Хмельницкого (1648) именно армянская община заплатила выкуп в 90 тыс. злотых.
Несмотря на то, что до 1728 года во Львове было учреждено ещё три банка при армянских братствах Святой Троицы, Непорочного зачатия и Непорочного зачатия Язловецкой Девы Марии, «Армянский набожный банк» оставался самым крупным и популярным среди них. Кроме драгоценных металлов и камней, армянские банки начали принимать под залог и другие ценные вещи, например, оружие. Так, в 1737 году жена армянского купца Андрея Латиновича одолжила у «Армянского набожного банка» 1080 злотых, оставив в залог несколько бронзовых пушек.
Если в 1702 году активы «Армянского набожного банка» наличными и залогами составляли 14 946 злотых, то в 1714 году — 21 713 злотых, в 1735 году — 49 258 злотых, в 1745 году — 78 290 злотых. Прибыль от финансовой деятельности была не единственным средством пополнения банковского капитала братства Святого Григория. Нередко братской кассе жертвовали или оставляли в наследство довольно значительные суммы. Например, доктор медицины Шимон Кшиштофович в 1746 году пожертвовал братству 9 тыс. злотых (в среднем пожертвования составляли от 500 до 3 тыс. злотых). Среди клиентов «Армянского набожного банка» были купцы и ремесленники, представители духовенства и шляхты (в том числе львовский хорунжий Юзеф Франтишек Дзедушицкий, священник Юрий Годземба Ласкарис, влиятельные княжеские рода Любомирские и Сапеги, армянский архиепископ Якуб Стефан Августинович).
Накануне первого раздела Польши во Львове уже действовали частные банкиры, для которых оказание финансовых услуг стало основным занятием, а также банкирские дома, деятельность которых пока ещё не имела чёткого разграничения с деятельностью торговых домов. Кроме того, существовал ряд мелких кредитных контор и сберегательных касс, которые принимали вклады горожан и жителей окрестных сёл, выдавали небольшие потребительские кредиты.
Австрийский период
В конце XVIII века, после вхождения Львова в состав Габсбургской империи (1772 год) и экономических реформ императора Иосифа II, проведённых в рамках политики так называемого «просвещённого абсолютизма», финансовая деятельность в городе заметно активизировалась. Наряду с развитием торговли и промышленности шла концентрация капиталов в банковской сфере.
С началом австрийского правления кардинально изменились условия деятельности набожных банков и религиозных братств. Львовские армяне объединили капиталы четырёх банков, существовавших в городе при церковных братствах, а также присоединили к ним капиталы похожих провинциальных учреждений. Реорганизацию «Армянского набожного банка» утвердили правительство в Вене и австрийский губернатор Львова (новый устав был утверждён в ноябре 1790 года). Теперь армянский архиепископ Львова назначал директора банка и членов наблюдательного совета (главой совета был сам архиепископ). В конце каждого года чистый доход банка распределялся между архиепископом, капитулом и армянскими приходами согласно ранее вложенным средствам. Часть дохода направлялась на оказание помощи бедным приходам, церквям, школам и отдельным священникам.
Во время Наполеоновских войн банковская система Львова переживала трудные времена. В 1810 году австрийские власти реквизировали у львовской армянской общины около 80 кг серебра, что негативно отразилось на финансовой стабильности «Армянского набожного банка». В 1812 году Австрийская империя объявила себя банкротом, что привело к банкротству многих львовских банков, в том числе и «Армянского набожного банка». В 1826 году во Львове начала работу «Австрийская сберегательная касса». В 1829 году был разработан первый проект железной дороги Вена — Краков — Львов, поддержанный венским банкиром еврейского происхождения Соломоном Ротшильдом (эта линия предназначалась для экспорта соли из Галичины).
В 1830—1840-х годах в Австрийской империи наступил период финансовой стабильности, банки сумели вернуть пошатнувшееся доверие клиентов. Например, капитал «Армянского набожного банка» в 1842 году превысил 50 тыс. флоринов (в 1860 году он составлял 150 тыс. флоринов, а в 1881 году — 260 тыс.). В 1843 году начал свою деятельность «Галицкий кредитный институт» (в 1868 году он сменил название на «Галицкое земельное кредитное товарищество»). В 1843—1868 годах это финансовое учреждение размещалось в здании Оссолинеума на улице Оссолинских, 3 (теперь научная библиотека имени Стефаника по улице Стефаника), в 1868—1914 годах базировалось в собственном доме по улице Карла Людвига, 1—3После постройки в 1822 году это здание принадлежало торгово-банкирскому дому «Гауснер и Виоланд». (теперь проспект Свободы).
В январе 1844 года для привлечения средств населения на строительство города и развитие промышленности была создана «Галицкая сберегательная касса». В 1846—1891 годах она размещалась на улице Маеровской, 2 (ныне улица Сечевых стрельцов), после чего переехала по адресу улица Карла Людвига, 15 (здание кассы построено по проекту известного архитектора Юлиана Захаревича, сегодня в нём размещается Музей этнографии и художественного промысла)Скульптурную группу «Бережливость» на аттике здания выполнил Леонард Маркони. Центральная статуя с факелом в руке была сделана под влиянием нью-йоркской Статуи Свободы француза Бартольди.. Галицкий сейм гарантировал клиентам «Австрийской» и «Галицкой» сберегательных касс своевременную выплату процентов и возвращение своих вкладов по первому требованию. На фоне «Весны народов» (1848) в империи начался массовый отток частных капиталов и рост дефицита государственного бюджета, что негативно сказалось на банковском секторе. В 1853 году во Львове открыл свой филиал Национальный банк Австрии.
В первой половине XIX века немногочисленные кредитно-финансовые учреждения Львова не обладали значительными средствами для инвестирования, а постоянный дефицит свободных финансовых ресурсов являлся одним из главных препятствий для экономического развития такого периферийного региона Австрийской империи как Галичина. Отсутствие центрального кредитного учреждения, мелкий масштаб частных банкиров и преобладание небольшого торгового капитала, находившегося преимущественно в руках еврейских ростовщиков и купцов, тормозили кредитование зарождающихся промышленных предприятий или крупных инфраструктурных проектов.