— основополагающая военно-морская стратегия Японского Императорского Флота вплоть до Второй Мировой Войны. Была сформирована в 1910-х на основании опыта Цусимского Сражения и направлена в основном против США.

В основе доктрины лежали те тезисы, что значительно уступающая экономически, Япония не сможет выдержать затяжной войны против США. Поэтому исход войны должен быть решён максимально быстро, в решительном сражении, которое должно завершиться решительной победой Японии и полным разгромом противника. В соответствии с доктриной, основное внимание Япония уделяла созданию мощного флота линкоров, который должен был нанести поражение неприятелю — предварительно ослабленному действиями авиации, подводных лодок, и ночными атаками торпедоносных кораблей — в бою на заранее подготовленной позиции.

Несмотря на оппозицию со стороны ряда высших офицеров (включая адмирала Исороку Ямамото), считавших доктрину нерациональной и негибкой, не соответствующей реалиям войны на море, принципы «Кантай Кессен» оставались основой японской военно-морской стратегии вплоть до Второй Мировой Войны. Война продемонстрировала как очевидные прежде, так и неизвестные ранее недостатки доктрины; в конечном итоге, долго ожидавшееся «решающее сражение» было японцами проиграно.

История После окончания русско-японской войны 1904—1905 основным оппонентом Японского Императорского Флота в перспективе стали считаться военно-морские силы США. Американцев всерьёз беспокоило усиление военной мощи и политических амбиций Японии по окончании войны; оно представляло как косвенную угрозу американским экономическим интересам в Китае, так и прямую угрозу — американским заокеанским территориям на Филиппинах.

Циркумнавигация американского «Великого белого флота» в 1907—1909 году продемонстрировала японцам, что американский флот обладает значительными возможностями проецировать свою силу через океаны, и в случае конфликта — будет намного более опасным противником, чем российский. Значительное индустриальное превосходство США также означало, что японский флот в любом конфликте будет априори в меньшинстве. Наконец, США располагали позициями на Гуаме, Уэйке и Филиппинах, которые обеспечивали их флот системой базирования и защищённой коммуникационной линией для действий в западной части Тихого Океана.

Опираясь на опыт русско-японской войны, и особенно — Цусимского Сражения, японские адмиралы сделали вывод, что наилучшим способом для слабейшего флота одолеть сильнейший является встретить его и разбить в решающем сражении на оптимальной позиции. Они исходили из того, что слабейший флот не может выдержать нерешительной войны на истощение, ибо его ресурсы будут исчерпаны много ранее. Решительное сражение с разгромным для противника исходом позволяло нейтрализовать военно-морские силы противника одним ударом; согласно доминирующим в то время взглядам, основанным на доктринах американского военно-морского теоретика Альфреда Тайгера Мэхена, разгромленный оппонент не сумеет в разумное время восстановить свою военно-морскую мощь и не сможет продолжать войну. Это поддерживалось опытом Цусимы, которая (с точки зрения японцев) произвела деморализующее действие на русское общество.

Основываясь на этих положениях, японский флот в 1910 году сделал приоритетом создание мощного линейного флота, рассчитанного на нанесение поражения противнику — численное превосходство которого предполагалось нивелировать перед решающим сражением посредством продолжительных, истощающих атак лёгких сил. Большое внимание уделялось нестандартным тактическим ходам — таким, как ведение ночного боя. Исходя из теоретической оценки перспективных сил американского флота как 25 линкоров и больших крейсеров, разделённых на два океанских театра, японские адмиралы считали необходимым иметь в распоряжении «флот восемь-восемь» — восьми современных линкоров и больших крейсеров, способных составить паритет американским силам на Тихом Океане. Подобная программа стоила чрезвычайно дорого и создавала неприемлемую нагрузку на японские государственные средства; вдобавок, прогресс морской технологии за 1910—1920 сделал заложенные по исходной программе корабли морально устаревшими, вынудив де-факто начинать всю программу заново.

Подписанное в 1922 году Вашингтонское морское соглашение, установившее фиксированное соотношение тоннажа линейных кораблей пяти крупнейших мировых флотов, в изрядной степени способствовало японским планам. Хотя установленное соотношение тоннажа японских и американских линкоров как 3 к 5 — 315000 тонн у Японии к 525000 у США — не полностью устраивало японских военных, мечтавших о паритете, оно, однако, было значительно более выгодным для Японии, чем имевшее место ранее. Промышленный и экономический потенциал США был неизмеримо выше японского и позволял США потенциально поддерживать четырёхкратное превосходство в числе линейных кораблей над японским; Вашингтонское Соглашение не позволяло США реализовать их экономический потенциал и давало японскому флоту дополнительные шансы на победу. Кроме того, японский флот обладал также рядом преимуществ, включая два быстроходных линкора и четыре линейных крейсера — в то время как американский линейный флот состоял лишь из медлительных линкоров.

Стратегия

Основные положения

Доктрина «Kantai Kessen» предполагала принятие Японским Императорским Флотом оборонительной стратегии и ведение решающего сражения на предварительно подготовленной оборонительной позиции. Изначально, в 1910-х таковыми рассматривались острова Рюкю, и сражение должно было иметь характер защиты «домашней территории» от вторжения неприятеля.

Однако, ввиду расширения Японской Империи в 1920-х, а также ввиду совершенствования возможностей авиации и подводных лодок, оборонительная позиция выдвигалась все дальше вперёд. К 1940-м, таковой, по мнению японского командования, должны были являться территории Южного Тихоокеанского Мандата, рассматривавшегося — вопреки соглашению о демилитаризации этих территорий — как внешний оборонительный периметр японской метрополии.

Предполагалось, что угроза американским владениям в Азии — в первую очередь, Филиппинам — вынудит американский флот в самом начале войны перейти в наступление. Так как японские подмандатные территории находились на пути между Гавайскими Островами и Филиппинами, то американский флот должен был бы прорываться сквозь японский оборонительный периметр, где и предполагалось встретить его всеми силами Японского Императорского Флота. В основе плана действий было предварительное истощение противника, и затем быстрый и полный разгром его сил. Предполагалось (как в случае с Цусимским Сражением), что полное поражение во-первых деморализует неприятеля и лишит его желания продолжать войну, а во-вторых — сделает невозможным восстановление боеспособности его флота в течение по крайней мере нескольких лет.

План действий

Итоговый план действий выглядел следующим образом:

На первой стадии, развёрнутые впереди основной позиции японские океанские субмарины и гидросамолёты должны были обнаружить развёртывание основных сил американского флота, и установить с ними непрерывный контакт, отслеживая их перемещения. Критическим элементом для достижения успеха, японское командование считало точное знание о положении и перемещении противника, что с позиции 1920-х облегчалось сравнительно невысокой скоростью американских стандартных линкоров. Японские адмиралы полагали, что скорость американских основных сил не сможет превысить 20-21 узла из-за медлительности американских линкоров, что даст японцам время на развёртывание.

Специально для реализации этой составляющей плана, японский флот разработал несколько серий авианесущих подводных лодок, способных осуществлять эффективную разведку в тылу противника. Для этой же цели были разработаны дальние летающие лодки-разведчики Kawanishi H6K, способные осуществлять длительное патрулирование и поддерживать контакт с обнаруженным противником.

Используя данные разведывательных сил, японские быстроходные подводные лодки и авиация наземного базирования — базирующиеся на островах Южного Тихоокеанского Мандата — должны были подвергнуть американский флот непрерывным сериям атак, стремясь ослабить его силы и держать американские экипажи в постоянном напряжении. Подводные лодки должны были перемещаться в надводном положении и формировать подводные завесы на пути американских кораблей, а также выставлять сверхмалые субмарины Тип А на ударные позиции. Предполагалось, что действия подводных лодок и авиации должны в общей сложности вывести из строя или уничтожить порядка 20 % всего американского флота.

Для реализации этой составляющей японский флот разработал серию бомбардировщиков наземного базирования, обладающих особо большим радиусом действия — Mitsubishi G3M, и сменивший его Mitsubishi G4M. Обладая огромной дальностью действия (до 3700 км с полной нагрузкой), и высокой скоростью, новые бомбардировщики должны были атаковать американский флот с баз, расположенных за пределами досягаемости американских палубных самолётов. При этом, предполагалось что высокая скорость новых бомбардировщиков послужит им надёжной защитой от истребителей, в результате чего пулемётное вооружение и боевая устойчивость были принесены в жертву лётным характеристикам.

При создании атакующих подводных лодок, японцы уделяли основное внимание высокой скорости надводного хода — до 23 узлов. Предполагалось, что имея преимущество в скорости, субмарины, нанеся удар, смогут затем подняться на поверхность, обогнать в надводном положении неприятельский флот, и занять позиции на его пути вновь. Учения продемонстрировали, однако, невозможность такой тактики на практике; 23-узловые субмарины имели слишком небольшое преимущество в скорости, и, оставаясь длительное время на поверхности вблизи неприятельского флота, подвергали себя значительному риску.

Ночью американский флот должен был подвергнуться масштабной торпедной атаке со стороны японских крейсеров и лёгких сил. Предполагалось, что японские многочисленные тяжёлые крейсера, поддерживаемые быстроходными линкорами типа «Конго» уничтожат американское внешнее охранение из крейсеров и эсминцев, и позволят японским эсминцам прорваться на дистанцию атаки к американским линейным кораблям.

Японское командование ещё со времён Цусимы уделяло очень большое внимание ночному бою и торпедным атакам на тяжёлые корабли. Японские экипажи проходили интенсивную подготовку, направленную на ведение ночного торпедно-артиллерийского боя, с широкомасштабным применением осветительных снарядов и сбрасываемых с самолётов световых вымпелов. Предполагалось, что не имеющий аналогичной подготовки американский флот будет стремиться избежать ночного боя; с этой целью, японские крейсера и эсминцы должны были реализовать своё превосходство в скорости, чтобы эффективно атаковать неприятеля.

В рамках ночной торпедной тактики, японским флотом были разработаны сверхдальнобойные торпеды Тип 93 (известные как «Long Lance») с двигателем на сжатом кислороде. Эти торпеды несли тяжёлые боевые части, и были способны поражать корабли противника на дистанции до 40 километров — более чем вдвое дальше, чем обычные торпеды того времени. Чтобы максимально реализовать эффект от своих торпед, все японские эсминцы и крейсера были оснащены торпедными аппаратами с системой быстрой перезарядки, позволявшими перезарядить трубы прямо во время боя.

В дополнение, два старых японских лёгких крейсера типа «Кума» были переоборудованы в не имеющие аналогов «торпедные крейсера» — их старое вооружение демонтировано, и заменено сверхмощной торпедной батареей из десяти четырёхтрубных 610-мм торпедных аппаратов, по пять на каждый борт. Однако, чрезмерное увлечение кислородными торпедами привело к непредвиденным последствиям; из-за использования сжатого кислорода, заряженные торпедные аппараты были чрезвычайно опасны для своего носителя, и любое попадание рядом с ними могло привести к гибели корабля.