«Дре́вняя росси́йская вивлио́фика» () — многотомное издание древнерусских исторических источников, предпринятое Н. И. Новиковым. Печаталось как библиотека-серия, распространяемая выпусками по типу периодического издания.

Материалы для издания Н. И. Новиков черпал из частных, церковных, а также государственных , доступ к которым был открыт ему императрицей Екатериной II в 1773 году. Много материалов предоставили Н. Н. Бантыш-Каменский, Г. Ф. Миллер, М. М. Щербатов и другие, а также и сама Екатерина II, поддержавшая издание «Вивлиофики» субсидиями. В серии публиковались материалы XIII—XVII веков, в частности, новгородские грамоты, духовные завещания князей, родословные, описания путешествий в разные страны и другое. Впервые была опубликована «сказка» (указ) царя Алексея Михайловича от 1672 года о Степане Разине, подробно излагающая ход разинского восстания. В последних томах увеличилось количество исторических и историко-географических описаний: о старинных чинах и приказах, о Симбирской губернии, Перми, Иркутском наместничестве, о землях Войска Донского, Нерчинских рудниках и др. «Вивлиофика» стала первым объёмным изданием древнерусских актов и до их новых научных изданий в XX веке была совершенно незаменимым инструментом историка древнерусского государства.

Первое издание библиотеки-серии в 10 частях (28 книжках in octavo) было осуществлено в 1773—1775 годах в Петербурге, но по ряду причин прервалось; подписчикам так и не были высланы два последних выпуска. После того, как Н. И. Новиков занял пост директора Московской университетской типографии, в 1788—1791 годах серия была расширена до 20 частей. Во втором издании публикуемые документы были упорядочены по предметам и хронологии (внутри каждого выпуска), хотя при этом отсутствовали комментарии и указатель, что вызывало нарекания археографов начала XIX века.

В 1890-е годы «Древняя российская вивлиофика» была перепечатана земской публичной библиотекой города Мышкина Ярославской губернии.

Предыстория. Концепция издания

«Вивлиофика» и западное Просвещение

В западных исследованиях творчества Н. И. Новикова особый акцент делается на роли аббата Отроша в издании «Вивлиофики». В объёмном «Путешествии в Сибирь» Отроша русские изображались как варвары, которые никогда не смогут принять плодов Просвещения. Этот взгляд широко распространился в Европе 1760—1770-х годов, а также во франкофильских кругах российского дворянства. Даже Жан-Жак Руссо посвятил этой теме рассуждение в трактате «Об общественном договоре», в котором в крайне отрицательных тонах описал реформы Петра Великого. В частности, Руссо назвал его «гением подражания» и утверждал, что Пётр не понимал потребностей своего народа, ибо начал цивилизовать русских, в то время как те нуждались в дисциплине. Подобные теории убеждали европейских интеллектуалов и политиков в бесперспективности модернизации России и её неспособности встать вровень с нациями Запада. Новиков, занимаясь работой в Уложенной комиссии, а затем обратившись к истории России по первоисточникам (и публикуя в своих журналах дидактические материалы по европейской истории), пришёл к выводу, что русским присущи добродетели, не замеченные Отрошем. Принимая всё лучшее, что может предоставить Европа, Новиков стремился поощрять исконно российские добродетели.

По Новикову, одной из важнейших добродетелей россиян были простота и умеренность, что он пытался доказать на экономическом материале. Россия продавала сырьё — посконь, сало, кожи и меха, при этом импортируя кружева, шёлковые ленты и чулки, которые были не нужны и непрактичны в русском климате. Изучение допетровской Руси только укрепило его в мысли, что эрозия ценностей и исчезновение добродетели происходят от слепого подражания Западу. Это утверждение основывалось на тезисе Руссо о неразрывности нравов и культуры, иными словами, для российских франкофилов XVIII века отказ от европейских ценностей был равнозначен возрождению старомосковского «варварства». Новиков потратил много сил на изобретение инвектив на этот и подобные ему тезисы в журнале «Кошелёк», который издавал параллельно «Вивлиофике» в 1774 году. Попытка обоснования тезиса, что добродетели и нравы фундаментальны и универсальны в своей основе, привела Новикова в 1775 году к вступлению в масонскую ложу.

Исторические воззрения Н. И. Новикова Исторические взгляды Н. И. Новикова являлись органичной частью его мировоззрения как одного из крупнейших представителей дворянского Просвещения в России XVIII века. Важным средством «исправления нравов» он считал изучение истории родной страны — «отечествоведение». На примере древнерусских добродетелей, «деяний знаменитых наших предков» предполагалось осуществлять нравственно-патриотическое воспитание народа. Издание «Древней российской вивлиофики», с одной стороны, было частью новиковской просветительской программы, выраженной в издании сатирических журналов, с другой — знаменовало новый этап в его развитии как личности и учёного. Подсчитано, что около 8 % всех изданных типографией Новикова книг были исторического содержания (включая публикации Г. Миллера, М. Щербатова, перевод «Древней и новой истории» аббата Милло и «Деяния Петра Великого» Голикова).

Согласно Л. А. Дербову, несмотря на то, что в сочинениях Новикова отсутствует систематическое изложение русской истории, направление и проблематика его исторических интересов могут быть реконструированы. Разделяя масонские взгляды, Н. И. Новиков особое внимание уделял изучению быта и нравов, которые в просвещенческом понимании определяли и обусловливали все направления общественной жизни. Изначально он придерживался теории древнерусской добродетели, за которой в XVIII веке последовала «порча нравов». На втором месте в системе его взглядов стояли вопросы государственного строя России, организации государственного аппарата, иерархии «старинных чинов». Именно этот вопрос определял структуру и содержание «Древней российской вивлиофики». Из социальных проблем мыслителя более всего интересовало взаимное положение и отношения дворянства и крестьянства. Опубликованные в «Вивлиофике» документы по истории дворянства главным образом состояли из генеалогий и владельческих прав дворянских родов. История крестьянства интересовала Новикова в связи с поисками путей справедливого урегулирования отношений между помещиками и крестьянами. Отвергая извечность крепостного права, Николай Иванович пытался понять его происхождение и характер.

«Древняя российская вивлиофика» в контексте новиковского творчества

В 1772 году Новиков опубликовал «Опыт исторического словаря о российских писателях» — крупную авторскую работу, в которой была предпринята попытка освещения истории русской литературы и культуры вообще от первых летописцев до Татищева и Ломоносова. Словарь также выпускался как периодическое издание; при этом много исторических экскурсов содержалось в предыдущих изданиях Новикова — «Трутне» и «Живописце», а также в газете «Московские ведомости». «Вивлиофика» полностью вписана в этот контекст, её многое роднит и с «Опытом словаря», и с журналами, но многое и отличает. Согласно А. И. Незеленову, Новиков вернулся к идеалу, который был заявлен в «Трутне», — «начертание нравов и обычаев наших предков», резко противопоставленных западной культуре. Издание исторических источников позволяло соединить идеалы просвещения и патриотического воспитания; это издатель объявлял своим гражданским долгом. Как и при издании «Трутня», Новиков не скрывал предубеждения по отношению к Франции, хотя это не означало безусловного предпочтения всего российского. В предисловии к первому выпуску «Вивлиофики» Н. Новиков заявил:

Полезно знать нравы, обычаи и обряды древних чужеземных народов, но гораздо полезнее иметь сведения о своих прародителях; похвально любить и отдавать справедливость достоинствам иностранным, но стыдно презирать соотечественников, а ещё паче и гнушаться оными.

В предисловии ко второму изданию 1788—1791 годов Новиков также выдвигал просветительскую программу. Его главной целью являлась пропаганда родной старины, совмещённая с занимательностью: «…доставить любезным соотечественникам… приятное, а вместе нужное и полезное чтение».

По мнению Г. Н. Моисеевой, идея многотомного издания древнерусских исторических и литературных памятников возникла у Н. И. Новикова не случайно и диктовалась в первую очередь системой его личных воззрений и объективных потребностей русской гуманитарной науки, отрефлексированных уже в 1730-х годах В. Н. Татищевым. Татищев первым озвучил и идею публикации первоисточников, «древних законов, духовных великих князей, некоторых старинных грамот и актов русских церковных соборов». Далее М. В. Ломоносов, готовя к печати Кёнигсбергскую летопись, присвоил изданию заглавие «Библиотека российская историческая, содержащая древние летописи и всякие записки, способствующие к объяснению истории и географии российской древних и смежных времен», предполагая опубликовать несколько частей. Название и цель «Вивлиофики», таким образом, несомненно перекликались с замыслами и Татищева, и Ломоносова. Сверхзадачей Новикова-патриота было утверждение в сознании образованной публики мысли о том, что Россия и до времён Петра Великого обладала развитой культурой.

История

Первое издание: 1773—1775 годы

Николай Иванович Новиков к 1773 году отлично представлял сложности, связанные с выводом на рынок многотомных сочинений исторического содержания. Весной предыдущего года он выкупил у Академической типографии три четверти тиража «Опыта исторического словаря о российских писателях», а оставшиеся на складе 139 экземпляров так и не разошлись в течение 12 лет, пока не удалось погасить старой задолженности. Поэтому, приступая к изданию сочинений по истории России и публикации первоисточников, Новиков объявил на «Древнюю российскую вивлиофику» предварительную подписку. «Господам пренумератам» были обещаны немалые льготы: стоимость подписки на 1773 год была объявлена в 4 рубля (выпуски обещались на «любской» бумаге). Это означало скидку с розничной цены в размере 40 копеек за выпуск; при этом розничная цена в 4—5 раз превосходила себестоимость. Однако в 1774 году подписная цена существенно возросла: было объявлено, что годовой выпуск на александрийской бумаге будет стоить 8 рублей, на любекской — 6 рублей, а на простой — 4 рубля 80 копеек. При этом годовой комплект на простой бумаге в розничной продаже стоил 6 рублей (на хорошей бумаге в продажу «Вивлиофику» не выпускали). 5 ноября 1773 года в «Санкт-Петербургских ведомостях» (№ 89) Новиков объявил, что из-за убыточного года отменяет помесячный выпуск и начинает ежеквартальный «по окончанию каждой части, из трёх месяцев состоящей».