Белорусская готика

Белорусская готика () — разновидность кирпичной готической архитектуры, построенной в XV―XVI веках (преимущественно в первой половине XVI века) в регионах нынешней Беларуси, восточной ПольшиХоряк А. П. ВОСТОЧНОХРИСТИАНСКОЕ ХРАМОСТРОИТЕЛЬСТВО БЕЛАРУСИ ПЕРВОЙ ТРЕТИ XVI В. ВЛИЯНИЕ ЗАПАДНОЕВРОПЕЙСКОГО ЗОДЧЕСТВА И ТРАНСФОРМАЦИЯ ТРАДИЦИЙ. «Сообщения Национального художественного музея Республики Беларусь», выпуск 6, 2005. Мн., «Белпринт», 2007, стр. 233—243., а также западной Украины. Для белорусской готики характерно гармоничное соединение черт готики и ренессанса, традиций древнерусского монументального зодчества и влияний русско-византийского стиля, что обогатило, придало её памятникам неповторимый колорит и художественную ценность. Для белорусской готики характерны, как и для кирпичной готики, с одной стороны, отсутствие скульптурных украшений, которые невозможно выполнить из кирпича, и, с другой стороны, богатство орнаментальных деталей кладки и структуризация плоскостей за счёт чередования красного либо глазурованного кирпича и известковой побелки стен.

История понятия

Впервые концепцию белорусской готики выдвинул в 1920-е гг. белорусский искусствовед Н. Н. Щекотихин в своём произведении «Очерки из истории белорусского искусства»Шчакаціхін М. Нарысы з гісторыі беларускага мастацтваю / Репринт. изд. 1928 г. — Мн., 1993. — С. 242—270, её поддержали Н. И. КасперовичКасьпяровіч М. Беларуская архітэктура. — Віцебск, 1925. — С. 25-30, 52., А. Р. ЯнкявиченеЯнкявічэне А. С. Самабытныя рысы беларускай готыкі //Помнікі гісторыі і культуры Беларусі. 1974. № 1 (17). — С. 1-21, Т. В. ГабрусьГабрусь Т. В. Што такое беларуская готыка? //Мастацтва. 1997. № 9. — С. 58-64, А. Н. КушнеревичКушнярэвіч А. М. Ініцыіруем паняцце «Готыка Вялікага княства Літоўскага» //Мастацтва. 1997. № 9. — С. 65-66. Щекотихин, в отличие от предшественников, польских и российских исследователей, рассматривает «белорусскую церковную готику» как итог художественного творчества одного народа, а не только как материальную основу противоположных «российско-польских клерикально-шовинистических позиций», и акцентирует внимание на национальных корнях этого культурного явления.

В своей искусствоведческой концепции Н. Щекотихин придерживался теории последовательного прогрессивного развития архитектурных форм на основе заимствованного первообраза, в итоге преувеличивал влияние на местное храмовое строительство немецкой готики, что было естественным при научных концепциях, доминировавших в европейском искусствоведении того времени. Современные исследования свидетельствуют, что влияние немецкой готики было, безусловно, существенным, но не единственным и совершалось, скорее всего, через замковое строительство. По мнению исследователя, генезис 4-башенных православных церквей белорусской готики осуществлялся таким образом: архитектура двухбашенного костёла Святой Анны повлияла на архитектуру более позднего виленского костёла бернардинцев с тремя башнями по углам, а тот — на формирование четырёхбашенных композиций оборонительных церквей Беларуси, которые и стали квинтэссенцией самобытности белорусской готики. Очевидно, что во главу угла исследователями ставилось постепенное количественное увеличение башен, без учёта их функциональной специфики, художественной стилистики и хронологии возведения этих строений. Некоторые неточности исследований Т. Габрусь объясняет недостаточными знаниями насчёт датирований и количества памятников белорусской готики.

Немногочисленные историко-архитектурные исследования послевоенного времени (Ю. Егоров, М. Кацар, А. Митятин, В. Чантурия), большей частью затрагивали объекты белорусской готики, отбросив при этом памятники Вильнюса, в основном повторяли концепцию Н. Щекотихина. На границе 1960—1970-х гг. круг исследованых памятников архитектурной готики Великого княжества Литовского значительно расширили труды московской исследовательницы Е. Д Квитницкой и ряда литовских исследователей, таких как А. Янкавечне, В. Дрема.

История Определённые аналоги романско-готических форм, такие как килевидные арки и многочисленные раскрепованные лопатки можно увидеть в витебской Благовещенской церкви, полоцких Спасо-Преображенской церкви и Борисоглебской церкви Бельчицкого монастыря XII века, что по времени точно соответствует появлению первых готических форм в архитектуре Западной Европы.

По причине удалённости региона от очага возникновения и расширения готического стиля, отличительных политических обстоятельств формирования государственности, а также преимущественно православной, а не католической конфессиональной ориентации основной массы населения страны становление готики в её культовой архитектуре происходило со значительным опозданием и в чрезвычайно своеобразных формах, обусловленых господством тут на предыдущем этапе византийских архетиповГабрусь Тамара Віктараўна «Саборы помняць усё. Готыка і рэнесанс у сакральным дойлідстве Беларусі » (фота У. А. Багадановіча і з асабістага архіва Т. В. Габрусь). Мінск. «Беларусь», 2007 г. 167 с. ISBN 978-985-01-0714-5..

Проникновению форм западноевропейской готической архитектуры, в первую очередь — из Италии, Германии, в Великое княжество Литовское способствовали социально-политические и экономические обстоятельства. Это произошло в конце XIV века с официальным крещением Литвы в католицизм, деятельность нищенских монашеских орденов францисканцев и бернардинцев, а также ганзейских торговцев. Первые готические каменные костёлы были возведены в крупнейших городах государства — Вильно (костёлы Святого Николая, бернардинцев и Св. Анны — и Ковно («фара Витовта»), который по Неману имел развитые торговые отношения с землями Северной Германии, поэтому в них наблюдается выразительное влияние немецкой готики, что и отмечает большинство исследователей.

На территории современной Беларуси первые каменные храмы в стиле готики построены в XV в. (костёлы Иоана Крестителя во Вселюбе, Св. Троицы в Ишколди, Всех Святых в Новогрудке, Св. Петра и Павла в Ивье. На границе XV-XVI вв. элементы готики проникли в православное храмостроительство, переплелись с традиционной византийской объёмно-пространственной структурой церквей, что определило художественную характерность и уникальность местной готики (церкви-крепости в Супрасле, Сынковичах, Мурованке, Борисоглебская церковь в Новогрудке). Архитектурные особенности готики (стрельчатые арки и нервюрные своды) присутствуют в это время в замковой архитектуре Беларуси (Мирский и Новогрудский замки). Со 2-й четверти XVI века готика становится оппозиционным стилем католического храмостроительства против движения реформации. Наиболее выразительные черты готики сохранил костёл Михаила Архангела в Гнезно (1527 г.). В начале XVII в. в католическом искусстве распространился стиль барокко, однако элементы готики, такие как контрфорсы присутствовали в архитектуре костёлов до середины XVII в..

Особенности

Храмовые постройки были возведены из красного брускового кирпича (средний размер кирпича составляет 26 — 32×13 — 16×7 — 9,5 см) в технике готической кладки (кроме храма рождества Богородицы в Мурованке) где использована ренессансная кладка — чередование в одном ряду нескольких тычков. Объёмы построек тут решены скульптурно, с прорисовкой линий, архитектурный декор играет тут второстепенную роль (Ишколдь). Основные декоративные элементы — обрамления порталов и оконных проёмов, разнообразные по рисунку ниши и аркатура (Новогрудок. В оконных и дверных проёмах использована стрельчатая арка с малой стрелой подъёма (Новогрудок, Сынковичи, Супрасль, Кодень. Нередко завершения проёмов и порталов имели не специфическую для готики стрельчатую, а полуциркульную форму. травеи нефов перекрыты нервюрными, а также кристаллическими сводами разнообразной конфигурации (встречаются во всех памятниках). В целях разгрузки стен используются контрфорсы (Новогрудок, Сынковичи, Кодень), торцы двускатной крыши закрыты остроконечными щипцами (встречается во всех памятниках).

Во всех православных церквях используется архитектурный тип так называемой зальной базилики, где все нефы имеют одинаковую высоту. Кроме относительной простоты исполнения этот тип в большей мере отвечает православному мировосприятию и литургической практике, хотя для зодчества Мазовии, чьё влияние выразительно присутствует в этих памятниках, зальный тип получил наименьшее распространение. Но, когда зальные базилики костёлов, даже относительно небольших (в два или три прясла), подчинены принципу удлинённо-осевой пространственной организации, то в православных церквях зал строится как центричное пространство.

Для католических были характерны следующие типы храмов: трёхнефный безбашенный (Ишколдь, Ивье), одностолбный безбашенный (Вселюб), однонефный однобашенный (Гнезновский костёл Святого Михаила Архангела, Деревновский костёл Благовещенья. Однонефные храмы с башнями—колокольнями на главном фасаде представляют собой монументально-компактные объёмы, укреплённые контрфорсами, контрастировали с высокими ярусными вертикальными башнями, придававшими строениям черты динамической асимметрии.

Про существенное влияние архитектуры Мазовии на белорусскую готику свидетельствует ряд характерных примет — строительных приёмов. Для мазовецкого зодчества характерно использование в отделке внешней поверхности стен спаренных ниш, вписанных в полуциркульную нишу; при этом внутренняя поверхность ниши выбелена, а за её границами — кирпичная неоштукатуренная стена, благодаря чему создаётся яркий контраст красного и белого, имеющий место в Сынковичах, Мурованке и других памятниках. В Мазовии кроме этого, используется поребрик (щит фасада костёла в Плоцке). Аналогичную деталь мы видим в цоколе Мурованковской церкви-крепости. Ломже имеет крупный рисунок нервюра в центральном нефе и более мелкий в боковых, что позволяет провести параллель с конструкциями сводов храма в Мурованке.

Настоящие готические элементы в памятниках белорусской готики представлены относительно «скромно». Тут нет смелых конструктивных решений, характерных для масштабных соборов Франции, Англии, Германии, где доминантой, как правило, является широкий освещённый центральный неф, который поддерживается снаружи аркбутанами, опирающимися на контрфорсы. Отсутствие аркбутан связано с тем, что в зальном типе постройки распор центрального нефа передаётся на боковые, равные ему по высоте. Проблема освещения постройки решается посредством использования окон в стенах южного и северного фасадов.

Основной общей приметой белорусской сакральной готики с общеевропейской является наличие в системе перекрытия построек нервюрных сводов (крестовых и звёздчатых). Как и в других странах кирпичной готики, нервюры исполнялись из фасонных кирпичей, а не из камня. Их меньшая прочность ограничивала величину пролётов сводов, что приводило к уменьшению сетки нервюр, способствовавших использованию звёздчатых, а позднее и сотовых (либо кристаллических) готических сводов. В последних нервюрный каркас заполнен похожими на кристалл трёхгранными пирамидками, имеющими собственную внутреннюю пространственную жёсткость. Проявлением позднеготического декора сводов является сетчатый ромбовидный рисунок нервюр. С начала XVI века в архитектуре каменных костёлов, вместе с формами и конструкциями готики, начинают ощущаться влияния возрождения.

Памятники белорусской готики