Роман «Братья Карамазовы» стал итогом творчества Фёдора Михайловича Достоевского, при этом многие идеи, образы и эпизоды возникли задолго до начала работы над произведением. Первые из них обнаруживаются в творчестве писателя уже в 1846 году; в 1850-х годах на каторге Достоевский знакомится с Дмитрием Ильинским, чья история отцеубийства легла в основу сюжета романа; в творчестве 1850—1860-х годов появляются персонажи, в той или иной мере послужившие предшественниками героев романа «Братья Карамазовы». Осенью 1874 года, во время работы над романом «Подросток», Достоевский в одной из рабочих заметок впервые обрисовывает план «Братьев Карамазовых». В октябре 1877 года Достоевский написал, что займётся «одной художнической работой, сложившейся <…> неприметно и невольно».
На замысел, идеологию романа, его религиозно-философскую концепцию во многом повлияли как произведения других писателей, в частности Виктора Гюго и Льва Толстого, так и работы философов и религиозных мыслителей, таких как Владимир Соловьёв и Николай Фёдоров. К обработке материалов и продумыванию плана Достоевский приступил весной 1878 года, первые черновые записи датируются апрелем 1878 года. 2 декабря 1878 года стало известно, что публикация романа начнётся с январского номера журнала «Русский вестник». Структурно роман был разделён автором на отдельные книги, каждая из которых представляла собой законченную историю. По мере работы над романом Достоевский понимал, что не укладывается в намеченные сроки. Некоторые книги романа по сравнению с планом выросли в объёме более чем в два раза и были разделены, также были добавлены отдельные главы и даже книги, не предусмотренные первоначальным планом. Работа над эпилогом, заключительным фрагментом романа, была закончена к 8 ноября 1880 года.
Предыстория Роман «Братья Карамазовы» стал итогом творчества Фёдора Михайловича Достоевского, результатом его длительных размышлений над проблемами литературы и искусства. Многие идеи, образы и эпизоды романа присутствуют в более ранних произведениях Достоевского либо возникли во время их написания, но до момента работы над романом оставались в творческом воображении писателя.
Раннее творчество Тема раздвоения личности персонажа впервые в творчестве Достоевского появляется в 1846 году в повести «Двойник», где тайные желания со дна души героя порождают в его сознании образ ненавистного двойника. В 1877 году Достоевский писал об идее двойника в повести: «повесть эта мне положительно не удалась, но идея её была довольно светлая, и серьёзнее этой идеи я никогда ничего в литературе не проводил». В главе «Чёрт. Кошмар Ивана Фёдоровича» одиннадцатой книги «Братьев Карамазовых» Достоевский возвращается к идее двойника, показывая её могучие художественные возможности.
В 1847 году выходит повесть «Хозяйка», некоторые мысли которой предвосхищают аналогичные идеи Великого инквизитора из одноимённой главы пятой книги «Братьев Карамазовых». Главная героиня повести Катерина по характеру напоминает Грушеньку. Обе героини являются грешницами на распутье между прошлым и чистым настоящим, но только Грушеньке удаётся сделать правильный выбор в сторону новой жизни. В тот же период в творчестве Достоевского возникают темы нищего чиновничьего семейства, образы самоуничтожающихся шутов и городских подростков.
От Ильинского к начальной точке романа В 1850-х годах на каторге в омском остроге Достоевский познакомился с Дмитрием Ильинским, который был несправедливо осуждён за отцеубийство. Его история дважды была изложена писателем в «Записках из мёртвого дома», прежде чем послужить прообразом истории Дмитрия Карамазова. В 1860-х годах после каторги и ссылки Достоевский близко сходится с критиком Аполлоном Григорьевым, чей образ жизни, включающий любовь к кутежам и цыганам, бурные увлечения женщинами и контраст между внешним поведением и высокими романтическими порывами, в определённой степени мог послужить источником некоторых черт характера Дмитрия Карамазова.
В произведениях Достоевского 1850—1860-х годов также появляются персонажи, в той или иной мере послужившие предшественниками героев романа «Братья Карамазовы». Среди наиболее значимых отмечаются предшественники Алёши Карамазова: Алёша Валковский из романа «Униженные и оскорблённые» и князь Мышкин из романа «Идиот»; Фёдора Карамазова: Евграф Ежевикин и Фома Опискин из повести «Село Степанчиково и его обитатели», Лебедев из романа «Идиот»; Ивана Карамазова: Ипполит Терентьев из романа «Идиот»; Павла Смердякова: лакей Видоплясов из повести «Село Степанчиково и его обитатели».
В 1862 году в предисловии к переводу романа «Собор Парижской богоматери» Виктора Гюго Достоевский выразил желание «помериться силами с Данте» и создать роман энциклопедического характера, всесторонне выражающий стремления и характеристику своего времени. Созданные после этого романы «Преступление и наказание» и «Идиот», рассказывающие про восстановление погибшего человека, можно рассматривать как подступы к решению поставленной задачи. В годы завершения Львом Толстым романа «Война и мир», Достоевский формулирует замысел эпопеи о восстановлении погибшего человека. В 1868 году в письмах к Аполлону Майкову писатель обрисовывает цикл романов «Атеизм», главный герой которого, путешествуя по России, переходит от веры к безверию, а потом обратно к вере через приобщение к идеалу «русского Христа». В 1869 году «Атеизм» уступает место «Житию великого грешника», преемственно связанному с задуманным циклом. Оба замысла наметили некоторые сюжетные особенности и проблематику «Братьев Карамазовых».
В 1870—1872 годах Достоевский работает над романом «Бесы», после чего пишет роман «Подросток» и работает над «Дневником писателя». Осенью 1874 года, во время работы над «Подростком», Достоевский в одной из рабочих заметок обрисовывает план «Братьев Карамазовых»: «13 сентября 1874 г. Драма. В Тобольске, лет двадцать назад, вроде истории Ильинского. Два брата, старый отец, у одного невеста, в которою тайно и завистливо влюблен второй брат. Но она любит старшего. Но старший, молодой прапорщик, кутит и дурит, ссорится с отцом. Отец исчезает <…> Старшего отдают под суд и осуждают на каторгу <…> Брат через 12 лет приезжает его видеть. Сцена, где безмолвно понимают друг друга <…> День рождения младшего. Гости в сборе. Выходит. „Я убил“. Думают, что удар. Конец: тот возвращается. Этот на пересыльном. Его отсылают. Младший просит старшего быть отцом его детей. „На правый путь ступил!“». Данную заметку писателя, по мнению Фридлендера, можно рассматривать в качестве начальной точки работы над романом.
От заметки к созданию В заметке 1874 года действие будущего произведения сосредоточено вокруг психологической истории преступления и этического перерождения двух братьев без взаимодействия с окружающей общественной жизнью. Отсутствует и тема борьбы и смены поколений. План истории о братьях больше соответствовал психологической драме, чем роману. Только в 1878 году писатель приступает к систематической работе над давним замыслом двухтомного или трёхтомного романа-жития Алексея Карамазова, «великого грешника» из прошлых планов, и его братьев. Спустя четыре года тот самый план послужил фабульным стержнем, вокруг которого постепенно формировался сюжет будущего романа из многочисленных замыслов Достоевского 1874—1878 годов.
В начале работы над романом «Подросток» Достоевский замышлял его как произведение о детях. Позже тематика книги сместилась в сторону отцов и детей, однако, от первоначальной задумки остался нереализованный план о трёх братьях: «один брат — атеист. Отчаянье. Другой — весь фанатик. Третий — будущее поколение, живая сила, новые люди» и размышления о «новейшем поколении — детях». В «Братьях Карамазовых» эти задумки находят своё воплощение в лице Ивана, Дмитрия и Алексея Карамазовых, а также в Коле Красоткине и других мальчиках. В тех же подготовительных записях к роману разрабатывался и один из главных мотивов поэмы «Великий инквизитор». После завершения работы над «Подростком», Достоевский назвал этот «роман о русских теперешних детях, ну и, конечно, о теперешних их отцах, в теперешнем взаимном их соотношении» всего лишь первой пробой подобной мысли.
Отдельные аспекты детской темы, темы разложения дворянства, экономического упадка в стране, обнищания деревень, темы суда, темы русской церкви и католицизма, темы всеобщего обособления, а также темы Западной Европы и России в её прошедшем, настоящем и будущем анализировались Достоевским в «Дневнике писателя» за 1876—1878 годы, что по мнению исследователей отмечает его «особую роль в истории подготовки замысла „Братьев Карамазовых“». В подготовительных материалах «Дневника» встречаются записи, указывающие на будущий роман, а также некоторые характеры для него. «… Готовясь написать один очень большой роман <…> задумал погрузиться специально в изучение не действительности собственно, я с нею и без того знаком, а подробностей текущего. Одна из самых важных задач в этом текущем для меня <…> молодое поколение и вместе с тем современная русская семья, которая, я предчувствую это, далеко не такова, как всего ещё двадцать лет назад…» — писал Достоевский в 1876 году, отмечая необходимость «Дневника» для подготовительной работы над романом.
В 1877 году в октябрьском номере «Дневника писателя» Достоевский написал, что собирается приостановить издание на год или два. В декабрьском номере писатель уточнил, что в 1878 году журнал выходить не будет: «в этот год отдыха от срочного издания я и впрямь займусь одной художнической работой, сложившейся у меня в эти два года издания „Дневника“ неприметно и невольно».
Литературное и философское влияние
Литература
Достоевский всегда интересовался творчеством и восхищался психологической глубиной образов Виктора Гюго, который в «Отверженных» призвал к восстановлению погибшего человека, задавленного несправедливо гнетом обстоятельств, застоя веков и общественных предрассудков. В 1862 году в предисловии к переводу романа Гюго «Собор Парижской богоматери» Достоевский назвал эту идею французского писателя основной мыслью всего искусства девятнадцатого столетия и заявил, что эта идея должна скоро получить своё воплощение в значительном по художественному масштабу произведении. По словам литературоведа Леонида Гроссмана, именно роман-эпопея «Отверженные» оказал значительное влияние на направление дальнейших творческих исканий Достоевского и стремление создать роман-эпопею о современной для писателя общественной жизни.
При этом писатель не во всём соглашался с французским классиком, в частности, отрицательно оценивая необходимость революционного террора во Франции в 1793 году. Как и Гюго, он соглашался с неумолимой логикой развития западноевропейского общества и допускал, что научный политический социализм окажется полезным, однако ставил под сомнение незыблемость закона науки, который, по его мнению, означал борьбу за существование и неминуемое насилие. Вместо этого Достоевский рассматривал закон любви, который привёл бы общество к той же цели, но без ненужных смут, крови и «деспотизма за кусок», лишенных нравственной цели. Эти размышления о несовершенстве человеческого общества и трагической разорванности действительности и справедливости были отражены в «Братьях Карамазовых». Виктор Гюго стал одним из идейных противников, с которыми Достоевский вёл полемический диалог при создании романа. Так, в черновиках главы «Бунт» Иван Карамазов упоминает Людовика XVII, подкрепляя свои доводы примерами из Французской революции. В изданном варианте этих фрагментов не оказалось, но скрытая полемика с Гюго сохранилась в вопросе Ивана о допустимости всеобщего счастья ценой смерти ребёнка, так как Гюго полагал, что смерть малолетнего Людовика XVII была оправдана целью благоденствия французского народа.