Армяно-турецкая война — вооружённый конфликт между Османской империей и Первой Республикой Армения в ходе турецкого вторжения на Кавказ.
Предыстория
В начале 1918 года практически ежедневно стали происходить масштабные столкновения азербайджанцев и армян в Эриванской и Елизаветпольской губерниях, были зафиксированы первые поджоги азербайджанских и армянских селений. Негативную роль в нагнетании напряженности в Закавказье сыграла Турция, представители которой вели среди мусульманского населения активную агитацию. Как результат в условиях политической борьбы и анархии, действия турецких агентов стали одним из главных инструментов разжигания межнациональной розни. Грузинский политик, один из лидеров меньшевиков, А. Чхенкели отмечал, что «вооруженное мусульманское население, придерживаясь турецкой ориентации, называет себя турецкими солдатами и терроризирует своими анархическими проявлениями все христианское население». Проведенное в Тифлисе совещание национальных советов армян и мусульман ни к чему ни привело, напряженность продолжала нарастать.
Тем временем в январе 1918 года, нарушив заключённое в декабре 1917 перемирие, турецкие войска под предлогом защиты мирных мусульман, воспользовавшись развалом фронта и слабостью Закавказья, начали наступление и приблизились к границам Закавказья. 3 марта 1918 года между Турцией и большевистской Россией был подписан Брестский мир, по которому русские войска должны были оставить Ардаганский, Карсский и Батумский округа. Закавказский сейм не признал договор и начал в марте в Трапезунде сепаратные переговоры с Турцией, которые результата не дали. Турция отвергнув все предложения, начала военное наступление, сопровождавшееся резней армянЭнциклопедия «Гражданская война и военная интервенция в СССР» / ст. «Армяно-турецкая война 1918» / ред. С. С. Хромов, Н. Н Азовцев; Изд. Сов. энциклопедия, М. 1983 г. — с. 47; 702 с. .
Надеясь на заключение мира, А. Чхенкели, не поставив в известность сейм и армянских министров из своего правительства, приказал генералу Ф. Назарбекову передать туркам Карс, который по оценкам специалистов мог сдерживать натиск превосходящих сил турок несколько месяцев. Решение сдать Карс вызвало панику среди гражданского населения города. В течение нескольких часов тысячи армян бежали на восток к границам Эриванской губернии. 25 апреля 1918 года части Оттоманской 3-й армии вошли в крепость и захватили её огромные запасы оружия и снаряжения. Армянские лидеры в Тифлисе, с опозданием узнав о скрытом манёвре Чхенкели, отказались от своих портфелей в его кабинете и потребовали его отставки. Добровольная сдача Карса не остановила турецкие войска, которые продолжили свое наступление. С потерей Карса у армянских сил исчезла возможность эффективной обороны, и 28 апреля они вынуждены были отступить за Арпа-чай, к границе 1877 года. В это же время Закавказский сейм, несмотря на противодействие армянской делегации, считавшей неуместным разрыв с Россией, заявил о независимости Закавказья и создании Закавказской демократической федеративной республики. Меньшевик Акакий Чхенкели, которого в связи со сдачей Карса представители армян требовали снять с должности, не только не лишился её, но и в новосозданной Закавказской республике занял самый высокий пост. В созданном им правительстве грузины, также как и в сейме, заняли самые важные должности. Армяне, довольствовавшиеся второстепенными должностями, ради сохранения остатков Восточной Армении были вынуждены продолжить сотрудничество в рамках независимого государства.
11 мая 1918 года в Батуме начались переговоры между Турцией и Закавказской федерацией. Правительство последней в лице премьер-министра А. Чхенкели было готово принять все положения Брест-Литовского договора. Однако представитель Турции Халил-Бей заявил, что теперь этого недостаточно. По его словам, старые условия неприемлемы, так как после конференции в Трабзоне произошли вооруженные столкновения. Турецкий представитель предложил проект нового договора и потребовал его немедленного принятия. Теперь Турция претендовала не только на турецкую Армению и районы Карс, Ардаган и Батум, но и на округа Ахалцих и Ахалкалак в Тифлисской губернии, а также западную часть Эриванской губернии, включая долину реки Аракс и железную дорогу Александрополь-Джульфа, проходящую вдоль границы с Персией. Более того, значительно урезанная Закавказская республика должна была полностью подчиниться Турции.
В то же время, не предоставив правительству Закавказья должного времени на принятие решения и не дождавшись ответа, турецкие власти отдали приказ о вторжении в Эриванскую губернию. 15 мая 1918 года турецкие войска после энергичной, но недолгой обороны армян, взяли Александрополь. Захват Александропольского уезда турками сопровождался резнёй армянских беженцев из Сарыкамыша, Карса, Ардагана, Олту и других местностей, оккупированных к тому времени турецкими войсками. Далее турецкая армия нанесла удар в южном направлении вдоль железной дороги Эривань-Джульфа и на восток вдоль линии Каракилиса-Тифлис-Баку. Спустя неделю турецкие войска и местные мусульманские вооруженные формирования с одной стороны почти окружили Эривань на одном фронте, а с другой напали на армянский город Каракилису (ныне Ванадзор), который фактически являлся воротами на Тифлис. Тем временем воодушевленная военными успехами турецкая делегация на переговорах в Батуме предъявила новый ультиматум Закавказской республике, согласно которому к уже имеющимся территориальным требованиям добавились требования отдать ещё большую часть Эриванской губернии. На принятие ультиматума турки отводили правительству А. Чхенкели 72 часа. Подобные условия были неприемлемы для армян — их принятие означало невозможность существования армянского народа. В то же время, пока в Закавказье шли активные боевые действия, Германия вела переговоры с Советской Россией о разделе сфер влияния на Кавказе. Планировалось, что бакинский регион будет находиться в сфере влияния России, а Германия получит исключительные преференции и доступ к энергорресурсам. Вторжение турок в регион значительно осложняло воплощение планов кайзеровской Германии в жизнь. Немецкие делегаты и уполномоченные лица требовали от Турции соблюдения условия Брест-Литовского мирного договора, добавляя что больше не будут оправдывать эксцессы Турции против местного христианского населения.
Эти требования ознаменовали собой окончание первого этапа действий Османской империи в Закавказье и начало второго. Легкий захват Карса и Батума убедил Энвер-пашу, что он может повторить своё пантюркистское наступление 1914 года. Двумя основными целями турок были захват Баку и оккупация Кавказского и Иранского Азербайджана. На фоне продолжающегося развала России были предложены более смелые схемы — вторжение в Закаспийскую область и Туркестан, а также организация панисламского восстания против англичан в Афганистане, южном Иране и северной Индии.
Армения и Грузия, по территориям которых проходили важные транспортные магистрали, были единственными препятствиями. Для армии Вехип-паши сломать сопротивление этих государств не представлялось сложным, однако нужно было больше войск, так как англичане не остались бы равнодушными к судьбе Баку и северного Ирана. Не исключалась также реакция на события советского правительства. Несмотря на опасное положение турецких войск в Палестине, 15-я пехотная дивизия, шедшая с Румынского фронта, была остановлена у Босфора для морской транспортировки в Батум. Больше чем в солдатах Энвер-паша нуждался в командующих, которые понимали его цели и могли их исполнить. Его сводный брат, Нури-паша был вызван из Триполитании, где он оказывал успешное сопротивление итальянцам, а дядя Халил-паша был назначен командующим группой армий «Восток», объединявшей действовавшие на Кавказе и в Месопотамии 3-ю и 6-ю армии и группу войск «Карс».
Союзница Турции Германия не одобряла пантюркистские планы Энвер-паши, имея собственные планы на Баку и Грузию. В последнюю для предотвращения турецкого наступления были введены германские войска. Но для армян ситуация была другой. Немцы не были заинтересованы в защите Армении и скорее даже поощряли турецкое наступление на Иран через Армению, которое могло остановить британские действия по отношению к Баку. С призрачными надеждами на британскую помощь армянам оставалось только сопротивляться турецкой армии. Более того, армяне боялись, что турецкое наступление приведёт к спонтанным восстаниям мусульманского населения Армении. Оказавшись лицом к лицу с неизбежным турецким вторжением с перспективой межнационального конфликта в тылу, армяне понимали, что даже капитуляция лишь отсрочит фактическое уничтожение армянского народа. Победа западных держав в войне казалась армянским наблюдателям в мае 1918 как минимум неопределенной. Между тем, турки спешили претворить в жизнь свои грандиозные планы, и пока переговоры и перемирие были всё ещё на повестке дня, турецкие войска перешли Арпачай.
Силы сторон К 15 мая 1918 для наступления в Закавказье Османская империя располагала 9 хорошо экипированными пехотными дивизиями — примерно между 55 и 60 тысячами солдат. 37-я и 5-я Кавказские дивизии II корпуса Кавказской армии, дислоцированные в Батуме и Олту. 36-я и 9-я Кавказские дивизии I корпуса Кавказской армии, дислоцированные между Карсом и Александрополем. 10-я дивизия I корпуса Кавказской армии в Ардахане. 11-я дивизия II корпуса Кавказской армии в резерве в Карсе. вокруг Дийадина и Баязита с патрулем в проходах Агры-дага 12-я дивизия IV армейского корпуса. на марше из Вана к Башкале и иранской границе 5-я пехотная дивизия IV армейского корпуса. в ожидании транспортировки из Стамбула в Батум 15-я дивизия. Кроме того было несколько тысяч ополченцев, которые были полезны в горных операций для диверсий и подрыва линий коммуникаций.
Однако, ввиду осложнений в турецких планах, лишь 5 из 9 дивизий (30 000 человек) смогли принять участие в Закавказском наступлении. Таким образом, диспропорция сил между турками и армянами не была большой.
Против турок армяне могли поставить 20,000 солдат, кроме того, армянское командование располагало кавалерией в 1000 человек, разделенной на два полка, и более 50 полевых пушек.
Большая часть армянских войск состояла из добровольцев с опытом нерегулярной войны и отличным знанием местности, на которой должна была произойти битва, что должно было убедить армянских военачальников использовать партизанский стиль ведения войны. Под последней подразумевается не война гверильяс, которую проводят маленькие группы солдат, которые расходятся и собираются вновь, а война, проводимая мобильными компактными полками численностью в 500—1,500 человек с полевыми пушками и пулеметами. Территория Армении благоприятствовала партизанской войне — обе железные дороги и главные дороги, которые турки должны были защищать прежде, чем продолжить наступление на Баку, проходили вдоль долин, окруженных крупными горными массивами, легко обороняемыми маленькими и активными группами и в то же время укрывающую армянских крестьян и их скот с равнин. Для такой войны армяне имели превосходных военачальников, таких как Андраник, Дро и Амазасп. Партизанская стратегия не могла предотвратить взятия турками основных линий коммуникаций, но могла сделать их длительное использование сложным и опасным. Кроме того, партизанская стратегия соответстововала политической потребности армянской ситуации, так как она обеспечивала укрытием большую часть армянского крестьянского населения в местностях, трудных для захвата, в ожидании изменений в международной политике.
Партизанская война могла бы летом 1918 составить большие затруднения для турецкой армии. Однако, проблема была в том, что пока Армянский национальный совет продолжал экспериментировать в политике, армянские военачальники упорствовали в иллюзии, что командуют регулярной национальной армией и считали, что нужно маневрировать в соответствии с правилами регулярной войны.
Военные действия