Фотис Ангулес (, псевдоним, настоящая фамилия — Хондрула́кис, ; ) — греческий поэт и коммунист. 14 лет, более четверти своей жизни, провёл в британских концлагерях на Ближнем Востоке и греческих тюрьмах, что наложило отпечаток на его творчество и в силу чего он часто именуется «поэтом колючей проволоки».
Молодость Ангулес родился в городке Кри́ни ( — фонтан, водный источник) на западном побережье османской Малой Азии, сохранившего к началу XX века своё коренное греческое население. Собственно турецкое имя городка, Чешме, получившее известность в истории российского флота, было переводом его имени с греческогоΧατζήμπεης Σ., «Η Κρήνη (Τσεσμές) και η περιοχή της», Μικρασιατικά Χρονικά, 9, 1961, 227—245. В 1903 году, после разделения епископии Крини и Анеон, Константинопольская православная церковь создала в Крини отдельную митрополию.
Отец будущего поэта, Сидерис Хондрулакис, был зажиточным коренным ионийским греком, промышлявшим рыболовством и торговлей рыбой. Отец был бравым мужчиной, в силу чего за ним закрепилась кличка «Αнгулес», что на местном говоре означало мо́лодец. Эту кличку Фотис в дальнейшем избрал своим литературным псевдонимом, а затем сделал своей фамилией.
Широкая кампания запугивания и массовых убийств, развязанная младотурецкими османскими властями против коренного греческого населения Ионии в преддверии Первой мировой войны, переросшая в геноцид христианских народов империи с началом войны, затронула и семью Ангулеса. В возрасте 3 лет, вместе со своей семьёй, он впервые стал беженцем на соседнем греческом острове Хиос.
После капитуляции Османской империи, в 1919 году, греческая армия взяла регион под свой контроль и семья получила возможность вернуться в Чешме. Однако межсоюзнические антагонизмы привели к Малоазийской катастрофе и семья Ангулеса (включая Фотиса, которому тогда было 11 лет, и 3 его сестёр), в числе сотен тысяч греческих беженцев, вновь бежала на Хиос. Семья обосновалась в наспех сколоченной лачуге за стенами генуэской крепости Хиоса. Отец, как и в Чешме, сумел приобрести рыбацкую лодку и рыбную лавку. Фотис был неплохим учеником, но беспокойным и недисциплинированным ребёнком. Будучи учеником второго класса начальной школы, по какой-то причине отказался подойти к классной доске, выпрыгнул из окна и более не ступил ногой в школу. Он предпочёл помогать своему отцу, на берегу и в море.
В возрасте 14 лет Фотис был впечатлён стихами, прочитанными им в газетах, которыми оборачивали рыбу в рыбном магазине отца. Он начал писать стихи и читать, чтобы восполнить своё прерванное образование. Чуть позже, в 1928 году, он оставил работу у отца и стал работать учеником в типографии местной хиосской газеты «Элефтерия» ( — «Свобода»).
Литературная и политическая ориентация Ангулес начал печатать свои стихи в период военных и политических беспорядков в Греции. В 1936 году, он напечатал в газете «Алития» ( — «Правда»), сатирическое стихотворение направленное против итальянского диктатора Муссолини. В силу идеологической близости установленного в Греции в 1936 году диктаторского режима генерала Метаксаса с режимом Муссолини, стихотворение Ангулеса стало причиной того, что он предстал перед судом. Он был оправдан, но для правящего режима он остался «левым» и «опасным». Это клеймо преследовало поэта до самой его смерти. Ангулес непрерывно читал, используя книжные богатства хиосской городской библиотеки «Кораис». Он даже попросил у директора библиотеки право ночевать в её здании, с тем чтобы выиграть время для чтения её книг.
В свои восемнадцать лет Ангулес издал свою первую сатирическую газету «Кампана» («Καμπάνα» — Колокол). Тремя годами позже он продолжил свою издательскую деятельность изданием еженедельной газеты «Михалу» («Μιχαλού» — в свободном переводе бабка Михайла). Сатира опубликованная им в этой газете против двух известных преподавателей хиосской гимназии стала причиной того, что он впервые познал тюрьму.
Ангулес очень рано, ещё с предвоенного десятилетия, чётко обозначил свой последующий поэтический характер и политическую ориентацию. Меланхолия Кариотакиса, была одним из важнейших влияний на поэта в период его интенсивных чтений литературы. Она сочеталась с простонародным происхождением Ангулеса, в силу чего (особенно в первоначальный период) это привело его к поэзии протеста. Особенный характер его стихов и его левая идеологическая ориентация сформировали поэта, который колебался между чувствительностью, сарказмом и негодованием по поводу социальных условий.
Работы предвоенного периода В предвоенный период Ангулес издал 3 поэтических сборника: «Амавасиа» («Αμαβασιά» 1934), «Крики на солнце» («Κραυγές στον ήλιο») и «Фиалки» («Μενεξέδες» (1938)Πολιτική | Alithia.gr. Одновременно он редактировал фольклорный сборник «Народ моего отечества» («Ο λαός της πατρίδας μου»), который состоял из народных двустиший и песен из Чешме. Немногим позже, сначала с группой сотрудников, а затем сам, он издавал литературный журнал «То Ниси мас» («Το Νησί μας»" -Наш Остров).
На Ближнем Востоке В октябре 1940 года Греция подверглась нападению армии фашистской Италии. Греческая армия отразила нападение и перенесла военные действия на территорию Албании. 6 апреля 1941 года на помощь итальянцам пришли войска нацистской Германии, которые вторглись в Грецию с территории союзной немцам Болгарии. К началу июня вся территория Греции была оккупирована силами Оси. С началом тройной, германо-итало-болгарской, оккупации Греции Ангулес, как и сотни других хиосцев, принял решение перебраться на Ближний Восток, где эмиграционное греческое правительство начало формирование новых воинских частей для продолжения войны на стороне союзников. В августе 1941 года он выбрался на лодке в родной Чешме и освобождённый от турецкого заключения при британском содействии, вместе с другими земляками, через Смирну и сирийский Алеппо прибыл в Хайфу, Британская Палестина. Он был зачислен в армию сначала радистом, а затем, в начале 1942 года, был отозван работать в типографию Иерусалимской православной церкви. Там он издавал армейский журнал «Эллада» («Ελλάς»). Но к концу года он был переведен в офис правительственной пресс-службы в Каир, который возглавлял будущий нобелевский лауреат, поэт Георгиос Сеферис. Впоследствии в своих мемуарах «аристократ» Сеферис негативно отзывался о Ангулесе именовал его «гнусным якобинцем» и писал о нём: «Он думает, что он работает для народа, разрушая достойные вещи, размазывая чистое грязью… Эти люди думают, что искусство для народа означает стишки танго без музыки».
В Каире Ангулес издал свои сборники стихов «Голоса» («Φωνές» 1943) и «Миражи в пустыне» («Οπτασίες στην έρημο» 1943).
В Каире Ангулес женился на местной гречанке Элли Кирьязи, бывшей учительницей французского языка. Однако супружеская жизнь продлилась только 5 месяцев и была прервана вихрем последовавших военно-политическихсобытийhttp://www.sarantakos.com/liter/aggoules.html .
«Поэт колючей проволоки»
Имея специальность радиста, Ангулес попросился на греческий ВМФ, корабли которого в тот период временно базировались в портах Египта и Палестины. Войдя в контакт со своими идеологическими товарищами, он вступил в подпольную Антифашистскую Организацию Флота (Αντιφασιστική Οργάνωση Ναυτικού — ΑΟΝ)Ο ποιητής των «συρμάτων» | ΠΟΛΙΤΙΣΜΟΣ | ΡΙΖΟΣΠΑΣΤΗΣ. В апреле 1944 года, греческий флот и армейские части на Ближнем Востоке восстали. Восставшие, пытались предотвратить послевоенное британское вмешательство в Грецию в поддержку греческой монархии, и требовали признания греческих частей и флота на Ближнем Востоке частями Народно-освободительной армии Греции (ЭЛАС). После подавления восстания, моряки восставших греческих кораблей, в числе заключённых в британские лагеря 20 тысяч греческих солдат и матросов, прошли фильтрацию, прежде чем вернуться на борт своих кораблей.
«Поэт (колючей) проволоки», как его именует Д. Сервос, будучи заключённым вместе с тысячами других греческих солдат и моряков в британском концлагере у ливийского городка Бардия (El Burdi, ), на грани смерти от лишений и острого кризиса астмы, писал в своём стихотворении «Посвящение лорду Байрону»: Мы не можем в эту ночь Образ вспомнить твой опять Так как в проволоке колючей может наша мысль застрять И кровью твою душу обагрить
В другом стихотворении — обращении к Байрону он писал: Мы дружбу ценим Мы Свободу любим Ну а теперь, как варвары твои Нас мучают, что им сказать
В стихотворении «Если» он пишет:
Лес проволоки вокруг высоко Закрыл снаружи Радость весны улыбающуюся нам ………. Как знать, из проволоки этой, что мы полили Столькими слезами и кровью, если она когда то расцветёт Что за цветы взойдут
При всех испытаниях и лишениях выпавших на его долю, Ангулес не забывал о крови, которая лилась в тот же период в самой Греции и о тысячах погибших товарищей. В своём посвящении 200 Первомайцев он писал: Сколько крестов что стоят, сколько крестов что будут стоять Нас только крестами и можно считать Кресты, везде кресты Бесслёзны мы, не плачем, не смеёмся Наши дома дымят, голодны наши дети, не прогнёмся Зашли мы за метки границ нашей боли Кресты, везде кресты
В августе 1944 года англичане выслали его в Асмару, на территории нынешней Эритреи, после чего он был заключённым в камерах изоляции в тюрьмах Палестины и Египта, а затем снова отправлен в Эритрею, в концлагерь города Дэкэмхаре. Здесь он тяжело болел и был отправлен в госпиталь эритрейского города Mai Habar. Будучи тяжело больным, после окончания войны, в ноябре 1945 года, он был освобождён и добрался до Александрии, где 1946 году получил разрешение на репатриацию в Грецию, в чём однако было отказано его супруге.
Возвращение на Хиос, Гражданская война, арест Аггулес вернулся на Хиос когда в Греции уже бушевала Гражданская война (1946—1949). Он завершил и подготовил к изданию сборники стихов «Пламя леса» («Φλόγες του δάσους» 1946) и «Эдельвейс» («Εντελβάις» 1946).
Гражданская война затронула не только материковую Грецию, но и полуостров Пелопоннес и острова Крит, Кефалиния, Лесбос, Самос и Икария, что опровергало правительственную пропаганду о том, что война носила приграничный характер и была вызвана вмешательством северных соседей ГрецииΙστορια | Ριζοσπαστησ.
Но и на Хиосе, с его ограниченными размерами, чьё население в истории Греции не характеризуется особой воинственностью, 80 местных коммунистов предприняли попытку создать на острове партизанское движение. Попытка была подавлена всего за 4 месяца (декабрь 1947 — март 1948), большинство партизан погибли. Не располагаем данными о непосредственном участии Ангулеса в боях. Однако в Декларации ЦК компартии Греции о 70летии Демократической армии Греции (ДАГ) 1946—1949 г г отмечается, что «Среди десятков тысяч бойцов ДАГ были и деятели науки, литературы и искусства, в том числе писатели Димитрис Хатзис, Фотис Ангулес, ….».
В 1948 году, вместе со своими товарищами Михалисом Ватакисом и Яннисом Трацисом, Ангулес был арестован в одном из подвалов пригорода Хиоса Врондадос, где эта тройка печатала листовки. Его товарищи были расстреляны, однако сам Ангулес был осуждён к 12 годам тюремного заключения.
Последние годы Борьба Демократической армии завершилась окончательным поражением осенью 1949 года. Но Ангулес писал из тюрьмы, обращаясь к погибшим товарищам: Пусть вы не вернулись назад Пусть вы не дошли никуда Начинается дорога наша Там, где закончилась ваша В белых снегах Дорогу нам указывает линия крови Пусть ночь рассыпает тьму, пусть рассыпает Мы следуем верно следам вашей крови
Он не собирается подписываться под отречением от своих идей: Не ждите чтобы мы прогнулись Ни на миг Даже настолько, что в непогоду Прогибается кипарис Мы жизнь сильно Сильно очень полюбили
Возвращаясь к годам мировой войны он написал стихотворение «Клеймо» («Το στίγμα»), посвящённое молодому немецкому фашисту, убитому в заснеженной русской степи: И в снегах твой хищный глаз ищет сокровища Белокурый убийца, что привело тебя в эту степь В ночи кому готовил ты смертельную засаду