Организованная преступность в Казахстане — форма преступности, существующая в Республике Казахстан с конца 1980-х годов по настоящее время. С середины 1990-х годов и впоследствии организованная преступность Казахстана была смешанной — в стране существовала смесь общеуголовной, экономической и коррупционной преступности.
Организованная преступность в 1990-е годы Организованная преступность в Казахской ССР стала развиваться в конце 1980-х годов. Распад СССР привёл к росту коррупции, экономическим и другим проблемам в бывших республиках, в том числе и в Казахстане. И в конце 1980-х годов, и в начале 1990-х в стране действовали преступные группировки, в основном состоящие из бывших спортсменов и сотрудников правоохранительных органов. После распада СССР они стали приспосабливаться к изменившимся условиям, устанавливали коррупционные связи с властными структурами. Основой преступной деятельности казахстанских ОПГ в то время были преступления в сфере «теневой» экономики. Подпольные предприятия легализовывались путём открытия кооперативов. Правоохранительные органы государства не смогли сдержать рост организованной преступности, в том числе рост совершаемых бандитами корыстных и насильственных преступлений.
Со временем ОПГ, используя методы уголовного террора, сумели взять под свой контроль множество предпринимателей и, используя методы коррупции, обзавелись покровителями среди работников государственных и правоохранительных органов (в том числе происходило фактическое сращивание организованной преступности с правоохранительными органами). С этого времени эти группировки фактически стали более развитыми и организованными преступными структурами.
Деятельность казахстанских ОПГ включала в себя крышевание, наркобизнес, выбивание долгов, сутенёрство, порнобизнес, незаконные азартные игры, корыстно-насильственные преступления. Кроме того, была отмечена взаимосвязь организованной преступности с экономикой Казахстана, в своей преступной деятельности ОПГ использовали легальные коммерческие структуры. По мнению некоторых западных экспертов, в то время под контролем представителей ОПГ находилось 40 % государственных предприятий, 35 % коммерческих банков, 35 % частных компаний и 60 % предприятий (последние должны были платить налоги, взятки или деньги «за защиту» от 10 до 20 % от оборота).
ОПГ накапливали «грязный» стартовый капитал, после чего открывали свои коммерческие структуры или скупали акции уже существующих предприятий. Представители ОПГ отмывали доходы, полученные преступным путём, старались проникнуть в органы законодательной и исполнительной власти, формировалась своеобразная элита преступной среды, для которой руководство и управление этой средой становилось прибыльной сферой.
В то время в соседней России организованная преступность также активно развивалась. Анализ уголовных дел и материалов оперативной информации, поступавших в Министерство внутренних дел республики, указывал на устойчивую тенденцию расширения сферы влияния некоторых этнических ОПГ в России и перенесение части их преступной деятельности на территорию Казахстана. Значительная часть активных участников таких этнических ОПГ проживали или скрывались в России, что создавало трудности для подавления преступной деятельности и привлечения бандитов к ответственности. Традиционными видами преступной деятельности для этнических ОПГ в Казахстане были рэкет, угоны автомобилей похищения людей и убийства (причём случаи убийств и похищений стали настолько частыми, что власти республики предприняли меры по реорганизации полиции). Кроме этого, эти ОПГ фактически монополизировали незаконный оборот оружия, наркотиков и изготовление фальшивых денег, создавали коммерческие предприятия в различных сферах бизнеса, где занимались отмыванием денег, полученный в результате преступной деятельности. В частности, в Кокшетау, Торгайской и Северо-Казахстанской областях действовали этнические ОПГ, занимавшиеся торговлей наркотиками и оружием, отмыванием денег, а также кражей из российского бюджета средств, выделенных на восстановление Чечни. Позже эти ОПГ стали контролировать около 75 % мукомольных комплексов и ферм в Кокшетау и в обеих областях.
Множество преступных группировок Казахстана стали проникать в экономику республики. Они стремились быстро наращивать финансовые ресурсы и легализовать их в ещё работающих отраслях экономики. Преступная деятельность ОПГ стала включать в себя, кроме прочего, хищения государственной собственности и крупномасштабные махинации с целью установления контроля над промышленными предприятиями и отраслями промышленности. Проведенное DCOC МВД РК и их подразделениями в регионах оперативное исследование организованной преступности свидетельствовало о растущем присутствии казахстанских и зарубежных преступных группировок в стратегически важных секторах экономики Казахстана под прикрытием фирм-псевдоинвесторов, зарегистрированных преимущественно в оффшорных зонах. Деятельность ОПГ в казахстанской экономике не была управляющей, не принимала достаточного участия в реконструкции и развитии производственных инвестиций или реализации социальных программ, а была направлена на отмывание средств, полученных в результате преступной деятельности, сверхприбыли за счёт контрабанды, уклонения от уплаты налогов и оттока капитала из страны в оффшоры. Со временем активные участники ОПГ стали устанавливать сотрудничество с коррумпированными должностными лицами таможни и финансовой полиции, и это сотрудничество, как правило, приносило обеим сторонам прибыль от контрабанды, уклонения от уплаты налогов и взяточничества. Было установлено, что отдельные таможенники находились в тесной связи с организованными преступными группировками, которые контролировались ворами в законе.
В середине и в конце 1990-х годов связь между участниками ОПГ, бизнесменами и чиновниками и постепенно перестала носить конфронтационный характер и переросла в партнёрские отношения. В конце 1990-х начале — 2000-х годов эти процессы продолжались, и в это же время организованная преступность в Казахстане достигла высокого уровня. В деятельности ОПГ корыстно-насильственные преступления сочетались с преступностью в сфере экономики, продолжалось увеличение и легализация доходов преступных группировок (которые использовались не только для обогащения, но и для расширения сфер влияния и подкупа чиновников государственных органов), аккумулирование огромных финансовых средств в преступном бизнесе, что влекло за собой рост влияния преступных сообществ на представителей властных структур. Сосредоточение в руках ОПГ крупных финансовых средств неизбежно влекло за собой потребность в политическом обеспечении их экономических интересов, в связи с чем, не останавливаясь на подкупе должностных лиц, ОПГ продолжали продвигать своих представителей в государственные и выборные органы, общественные объединения и политические партии, что создавало угрозу криминального «заражения» этих институтов и их пополнения представителями преступной среды. Также продолжались попытки участников ОПГ проникновения в правоохранительные органы и крупные бизнес-структуры.
Организованная преступность в 2000-е годы В начале 2000-х годов в основном завершился этап накопления «стартового» капитала организованными преступными группировками. Процесс незаконного обогащения и легализации преступных доходов ОПГ обеспечивался коррумпированными чиновниками государственных органов, подкупаемыми группировками на «грязные» деньги, и сопровождался дальнейшим ростом коррупции. В эти же времена появилась опасная тенденция слияния представителей организованной преступности с экстремистскими и террористическими организациями, планирование нарушения территориальной целостности страны, изменения государственного устройства и конституционного строя Республики Казахстан на религиозной и националистической почве.
В середине 2000-х годов Казахстан, обладающий значительными природными ресурсами, а также имеющий протяжённые границы с другими азиатскими государствами и Россией, оставался привлекательным государством для преступных группировок не только России, но и других стран СНГ и дальнего зарубежья. В то время казахстанские ОПГ совмещали коммерческую деятельность с совершением общеуголовных преступлений. Основными видами преступной деятельности, приносящие группировкам наибольшую прибыли, были наркоторговля, контрабанда товаров, незаконный оборот оружия, уклонение от налогообложения, вымогательство, сутенёрство, угоны автомобилей, разбои, выбивание долгов, похищения людей с целью выкупа, контроль игорного бизнеса, рынков, базаров, торговых точек, ресторанов, кафе, баров, автосалонов, развлекательного бизнеса, рынка ГСМ (АЗС и нефтебазы).
По мнению некоторых экспертов, проституцию, торговлю людьми и наркотиками, кроме преступных группировок контролировали коррумпированные сотрудники правоохранительных органов, в том числе совместно с ОПГ; игорный бизнес (казино, игровые автоматы, бильярдные и т. д.), рынки, базары и торговые точки, развлекательный бизнес (дискотеки, ночные клубы и т. д.), рестораны, кафе и бары частично контролировали ОПГ, а в остальных случаях — коррумпированные чиновники; незаконный рынок торговли оружием в 87 % случаев принадлежал коррумпированным военным и выходцам с Северного Кавказа, а похищения людей и захват заложников в 93 % случаев были криминальным бизнесом выходцев с Северного Кавказа и экстремистов, придерживающихся идеи возрождения Восточного Туркестана. Также, по мнению этих экспертов, участникам ОПГ было невыгодно и опасно заниматься похищением людей и захватом заложников, совершением разбоев, угонами автомобилей, вымогательством и выбиванием долгов, поскольку имелись другие, по их мнению, сравнительно безопасные (как традиционные, так и новые) способы получения преступных доходов. По их мнению, в то время совершение этих невыгодных и опасных уголовных преступлений, было всего лишь закалка духа и «школой» для обучения молодёжи, пополняющей ряды ОПГ. Многие эксперты считали, что торговля человеческими органами была противозаконным бизнесом не связанных с ОПГ отдельных чиновников, имеющих отношение к хирургической и судебной медицине, которым за взятки оказывали содействие отдельные сотрудники правоохранительных органов.