Великий князь Николай Константинович (, Санкт-Петербург — , Ташкент) — старший из детей великого князя Константина Николаевича, младшего брата российского императора Александра II. Внук Николая I.
После семейного скандала (по большинству свидетельств, великий князь совершил кражу драгоценностей) в декабре 1874 года указом своего дяди Александра II публично объявлен психически больным, став единственным из Романовых, кого официально признали недееспособным. В дальнейшем Николай Константинович проживал в фактической ссылке, не занимая государственных или военных должностей, с 1881 года — в Ташкенте, где умер вскоре после Октябрьской революции. Занимался научными, общественными и благотворительными проектами.
Биография
Молодость
Окончил Академию Генерального штаба, в которую он поступил по собственной инициативе в 1868 году, став первым из Романовых, окончившим высшее учебное заведение, причём в числе лучших выпускников — с серебряной медалью. После завершения учёбы он путешествовал за границей, где начал собирать свою коллекцию западноевропейской живописи.
После путешествия по Европе поступил в лейб-гвардии Конный полк и в 21 год стал командиром эскадрона. В это время на одном из балов-маскарадов он познакомился с американской танцовщицей Фанни Лир (настоящее имя Harriet Blackford, 1848—1886), которая была одного с ним возраста, но к тому времени уже побывала замужем и имела малолетнюю дочь. У них начался роман, что обеспокоило его родителей. Константин Николаевич нашёл предлог, чтобы удалить сына из Петербурга: в 1873 году Николай Константинович отправился в составе русских экспедиционных войск в поход на Хиву. Во главе авангарда Казалинского отряда, понёсшего наибольшие потери, следовал одним из труднейших маршрутов, через пустыню Кызыл-кум. Первая же разведгруппа, возглавленная им, попала в такой плотный артиллерийский огонь, что в отряде их возвращения живыми уже не ждали. За участие в Хивинском походе был награждён орденом Святого Владимира 3-й степени.
По возвращении из Средней Азии, которой Николай Константинович был очарован, его всерьёз заинтересовала ориенталистика. Он начал принимать участие в работе Императорского Русского географического общества: там среди учёных вызревала идея Амударьинской экспедиции. Её целью было максимально изучить только что завоёванный Россией край и подвергнуть детальному научному анализу его потенциал. Подобные планы взбудоражили, захватили блестящего флигель-адъютанта Государя. В Географическом обществе были, разумеется, рады августейшему вниманию. Николая Константиновича избрали почётным членом ИРГО и назначили начальником экспедиции.
Между тем Николай Константинович снова съездил в Европу в компании своей возлюбленной — Фанни Лир. Там он продолжил пополнять свою художественную коллекцию. В это время в круг его общения входил 19-летний корнет Савин, знаменитый впоследствии авантюрист, по слухам также состоявший с Лир в любовной связи. Позднее Савин позиционировал себя в качестве адъютанта Николая Константиновича и «личного поставщика проституток» для него.
Семейный скандал
В апреле 1874 года его мать — Александра Иосифовна — обнаружила в Мраморном дворце пропажу трёх бриллиантов с оклада одной из икон, которой император Николай I благословил её брак. Великий князь Константин Николаевич вызвал полицию, и вскоре бриллианты были найдены в одном из ломбардов Санкт-Петербурга. Поиски привели к человеку, отнёсшему бриллианты в ломбард — адъютанту великого князя Е. П. Варнаховскому, мнение о виновности которого сохранилось и позже. На допросе 15 апреля он категорически отрицал причастность к краже и говорил, что лишь отнёс в ломбард камни, переданные ему великим князем Николаем Константиновичем.
Николай, присутствовавший на допросе, поклялся на Библии, что не виновен, — чем, как говорили, усугубил свой грех. Отцу же он сказал, что готов, выручая своего товарища Варнаховского, взять вину на себя. Император Александр II, взявший дело под личный контроль, подключил к расследованию шефа корпуса жандармов графа П. А. Шувалова. Тот три часа допрашивал в Мраморном дворце арестованного Николая Константиновича в присутствии отца, который позднее в своём дневнике писал: «Никакого раскаяния, никакого сознания, кроме, когда уже отрицание невозможно, и то пришлось вытаскивать жилу за жилой. Ожесточение и ни одной слезы. Заклинали всем, что у него осталось святым, облегчить предстоящую ему участь чистосердечным раскаянием и сознанием! Ничего не помогло!» В конечном итоге пришли к выводу, что бриллианты были похищены Николаем Константиновичем, а вырученные деньги должны были пойти на подарки любовнице князя — 24-летней американской танцовщице Фанни Лир (; настоящее имя Hattie Blackford).
На семейном совете — общем собрании членов монаршей семьи — после долгих дебатов (как варианты предлагались: отдать в солдаты, предать публичному суду и сослать на каторгу) было принято решение, наносившее минимальный вред престижу царской семьи. Решено было признать великого князя Николая душевнобольным, а затем он по указу императора навсегда высылался из столицы империи. Фанни Лир была выдворена из России с запрещением когда-либо сюда возвращаться. С Великим князем она больше никогда не встречалась.
Николаю Константиновичу было объявлено фактически два приговора. Первый — для публики — состоял в признании его безумным и недееспособным и наложении опеки на его имущество; диагноз подтверждался ссылкой на авторитетных экспертов-врачей. Смысл второго приговора — семейного — состоял в том, что в бумагах, касающихся Императорского Дома, запрещалось упоминать его имя, а принадлежавшее ему наследство передавалось младшим братьям. Он также лишался всех званий и наград и вычёркивался из списков полка. Он высылался из Петербурга навечно и был обязан жить под арестом в том месте, где ему будет указано.
Публичная версия событий была представлена в опубликованном указе Александра II:
Указ Министру Императорского Двора и уделов.
По случаю обнаружившихся, в начале сего года, некоторых ненормальных явлений в общем состоянии здоровья и в действиях Его Императорского Высочества Великого Князя Николая Константиновича, имевших признаки начала душевной болезни, Мы повелели: Двора нашего лейб-медику, консультанту тайному советнику Здекауеру и профессору Нашей Медико-Хирургической Академии, директору Клиники душевных болезней, действительному статскому советнику Балинскому освидетельствовать состояние здоровья Его Высочества и затем иметь за ним тщательное врачебное наблюдение.
Усмотрев ныне из представленных Нам по сему предмету донесений и медицинских исследований, что Его Императорское Высочество Великий Князь Николай Константинович страдает расстройством умственных способностей и потому, к прискорбию Нашему и Его Августейших Родителей, не может сознательно располагать своими действиями, Мы повелеваем: Учредить над Великим Князем Николаем Константиновичем и над его имуществом опеку, в лице его Августейшего Родителя Его Императорского Высочества Великого Князя Константина Николаевича. Опеке сей действовать на основании данных Нами указаний.
К исполнению сего Нашего указа вы имеете учинить надлежащие распоряжения.
На подлином собственноручно Его Императорского Величества рукою написано: АЛЕКСАНДР
В С.-Петербурге, 11-го декабря 1874 года.
В ссылке. Научные проекты
Увезён из Петербурга осенью 1874 года. До приезда в Ташкент летом 1881 года, то есть, за неполных 7 лет, сменил по меньшей мере 10 мест жительства. Ему нигде не давали приобрести хоть какой-нибудь дом и обзавестись связями. Местами ссылки были: Владимирская губерния, Умань, местечко Тывров близ Винницы.
В эти годы князь занимался научно-исследовательской работой, связанной с Русским географическим обществом. За подписью «Николай, великий князь» была выпущена брошюра «Водный путь в Среднюю Азию, указанный Петром Великим» (Оренбург, 1877). Два сезона, 1877 и 1878 гг., экспедиция князя изучала возможность соединить удобным путём Туркестан и Россию, дойдя в Каракумах до станции Каратугай на Сырдарье. В 1878 году в Оренбурге он издал брошюру «О выборе кратчайшего направления Среднеазиатской железной дороги». Посланный в Петербург проект был признан нерентабельным из-за малонаселённости земель.
Наиболее крупные исследования князя были проведены в 1878 г. Самарской учёной экспедицией, которая изучала судоходство по Амударье и возможность её искусственного поворота по Узбою в Каспий. Готовясь к экспедиции, великий князь постарался собрать из письменных источников почти все сведения об Аму и Узбое, отразив их в вышедшей в начале 1879 г. в Самаре брошюре «Аму и Узбой», перепечатанной через 30 лет в газете «Туркестанский курьер» отдельной книжечкой. По цензурным условиям автор указан двумя латинскими буквами «N.N.», а в примечании безымянно рекомендован как «один из лучших исследователей Средней Азии». Благодаря многочисленному составу видных участников различных специальностей (в том числе И. В. Мушкетова, Н. А. Маева, художников Н. Н. Каразина, Н. Е. Симанова и др.) Самарская экспедиция охватила обширную территорию среднего и нижнего течения Аму со включением района Гиссара. Попутно в той или иной мере были зафиксированы кое-какие древности Термезского района, Шахрисабза, а также некоторые памятники местного ремесленного искусства.
С тематикой о повороте Аму-Дарьи в Каспий связано появление в Петербурге в 1891 г. составленной И. Безгиным по поручению и на средства Николая Константиновича библиографии «Князя Бековича-Черкасского экспедиция в Хиву и посольства флота поручика Кожина и Мурзы Тевкелева в Индию к Великому Моголу (1714—1717)». В предисловии автор ссылается на инициативу «высокопоставленного лица, относящегося с большим интересом и сочувствием к историческим судьбам будущности наших среднеазиатских окраин», не называя это лицо по имени.
С 1874 по 1881 годы Николай Константинович сменил не менее 10 мест жительства. В 1877 году император Александр II выслал его в Оренбург, а 17 августа 1877 года Николай Константинович был лишён титула великого князя и прав на наследство для всех своих потомков.
В Оренбурге он встретил Надежду Александровну фон Дрейер (1861—1929), дочь полицмейстера Александра Густавовича Дрейера и Софьи Ивановны Огановской. Николай Константинович женился на ней 15 (27) февраля 1878 года, венчавшись в храме Казанской иконы Божией Матери в селе Берды, даже несмотря на отсутствие высочайшего позволения, и совершил это под фамилией Волынский, взятой по одному из полков. 28 мая (9 июня) 1879 года Правительствующий синод признал этот брак незаконным.
В 1881 году император Александр III выслал Николая Константиновича в Туркестанский край, в Ташкент. Туда к мужу приехала и Надежда Александровна.
В Туркестане
В Туркестане великий князь жил сначала под именем полковника Волынского. Позже он стал называть себя Искандером. Эту фамилию (в дальнейшем Высочайше узаконенную) носят его потомки — князья Искандеры.
Будучи натурой противоречивой, Николай Константинович приобрёл известность многими благородными поступками. Получив от императора 300 тысяч рублей на постройку дворца, он пустил эти деньги на постройку в Ташкенте театра.
Роскошный дворец для его проживания, построенный в центре Ташкента, и сейчас является одной из самых заметных достопримечательностей Ташкента — ныне это дом международных приёмов МИДа Узбекистана.