Рота особого назначения Краснознамённого Балтийского флота (сокращённо рОСНАЗ КБФ или рОСНАЗ БФ) — воинская часть дальней разведки Балтийского флота ВМФ СССР, действовавшая во время Великой Отечественной войны; первое формирование боевых пловцов Вооружённых сил СССР. Рота существовала с 11 августа 1941 по 14 октября 1945 года, прославилась во время войны благодаря ряду диверсий против финских и немецких войск, блокировавших Ленинград, в том числе уничтожению торпедных катеров 10-й итальянской флотилии MAS и обнаружению подлодки U-250.
Предпосылки к формированию Предшественниками боевых водолазов ВМФ СССР являются диверсанты, которые участвовали в учениях на Тихоокеанском флоте 22 октября 1938 года. В ходе учений им предстояло выбраться через торпедный аппарат подводной лодки, перерезать противолодочную сеть в бухте Улисс, затем выйти скрытно на берег, провести показательные диверсионные действия и вернуться на лодку Щ-112 на грунте. Диверсанты успешно справились с заданием, используя лёгкое водолазное снаряжение.
В конце июля 1941 года в связи с тяжёлым положением на Балтийском театре военных действий и приближением немцев к Ленинграду разведывательный отдел штаба Балтийского флота (РО ШБФ) создал семь разведотрядов на нескольких направлениях, но после смыкания кольца блокады города единственным способом тыловой разведки стал морской путь, высадка разведчиков морским путём с использованием водолазного снаряжения. Контр-адмирал Ф. И. Крылов предложил создать специальное разведывательное формирование из водолазов, личный состав которого сможет выходить в тыл немецких войск и их сателлитов с использованием легководолазного снаряжения и не будет переведён в пехотные части. Предложение одобрил заместитель наркома ВМФ и представитель СВГК адмирал И. С. Исаков.
Образование и командный состав 11 августа 1941 года приказом наркома ВМФ № 72 была образована рота особого назначения разведотдела Краснознамённого Балтийского флота, положившая начало существованию специальной разведки ВМФ. В целях конспирации роту решили называть ротой подводников ЭПРОНа. В качестве места дислокации РОН была выбрана средняя школа на острове Голодай (остров Декабристов) — это было четырёхэтажное здание, из окон которого во время войны торчали десятки железных труб от «буржуек», в связи с чем здание прозвали «сорокатрубным». Подготовку личного состава планировалось проводить в помещениях ВММА и ЭПРОНа. По регламенту рота насчитывала 146 штатных единиц и была укомплектована краснофлотцами и водолазами, прошедшими специальную подготовку в ВММА и ЭПРОНе.
Командиром роты был назначен водолаз ЭПРОН лейтенант И. В. Прохватилов: контр-адмирал Крылов просмотрел десятки личных дел, прежде чем остановился на кандидатуре Прохватилова. Должность заместителя командира роты по политической части (политрука) был назначен А. Ф. Маценко, а для руководства и консультаций в командование был включён военврач 1-го ранга И. И. Савичев. Инструкторский состав был назначен в роту из учебного отряда подводного плавания (УОПП) имени Кирова. 7 сентября 1941 рота особого назначения была передана РО ШБФ с непосредственным подчинением заместителю начальника разведотдела по агентурной разведке капитану 3-го ранга Л. К. Бекренёву. Хотя по регламенту личный состав роты должен был насчитывать 146 человек (в том числе 11 водолазов-разведчиков), фактически численность роты не превышала 119 человек одновременно: полная комплектация не осуществлялась никогда, а с 1944 года размер роты был сокращён до 104 человек.
Подготовка и обучение личного состава Костяк роты составили водолазы Выборгской школы водолазов и моряки 1-й особой бригады морской пехоты БФ — известно, что ещё в мае 1940 года 43 бойца из личного состава 1-й особой бригады морской пехоты прошли подготовку по выходу из подводной лодки «Правда» в подводном положении, которой руководили полковники И. И. Савичев и Н. К. Кривошеенко (подготовка прошла в порту Ораниенбаума). В роте служили и добровольцы из Балтийского флотского экипажа. Среди военнослужащих роты были как минимум две женщины — Эстер Самойловна Гельбаум и Галина Галич. В штате роты номинально должны были быть четыре автомобиля, мотоцикл и три лёгких сторожевых катера типа КМ-Ш, но на деле у роты были всего три автомашины и рейдовый катер К-ЗИС-12. До января 1943 года в состав роты входили пять боевых и один учебный взводы, а позже состав сократили до двух боевых и одного хозяйственного взводов. Дислокацию роты изменили решением НК ВМФ от 15 марта 1945 года, переведя роту в посёлок Какумяэ под Таллином.
Лейтенант Прохватилов занялся обучением своих подчинённых легководолазному делу при помощи заместителя командира по политической части А. Ф. Маценко. Перед командиром была поставлена задача подготовить личный состав роты в течение 30 суток: бойцы должны были научиться форсировать водные преграды глубиной до 20 м и шириной до 1 км, освоить стрелковое оружие, приёмы рукопашного боя и использования взрывчатых веществ. Однако обучение осложнялось тем, что в подразделение шли добровольцы, которые не только не имели опыта работы под водой, но даже не прошли медицинскую комиссию. В период с 31 июля по 25 августа 1941 года по состоянию здоровья из роты было отчислено более 80 человек, ещё не менее 50 человек не прошли мандатную комиссию. В дальнейшем новобранцы приобретали опыт сугубо в ходе боевых операций. Прохватилов рассказывал, что в первый год ему по телефону поступали распоряжения то немедленно передать личный состав роты для укомплектования стрелкового полка, то не допускать перевода водолазов в другие части. В итоге Прохватилову пришлось обрезать телефонный провод, чтобы ему не поступали подобные противоречащие друг другу сообщения.
В годы войны командир роты особого назначения Прохватилов вместе с Николаем Никитиным и Борисом Колмогоровым разработали маскировочный воздушный водолазный мешок, который активно использовался разведчиками. Благодаря подобным мешкам разведчики имели возможность располагаться в непосредственной близости от противника и вести за ним наблюдение. Ряд иных изобретений Колмогорова, предназначенных для водолазов, нашёл практическое применение у роты особого назначения.
Боевые действия по годам 1941 В конце августа — начале сентября 1941 года на Карельском перешейке выборгская группировка советских войск оказалась в окружении. Финны закрыли выход из порта в море, заняв один из островов. Рота особого назначения получила приказ очистить остров от превосходящего по численности противника и скрытно выдвинулась в район Выборга, наблюдая за островом более двух суток. Однако 50 водолазов в бой так и не вступили, поскольку финны сами оставили остров перед десантом. Н. К. Никитин с 22 по 26 сентября 1941 года пять раз ходил в разведку, сообщив важную информацию о расположении укреплений, артиллерийских и миномётных батарей, дважды выполнял операции в районе завода «Пишмаш», руководил разведгруппой по розыску и уничтожению катеров в районе Стрельны, а также операцией на острове Рухну.
Согласно воспоминаниям Н. С. Фрумкина, 23 сентября в 1:45 ночи Фрумкин и командир роты Прохватилов с 32 разведчиками вышли из Осиновецкой гавани на двух катерах при 6-балльном ветре, чтобы облегчить задачу для высадки основных десантных сил, участвовавших в Шлиссельбургском десанте. В 4 часа утра десантники сошли в воду и двинулись к берегу, высадившись в 3 км западнее деревни Липки и в 6 км от Шлиссельбурга. Разведка установила, что в нескольких метрах находилась вражеская батарея: отряд замаскировался и стал ожидать вечера, подавая в сторону озера условные сигналы с помощью фонаря, чтобы обозначить место высадки. Пробыв двое суток при отсутствии связи, на рассвете третьих суток разведотряд с боем перешёл линию фронта в районе Южных Липок: в ходе прорыва отряд потерял три человека убитыми и 10 ранеными, а в самом бою моряки уничтожили 70 немецких солдат, не менее 10 пулемётных гнёзд и два миномёта. Всех участников этой высадки представили к наградам, но операция в целом успеха не имела: многие из участников основной высадки погибли в боях с немцами, а всего в ходе десанта погибло около 30 водолазов-разведчиков.
В октябре того же года А. Н. Корольков, возглавлявший группу разведчиков, высадился в тылу противника в районе Петергофа, где добыл ценные сведения по укреплению прибрежной полосы Финского залива. В ноябре он же во главе другой группы вышел в глубокий тыл противника для разрушения коммуникаций в районе Кингисеппа. Корольков в водолазном костюме перевозил через реки на себе поочерёдно группу из 30 человек: личный состав взорвал несколько мостов, шоссе, телеграфных и телефонных линий связи. В декабре группа продолжила наблюдение за немецкими войсками в районе Петергофа, добыв ценные сведения. Той же зимой часть личного состава РОН была направлена на разведку и прокладку маршрута Дороги жизни по Ладожскому озеру, что удалось выполнить за двое суток. С момента функционирования и вплоть до снятия блокады разведчики постоянно поднимали затонувшие грузовики и баржи.
1942 Весной 1942 года в Роту особого назначения был зачислен юнга Владимир Евстигнеев, дослужившийся до звания капитана 1-го ранга. Владимир занимался разведывательной деятельностью, поскольку обладал отличным зрением и памятью. Благодаря своей настойчивости Евстигнеев добился того, что Прохватилов стал его брать с собой на задания, а сам за свою наблюдательность удостоился прозвища «Вперёдсмотрящий». Во время одной из операций Володя Евстигнеев получил распоряжение отыскать диверсанта, отправленного немцами для розыска дислокации роты и подготовки авианалёта. Владимир нашёл разведчика на территории бывшей табачной фабрики имени Урицкого, однако к моменту прибытия разведки диверсант скрылся, оставив автомат и ракетницу с запасом ракет. Несколько позже диверсанта схватили.
Осенью того же года Рота особого назначения была отправлена в Петергоф для подготовки к отражению очередной атаки: по данным Балтфлота, в Финский залив перебрасывались новые немецкие и итальянские быстроходные радиоуправляемые катера, начинённые взрывчаткой и предназначенные для уничтожения крупных кораблей и портовых сооружений. В сентябре 1942 года воздушная разведка обнаружила, что немцы восстанавливают разрушенный причал в гавани Нижнего парка Петергофа, и туда направили три группы РОН. Разведка обнаружила, что немцы вывезли все скульптуры из Петергофа и установили на берегу гавани средства ПВО, множество стройматериалов и военных грузов. По приказу вице-адмирала В. Ф. Трибуца причал нужно было уничтожить: артиллерийская подготовка оказалась бесполезной, и роту привлекли к уничтожению причала. Водолазы взяли морские якорные мины образца 1908 года с 300 кг взрывчатки в боевой части. Макет причала на берегу Малой Невки служил для учебных целей и подготовки к операции по подрыву причала в Петергофе.
В ноябре 1942 года разведывательно-диверсионная группа во главе с командиром А. С. Корольковым, краснофлотцами А. А. Спиридоновым и М. С. Звенцовым была направлена с заданием подорвать причал. Группа водолазов-разведчиков во главе с лейтенантом С. С. Осиповым на шлюпке пробралась на расстояние около 2 км от входа в канал, шлюпка подошла к расстоянию 300 м до причала. Водолазы ушли под воду, Корольков стал прокладывать путеводную нить, а Спиридонов и Звенцов установили мины. Подходы к причалу были завалены металлоломом. Подойдя к причалу, водолазы закрепили две мины с часовыми взрывателями, а после возвращения на шлюпку Корольков проверил взрыватели. Моряки через 2 часа добрались до Ольгино, а вскоре поступило сообщение о взрыве пристани. Восстановить её немцы больше не пытались.
1943