Евангельские коммуны в СССР

Евангельские коммуны в СССР — трудовые объединения евангельских христиан в различных регионах в РСФСР/СССР в первые два десятилетия после установления советской власти.

Заметную роль в организации движения сыграл лидер евангельских христиан Иван Проханов, всячески содействовавший развитию евангельских коммун и создавший соответствующую богословско-теоретическую базу. В дальнейшие планы Проханова и возглавляемого им Всероссийского союза евангельских христиан (ВСЕХ) входило создание ряда образцовых религиозно-трудовых поселений в СССР, включая Евангельск — протестантский Город Солнца в Сибири.

На первых порах деятельность коммун поддерживалась партийно-хозяйственным руководством страны, рассчитывавшим на положительный экономический эффект от использования «значительных хозяйственно-культурных элементов». Благосклонность власти способствовала широкому распространению евангельской трудовой кооперации. Ужесточение политики советской власти в отношении религии привело к сворачиванию процесса в конце 1920-х. Последние «сектантские колхозы» были ликвидированы в 1930-х.

Терминология и тематические рамки В научно-исторической литературе термин «евангельские коммуны» используется в узком (собственно, коммуны) и широком (трудовые объединения различных форм собственности) смыслах. Другое устойчивое название этого явления, «сектантские колхозы», использовалось в антирелигиозной пропаганде.

В истории Советского государства в рассматриваемый период схожие проявления, но в значительно меньших масштабах, имели место в среде толстовцев, новоизраильтян, духоборов и других конфессий. Из-за незначительности масштабов явления и отсутствия авторитетных источников, позволяющих собрать достаточную информацию, в данной статье эти движения не рассматриваются. Трудовые объединения евангельских христиан (включая баптистов) выделялись в самостоятельное историческое явление такими авторами, как Андрей Савин, Татьяна Никольская, Владимир Попов и другими.

Предыстория

С первых лет появления в Российской империи евангельско-баптистского движения его лидеры предпринимали отдельные попытки создания евангельских трудовых коммун. Так, штундистский проповедник Иван Рябошапка в ответ на притеснения и гонения сельского и волостного начальства в 1870 году обратился к новороссийскому генерал-губернатору Павлу Коцебу с прошением о дозволении ему и ещё 20 семействам (всего 45 человек) отделиться и выйти на жительство «на вольные степа», чтобы вести совместное хозяйство. Коцебу ответил отказом.

В 1883 году лидеры движения пашковцев, петербургские аристократы Василий Пашков и Модест Корф намеревались создать христианскую коммуну в Крыму, в большой долине с фруктовыми садами в районе деревни Спат и хутора Софиевка. Они решили назвать поселение «Вертоград». Однако реализовать свою идею они не успели — шли правительственные гонения на евангельских протестантов, дело о трудовой коммуне было добавлено к остальным обвинениям против Пашкова и Корфа, которые в 1884 году усилиями обер-прокурора Святейшего Синода Константина Победоносцева были изгнаны из страны.

С архивами Пашкова и Корфа ознакомился Иван Проханов и через 11 лет на этом же месте основал коммуну с таким же названием. В число членов коммуны вошли семья меннонита Германа Фаста, вдова поэта Некрасова Зинаида и две её племянницы, а также другие христиане. Неподалёку, на хуторе «Иерусалимские братья», жили их единоверцы из немецких колонистов. По воспоминаниям Ивана Проханова, коммуна процветала, сам он в свободные от работы часы вёл курсы по изучению Библии и церковной истории, и вообще это было счастливое время. Коммуна просуществовала 4 года и была распущена в результате очередного витка преследований евангельских протестантов из-за её «штундистских признаков»: проповедь Евангелия, равный труд, общее имущество.

Начало движения при советской власти

Новые экономические условия после революции 1917 года способствовали распространению идеи трудовой общинной жизни как среди верующих, так и неверующих. Планы создания земледельческих общин из единоверцев привлекали многих русских протестантов. Имея особый опыт за плечами, евангельские общины вошли в это движение «легко и динамично», отмечал историк Владимир Попов.

Этот процесс усугублялся массовой миграцией горожан в деревню из-за голода и нехватки продовольствия. В 1918 году в Рязанской губернии возникли коммуны «Вифания» и «Пробуждение», в Тверской губернии — «Гефсимания», «Вифания» и «Утренняя Звезда», также коммуны появились в Новгородской, Брянской, Енисейской и других губерниях.

Отношение властей Сразу после Октябрьской революции большевикам необходимо было определить своё отношение к возможному сотрудничеству с протестантами. Одной из форм этого сотрудничества могла стать протестантская трудовая кооперация, особенно в пищевой и лёгкой промышленности, сельском хозяйстве, кустарных промыслах.

Руководитель баптистского сельхозобъединения «Прилучье» (Новгородская губерния) И. Петров весной 1918 года даже имел непродолжительную беседу с Владимиром Лениным, в ходе которой рассказал о желании верующих организовывать протестантские сельскохозяйственные объединения, а глава государства в ответ пообещал распорядиться о выделении верующим земель для этого.

В 1919—1920 годах государство действительно предприняло ряд шагов для поощрения этой деятельности, включая выделение земель. Однако к началу 1920-х годов партийное руководство не имело единой политики в отношении неправославных конфессий. Многие видные партийцы (среди них Владимир Бонч-Бруевич и Михаил Калинин) настаивали на необходимости особого подхода к ним. Они опирались на мнение Ленина, который во внутрипартийной дискуссии заявил: «сектантствоедством заниматься не будем». На высоком партийно-государственном уровне заявлялось, что протестантские «коммунистические образования» «совершенно безболезненно усваивают общегражданские советские законы и уставы, органически вливаясь, как сельскохозяйственные, промышленные ячейки, в советское строительство».

В 1921 году была создана комиссия по заселению свободных земель «сектантами», которая должна была ведать вопросами переселения верующих на пустующие земли Сибири, Кавказа и других регионов. Её целью было «призвать к творческой земледельческой работе массы, уже организованные в свои общины, … зарекомендовавшие себя выдающейся трудоспособностью, честностью, исполнительностью, прямотою и искренностью».

Создание теоретическо-богословской базы

Иван Проханов признавался, что ему с юности были близки идеи социализма, хотя он не мог принять свойственного социализму отрицания Христа. По его замыслу, социализм следовало дополнить верой во Христа, чтобы «сделать его совершенным». Богословская и теоретическая база для христианской кооперации была создана им в брошюре «Евангельское христианство и социальный вопрос» (1918 год) и программной статье «Новая, или Евангельская жизнь» (1925 год).

В брошюре Проханов сослался на библейский пример Иерусалимской общины как первой христианской коммуны («У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но все у них было общее» ). Только группа, «в которой у всех „одно сердце и одна душа“ и в которой все объяты пламенем Духа Божия, может осуществить эту особенную жизнь», — писал он.

Проханов предложил три формы христианской кооперации: всеобщина, полувсеобщина и простая община. Всеобщина предполагала полное обобществление всего имущества, полувсеобщеобина — земель и орудий производства, и, наконец, простая община предусматривала объединение только при продаже продукции, а также общем содержании заводов, маслобоен, мельниц и т. п. Он также составил типовой Устав трудовой христианской общины и дал детальные рекомендации по её устройству, функционированию и быту.

В статье «Новая, или Евангельская жизнь» Проханов развил свои идеи и ярко изобразил будущий евангельский «Город Солнца». По мнению историка-богослова Андрея Пузынина, представления Проханова о будущей жизни перекликались с ожиданиями христиан наступления Тысячелетнего Царства.

Расцвет Реальная помощь со стороны государства способствовала созданию и развитию христианских трудовых объединений, хотя на местах власти не везде и не всегда поддерживали их. Проханов вспоминал: «Наши ассоциации принимали уставы, получали от правительства землю и разрешение использовать её на базе коллективного труда. … Евангельские сельскохозяйственные ассоциации получили высокую репутацию даже в глазах советской власти».

Помощь в создании коммун оказывали и религиозные организации, например, товарищество «Братская помощь», созданное в 1922 году и имевшее 14 филиалов в различных регионах. Так, только при Союзе баптистов СССР к 1924 году было создано 25 коммун по 20-50 семей, появлялись они и при Союзе евангельских христиан.

Помимо земледельческих коммун в сельской местности, протестантская экономическая кооперация развивалась и в городах, чему способствовал нэп. Христианские артели и кооперативы занимались строительством, изготовлением хлеба и кондитерских изделий, пошивом одежды и обуви, организацией общественного питания и т. д. Так, в Москве насчитывалось не менее 6 протестантских столовых, одна из которых располагалась на первом этаже здания ВЦИК и обслуживала в числе прочего участников различных съездов и конгрессов, получили распространение столовые вегетарианского типа (в Москве — «Пищепродукт», «Примирись», «Гигвегстол»). Другой пример — Приморский край: христианские артель бондарного производства «Приморье» (30-35 квалифицированных работников, набирались ученики, которым выплачивалась стипендия) и женская швейная артель «Игла» существовали во Владивостоке, ещё одна швейная группа — в Никольске-Уссурийском, машинное товарищество — в Черниговке. В приморских сёлах христианские общины занимались рисоводством и пчеловодством.

Исследователи Крапивин, Лейкин и Далгатов в общей монографии приводят информацию из своих источников примерно о 400 различных производственных товариществах, созданных евангельскими христианами и баптистами, при этом авторы считают эти данные явно завышенными.

«Вифания»

Примером успешной сельскохозяйственной евангельской коммуны может служить «Вифания», располагавшаяся в 6 вёрстах от станции Брусово в Тверской губернии. Её неоднократно посещал Иван Проханов. Подробный отчёт о его поездке весной 1928 года и о состоянии дел в коммуне был опубликован в журнале «Христианин».

На момент посещения в коммуне было 108 членов, включая детей. Коммуна располагала 470 га земли, на которых находились усадьба, сад, огород, пашня, луг и лес. «Вифания» выращивала хлеб, овощи, фрукты, клевер, заготавливала сено. Землю обрабатывали трактором «Fordson», который вместе с плугами и тележкой был куплен в кредит (полностью погашенный ко времени посещения Прохановым). Кроме того, имели большое пчеловодческое хозяйство, выращивали коров, лошадей, свиней, овец, птицу. Имели кузнечную, слесарную, кожевенную, сапожно-шорную, портняжную, ткацкую мастерские, мельницу «Фермер», круподёрку и маслобойку, а также станки — драночный и лесопильный. Крестьянам из окрестных сёл члены коммуны разрешали бесплатно пользоваться инвентарём, местные жители часто обращались в коммуну за советами.

Наиболее значимые вопросы решались на общем собрании. Питались за общим столом, отдельного приготовления пищи не было предусмотрено. Жили в квартирах в пяти больших домах. Дети посещали школу, коммуна выписывала газеты и журналы — как светские, так и евангельские. Собственная библиотека коммуны насчитывала 500 томов, учебных и письменных принадлежностей для школьников — в достатке.

Помимо хозяйственной деятельности коммуна занималась благотворительностью (кормя и предоставляя жильё нуждающимся) и совершала поездки по близлежащим сёлам и городам с проповедью Евангелия. В праздничные дни члены коммуны устраивали богослужебные собрания.