Германизмы — слова или обороты речи, построенные (составленные) по образцу немецкого языка, один из видов варваризмовГерманизм: статья из «Толкового словаря русского языка» под редакцией Д. Н. Ушакова . В. И. Даль приводит примеры таких выражений: «Я не имею времени, мне не время, у меня нет времени; имею честь быть». Иногда термин «германизм» понимают просто как заимствование из немецкого или одного из германских языков.
Исторические данные
Славяно-германские контакты
Контактировали ли праславяне непосредственно с прагерманцами, является спорным вопросом. Период взаимодействия праславян с прагерманцами В. В. Мартынов, придерживавшийся автохтонной (Висло-Одерской) гипотезы славянской прародины, датирует V—III вв. до н. э. и локализует это взаимодействие в бассейне Одры. Напротив, С. Пронк-Тьетхофф, автохтонную гипотезу критикующая, полагает, что раньше эпохи миграции готов славяне не могли оказаться в контакте с германцами.
С готами славяне контактировали с середины III века, после миграции готов, по IV век, когда их государство распалось. Взаимодействие с западногерманскими племенами связано с миграциями славян в Центральную Европу и продолжалось вплоть до распада праславянского языка.
Германские заимствования относятся преимущественно к сферам политики (цесарь, король, князь, витязь, крамола), военного дела (полк, броня, шлем, вал, воевода — калька с )А. Мейе. Общеславянский язык, § 581. Заимствован ряд терминов, связанных с торговлей: названия монет (стлязь, пенязь, цята), мыто, глагол купить, слово скот (первоначальное значение «деньги, богатство»). Названия предметов обихода (котёл, блюдо, доска в первоначальном значении «стол», миска), домашних животных и растений (осёл, лук, персик, редька), которые в самих германских языках в основном латинского происхождения, говорят о том, что тип культуры, называемый «провинциально-римским» (именно к такому типу относится пражская культура) был воспринят славянами через германское посредство.
.
В «Этимологическом словаре славянских языков» отвергнут ряд старых германских этимологий (*čędo «ребёнок», *duma, *grędeľь «дышло плуга», *glazъ «скала», *xula «хула», *korpъ «карп», *mora «призрак»).
Некоторые германизмы иногда рассматриваются как праславянские, но в связи с тем, что они фиксируются только в одной ветви славянских языков, их можно считать поздними: *bordy «боевой топор», *smoky «смоковница», *škoda «ущерб», *želsti «возмещать, компенсировать».
Германизмам в праславянском посвящены следующие монографии и статьи: «Старите германски елементи в славянските езици» (1908) С. Младенова, «Slavisch-germanische Lehnwortkunde: eine Studie über die ältesten germanischen Lehnwörter im Slavischen in sprach- und kulturgeschichtlicher Beleuchtung» (1927) А. Стендер-Петерсена, «Die gemeinslavischen Lehnwörter aus dem Germanischen» (1934) В. Кипарского, «Славяно-германское лексическое взаимодействие древнейшей поры» (1963) В. В. Мартынова, «Germanische Lehnwörter im Urslavischen: Methodologisches zu ihrer Identifizierung» (1990) Г. Хольцера, частично «The origins of the Slavs: a linguist’s view» (1991) З. Голомба и «The Germanic loanwords in Proto-Slavic» (2013) С. Пронк-Тьетхофф.
В 1910 году российский славист А. И. Соболевский предпринял попытку датировки третьей палатализации, опираясь на данные германских заимствований. Он предположил, что германизмы *scьlędzь и *pěnędzь, в которых осуществился данный процесс, попали в праславянский не ранее I в. н. э. (поскольку именно к тому времени, по мнению Соболевского, германцы познакомились с римскими монетами), следовательно, это terminus a quo для данного процессаСоболевский А. И. Древнейшия славянския названия монеты и хронология общеславянского смягчения гортанных // Русский филологический вестник. — 1910. — № 64. — с. 92-95.. Однако впоследствии такая хронологизация славяно-германских контактов подверглась критике.
XIII—XIV века Заимствования, совершенные русским языком из немецкого, по наиболее ранней фиксации иноязычной лексики в письменных памятниках: пискупъ (католический епископ) — Смоленская грамота 1229 г.; провстъ (нем Probst — высшее церковное звание) — там же; фоготъ (нем. Vogt — судья) — там же; мастеръ (в значении глава рыцарского ордена — латинск. magister) — Смоленская грамота после 1230 г. (заметим, что это же слово в значении опытный работник появляется ещё в «Ипатьевской летописи» под 1161 г., а также засвидетельствовано в грамотах XIV века). К середине XIII относятся и следующие заимствования: рат(ь)манъ (член совета города Риги) — Полоцкая грамота 1264 г.; рыторъ (рыцарь) — «Новгородская летопись» под 1242 г.; шпильманъ (актёр, плясун) — «Рязанская кормчая» 1284 г.; скорлатъ или скарлатъ (название дорогой ткани) — Грамота Владислава 1288 г.; Грамота Рижская 1300 г.; герцикъ или герьцюк (герцог) — «Ипатьевская летопись» под 1235 и 1258 гг. В XIV веке зафиксированы такие заимствования из немецкого: бархатъ — «Путевые записки Игнатия», 1392 г.; шида (шелковая ткань, нем. Seide) — там же; буркгимистор — Грамота Витебская 1399 г., грошъ — Галичская грамота 1351 г.; кгвалтъ (насилие) — Грамота Витовта 1388 г.; фальшивый (поддельный) — там же; фунтъ (мера веса) — там же. В XV в. — бунтъ (нем. Bund — союз), балка (бревно); мушкатовый (цвет) — «Привилей месту Менскому», 1499 г.
Вторая половина XVII века Вместе со словами и выражениями исконно русскими в памятники XVII века проникает немало слов иноязычного происхождения. Так например, в 1647 году вышел перевод книги немецкого автора Вальгаузена под заглавием «Учение и хитрость ратного строения пехотных людей». В переводе отмечаются многие военные термины иноязычного происхождения, преимущественно заимствованные из немецкого языка: шанцы, солдат, капитан и так далее.
В XVII же веке появляются такие слова, как лагерь (до этого в том же значении употреблялось слово стан), профос (каптенармус; впоследствии переосмыслилось в результате «народной» этимологии и преобразовалось в прохвост).
Одними из первых исторически достоверными сведениями об использовании германизмов в русском языке стали пьесы «Артаксерксово действо» и «Комедия из книги Иудифь» («Олоферново действо»), поставленные в 1672—1673 годах немецким церковным и общественным деятелем Иоганном Готфридом Грегори (1631—1675). Переехав в Россию и став пастором церкви, он основал домашний театр, а позже по приказу царя Алексея Михайловича стал давать представления при дворе. Хотя его пьесы изобиловали полонизмами, украинизмами и германизмами, они имели огромный успех, поскольку ничего подобного никто в Москве ещё не виделГрегори Иоганн Готфрид: информация в Российском гуманитарном энциклопедическом словаре .
Первая четверть XVIII века. (Петровская эпоха)
Лексика русского литературного языка в течение первой четверти XVIII века обогащается преимущественно за счёт заимствования слов из западноевропейских языков: немецкого, голландского, французского. Наряду с этим лексика продолжает пополняться и из латинского языка. Посредничество польского языка практически сошло на нет. Словарные заимствования пополняются путём: Во-первых, переводов с тех или иных языков книг научного или этикетного содержания. Во-вторых, проникновения иноязычных слов в русскую лексику из речи специалистов-иностранцев — офицеров, инженеров или мастеров, служивших на русской службе и плохо знавших русский язык. В-третьих, привнесения в русский язык иноязычных слов и речений русскими людьми, посылавшимися по почину Петра I за границу и нередко в течение долгих лет там учившимися и работавшими. Первой из книг, напечатанных гражданским шрифтом, была книга по геометрии, созданная по немецкому оригиналу. Труд переводчиков обогатил и пополнил русский язык ранее недостававшей ему специальной лексикой. Для решительных реформ в вооружённых силах и администрации были приняты на работу экономические и административные специалисты из Германии. В 1716 году Петр приказал административным служащим учить немецкий язык: «в январе 1716 года велено послать в Кенигсберг человек 30 или 40 молодых подьячих для научения немецкому языку, дабы удобнее в коллегиум были». В некоторых областях ремесленного промысла преобладали немцы; к концу XVIII века в Санкт-Петербурге работало тридцать немецких и только три российских часовщика. Русский язык заимствовал много слов из немецкого языка в военной области, например Schlagbaum шлагбаум и Marschroute маршрут, также такие выражения как Rucksack, рюкзак, Maßstab масштаб, Strafe штраф (в немецком «наказание», в русском языке в значении «взыскание»), и Zifferblatt циферблат.
Петр I сам живо интересовался деятельностью переводчиков, иногда специально поручал переводить иностранные книги своим приближённым. Так, И. Н. Зотову был поручен перевод книги по фортификации с немецкого языка.
Из речи инженеров и мастеров-иностранцев могла проникнуть в русский язык лексика столярного, слесарного, сапожного производства. Такие слова, как стамеска, шерхебель, дрель и др., заимствованы изустным путём из немецкого языка. Оттуда же пришли в русский язык и слесарные термины: верстак, винт, кран, клапан — и само слово слесарь. Из немецкого же заимствуются слова, характерные для сапожного дела: дратва, рашпиль, вакса, клейстер и мн. др. Военная лексика, значительно пополнившаяся в Петровскую эпоху, заимствуется главным образом из немецкого, частично из французского языков. Немецкого происхождения слова юнкер, вахта, ефрейтор, генералитет, лозунг, цейхгауз, гауптвахта, штурм и др.
На почве увлечения варваризмами развиваются новые формы «европейской» фразеологии. Например: на голову побить неприятеля — aufs Haupt schlagen; выиграть битву, баталию — dem Feind eine Schlacht abgewinnen; паки пришел к себя — er ist wieder zu sich gekommen и др. под. Новые фразовые комбинации возникают также вследствие растущего пристрастия к иностранным словам, которыми заменяются привычные русские: Я не получил на оное антвортен.
Середина XVIII века. Значение трудов М. В. Ломоносова
Михаил Васильевич Ломоносов, учившийся в Марбурге и Фрайберге, считается основателем российской науки горной промышленности, минералогии и геологии. В своих письмах о горной промышленности и металлургии он использует немецкие названия металлов и полезных ископаемых: Wismut (Bismut) «висмут», Wolfram «вольфрам», Gneis «гнейс», Quarz «кварц», Pottasche «поташ», Zink «цинк», Spat «шпат» и Steiger «штейгер». Также выражения, как геолог (Geologist), глетчер (Gletscher), металлургия (Metallurgie), никель (Nickel), шихта (Schicht, Смесь материалов (руда, флюсы, кокс, уголь и т. п.), взятых в определённой пропорции, загружаемая в плавильные печи для переработки) и шлиф (Schliff, тонкая пластинка горной породы, минерала, подготовленная шлифованием для микроскопического исследования) попадают в эту категорию.
Синтаксис литературного языка XVIII в. ориентировался на немецкий или латинский, то есть сложные предложения с причастными оборотами строились по образцу названных языков. Язык прозаических произведений Ломоносова в этом отношении не представлял исключения. В них преобладали громоздкие периоды, причем глаголы-сказуемые в предложениях, как правило, занимали последнее место. Равным образом и в причастных или деепричастных оборотах аналогичное место принадлежало причастным или деепричастным формам. Немецкий тип синтаксиса: «Благополучна Россия, что единым языком едину веру исповедует, и единою благочестивейшею самодержицею управляется, великий в ней пример к утверждению в православии видит» .
Последняя треть XVIII века