Морфоло́гия ру́сских диале́ктов — совокупность систем языковых средств, обеспечивающих построение словоформ в территориальных диалектах русского языка, а также раздел русской диалектологии, изучающий закономерности функционирования и развития диалектных морфологических систем. В целом, грамматический строй русских диалектов и грамматический строй литературного русского языка характеризуются значительным единством. Им присущ одинаковый состав частей речи с одними и теми же грамматическими категориями. Диалектные различия, касающиеся состава категорий и их форм, встречаются в русском языке достаточно редко. Среди таких немногочисленных различий отмечаются, например, характерные для говоров разной локализации различия в составе падежных форм (включающем помимо прочих объектный, местный и другие падежи), различия в составе временных форм (включающем помимо прошедшего, настоящего и будущего также давнопрошедшее время) и распространение в северо-западных говорах категории перфекта, неизвестной ни в литературном языке, ни во всех остальных говорах. Все прочие диалектные различия в области морфологии, составляющие основную их часть, касаются внешней стороны грамматических форм и сводятся к различиям в наборе, распределении и фонемном составе словоизменительных аффиксов, к различиям в чередованиях фонем основы и к различиям в месте ударения. На фоне общности диалектных морфологических систем указанные различия имеют частный характер и не препятствуют взаимопониманию при общении носителей любых русских говоров, даже территориально наиболее удалённых друг от друга.
Соответственные явления Различительные элементы морфологии в русских диалектах, как и элементы остальных языковых уровней, образуют соответственные явления (междиалектные соответствия), которые представляют собой совокупность вариантов диалектных признаков, взаимозамещающих друг друга в разных говорах. Примером соответственного явления может быть распространение форм родительного падежа множественного числа имён существительных мужского рода на согласнуюВыражение «слова на...» используется в значении «слова, имеющие такое-то окончание в исходной форме». Для существительных исходной формой является форма именительного падежа соответствующего числа., которое в одних говорах выражается вариантом с окончанием -ов (быко́в, домо́в)Так как приводимые в статье примеры слов характеризуют не отдельные говоры, а целые диалектные объединения, в той или иной части ареала которых возможны различные варианты произношения звуков, здесь и далее слова передаются в фонетической транскрипции не полностью. Запись слов или тех их частей, которая не претендует на точную передачу звучания, производится в упрощённой морфолого-фонематической транскрипции (выделяется курсивом) и представляет собой обозначение фонем в том виде, в каком они выступают в говорах в сильных позициях, имеющих максимальное количество единиц данного типа. Те части слов, которые должны быть переданы в реальном звучании, записываются знаками упрощённой фонетической транскрипции и выделяются при помощи квадратных скобок: в[о]да́, в[а]да́; [г]од, [ɣ]од и т. п. Позиционная мягкость перед е и и в морфолого-фонематической транскрипции не обозначается (несу́, лижи́), в фонетической транскрипции мягкость/твёрдость согласных перед е обозначается при помощи букв «е» — «э»: молод[е́й] — молод[э́й]; мягкость/твёрдость согласных перед и обозначается при помощи букв «и» — «ы»: [пи]л — [пы]л. В остальных случаях для обозначения мягкости используется знак апострофа. Мягкость/твёрдость ч обозначается только в фонетической транскрипции: ку́ча — ку́[ч’а]. Отсутствие обозначения мягкости/твёрдости согласных указывает на безразличие данного признака для примера. Традиционно в русской диалектологии для передачи звуков и фонем используются графемы русского алфавита, за исключением полугласного j и фрикативного ɣ. Отдельные звуки записываются внутри квадратных скобок — [а], отдельные фонемы записываются внутри косых скобок — /а/, в случае, если отсутствует реальная двусмысленность, для упрощения записи косые скобки при обозначении фонем могут опускаться — фонемы при этом записываются просто курсивом., а в других — вариантом с окончанием -ох (быко́х, домо́х), или, например, распространение форм дательного и творительного падежей множественного числа имён существительных, представленное в одних говорах вариантом с различением окончаний (к дома́м, за дома́ми), а в других — вариантом с их неразличением (к дома́м, за дома́м).
Как правило, тот или иной вариант соответственного явления охватывает весь класс слов рассматриваемой части речи. Так, например, если в каком-либо говоре у прилагательного женского рода молод[а́jа] отмечается односложное окончание с отсутствием в интервокальном положении /j/ (молод[а́] жена́, молод[у́] жену́), то такое окончание будет наблюдаться в этом говоре у всех подобных прилагательных: дорог[а́], дорог[у́]; плох[а́], плох[у́]; больш[а́], больш[у́] и т. д. Но возможны различия и для изолированных фактов, например, различие в родовой принадлежности, присущее существительному зверь, которое в одних говорах относится к мужскому роду, а в других — к женскому, для всех остальных подобных слов не характерно. Соответственные явления в диалектных морфологических системах относятся в основном к категории двучленных, то есть имеющих два варианта одной диалектной черты в разных говорах или группах говоров, многочленные явления встречаются сравнительно редко. По числу измерений соответственные явления разделяются на простые и сложные. Простые явления имеют одно измерение без каких-либо разновидностей. В сложных явлениях один или несколько вариантов того или иного диалектного признака выступают в разных говорах в виде структурных разновидностей. Например, различению форм дательного и творительного падежей множественного числа существительных (к дома́м, за дома́ми) в южнорусском наречии противопоставляется наличие общей формы дательного и творительного падежей в севернорусском наречии, которой в свою очередь в разных говорах присуще несколько видов окончаний: к дома́м, за дома́м; к дома́ма, за дома́ма; к дома́мы, за дома́мы. Соответственные явления морфологических систем могут быть как противопоставленными, имеющими соотносительные ряды, так и непротивопоставленными. К последним относятся случаи, когда в одной из групп говоров какой-либо элемент морфологической системы отсутствует. Например, форме давнопрошедшего времени в одних говорах (в сентябре́ снег был вы́сыпал, а октя́брь был тёплый) не противопоставлена форма с тем же значением в других говорах. Кроме того, среди соответственных явлений выделяют одноплановые с одним признаком и многоплановые, включающие одновременно два и более признаков.
В ряде говоров русского языка отмечается сосуществование в их морфологических системах разных вариантов одних и тех же соответственных явлений. Такие случаи характерны для незавершившегося процесса вытеснения одного варианта явления другим под воздействием литературного языка или соседних говоров. Например, в одном говоре может употребляться исконная форма существительного среднего рода с ударением на основе в винительном падеже посе́ять прос[у́] и новая форма, пришедшая из литературного языка, посе́ять прос[о́], ещё не вытеснившая до конца исконную форму. Сосуществование разных членов соответственного явления также может быть вызвано незавершившимися внутренними процессами в самом говоре. Например, процесс унификации флексий родительного падежа множественного числа, выраженный в распространении флексии -ов на все классы существительных, приводит к появлению новых форм типа ба́б[ов], сёдл[ов], роди́тел[ев] при ещё не вытесненных старых ба́б, сёдел, роди́телей. В этом случае дополнительно действует фактор влияния литературного языка, который удерживает в говоре старые формы.
Имена Категория рода Для имён во всех русских диалектах, так же, как и в литературном языке, присущи формы мужского, женского и среднего родов. Исключение составляют часть южнорусского и часть среднерусского диалектных ареалов, в которых по предположению ряда исследователей формы среднего рода почти или полностью утрачены. В одной части указанных диалектных ареалов класс существительных, который в литературном языке и в большинстве говоров северного наречия относится к среднему роду, сужается за счёт расширения класса слов женского рода, в другой части — за счёт расширения класса слов мужского рода, в третьей — за счёт расширения обоих классов слов, мужского и женского родов: моё полоте́нце — мой полоте́нец; в моём пла́тье — в моей пла́тье. Наиболее широко распространено и компактнее локализовано вытеснение форм среднего рода женским — этот тип языкового явления характерен для юго-восточных говоров.
Как правило, утверждения об утрате форм среднего рода строятся на основании определения рода по согласуемым с существительными прилагательным и подобным им словам только в форме именительного падежа. Но если рассматривать формы согласуемых слов со всей парадигмой падежных форм существительных, то можно увидеть, что согласуемые слова с существительными, образующими в большинстве говоров класс среднего рода, в части южнорусского и среднерусского ареалов различаются по роду в прямом и косвенных падежах. Следовательно, такие существительные не могут быть отнесены ни к женскому, ни к мужскому роду и составляют особый согласовательный класс. Например, если существительные среднего рода с ударением на основу в юго-восточных говорах переходят в женский род или испытывают колебания в роде (больша́я ста́да; большо́й ста́де или большо́му ста́ду), то существительные среднего рода с ударением на флексии типа село́, окно́, ведро́ в именительном и винительном падежах согласуются с прилагательными женского рода (больша́я село́; большу́ю, или большу́я, село́), а в остальных падежах согласуются с формами прилагательных, общих для мужского и среднего родов (большо́го, или большо́во, села́; большо́му селу́; больши́м село́м; о большо́м селе́). Класс подобных существительных считается классом по-особому выраженных существительных среднего рода. И поэтому отличием юго-восточных говоров от большинства остальных говоров русского языка является не отсутствие среднего рода, а иной характер его выражения и меньший охват лексики, относящейся к этому роду.
Категория падежа