Культура Брунея сформировалась в рамках малайского культурного мира и сочетает наследие коренных народов северо-западного Борнео, исламские традиции и культуру многовекового брунейского султаната. Важную роль в формировании национальной идентичности и организации общественной жизни играет государственная философия Мелаю-Ислам-Бераджа (, MIB; «малайская исламская монархия»), объединяющая малайскую идентичность и обычаи, ислам и монархическую систему. Она была провозглашена при обретении Брунеем независимости 1 января 1984 года и оказывает значительное влияние, в частности, на систему образования страны.
При преобладающей роли малайско-мусульманской традиции культурная среда страны неоднородна: установленная законодательством категория малайского населения объединяет семь коренных этнических групп, а наряду с ними в Брунее представлены китайская и другие общины. Официальным языком является малайский, тогда как в неофициальном общении преобладает ; заметную роль также играет английский язык. Ислам имеет статус официальной религии, при этом в стране существуют христианские, буддийские и традиционные религиозные общины.
Исторические и культурные основы Султанат, малайская традиция и ислам Историческим ядром брунейского государства и его придворной культуры были поселения в районе реки Бруней, прежде всего Кампонг-Айер. На протяжении столетий этот комплекс поселений на воде служил центром султаната и местом пребывания его правителей. Расположение на морских торговых путях связывало Бруней с другими частями Малайского архипелага, Китаем и торговыми центрами Индийского океана. В XVI веке султанат достиг периода наибольшего процветания, чему способствовали морская торговля и связи с португальской Малаккой.
Ранние этапы истории Брунея документированы фрагментарно, а датировки возникновения султаната и правления его первых монархов остаются предметом научных дискуссий. О присутствии ислама в Брунее не позднее начала XIV века свидетельствуют эпиграфические памятники, включая надгробие с арабской надписью, исследованное китайским историком Чэнь Дашэном. Официальная брунейская историография связывает основание мусульманского султаната с обращением первого султана Мухаммада Шаха в XIV веке, однако точная последовательность этих событий надёжно не установлена.
В последующие столетия исламская религия, институт султанской власти и малайские обычаи образовали взаимосвязанную основу общественного порядка. При этом исламизация не означала полного вытеснения местных норм: описание брунейской правовой системы конца XVI века указывает на сочетание шариатских предписаний с обычным правом — хукум канун. Колониальный период и национальная идеология В XIX веке территория и региональное влияние султаната значительно сократились. В 1888 году Бруней стал британским протекторатом, а в 1906 году в стране была установлена система британской резидентуры. Новая администрация изменила государственное управление, право и общественные институты, но одновременно способствовала сохранению султанской династии и самого Брунея как отдельного политического образования. Связь колониальной администрации с британскими владениями на Малайском полуострове содействовала распространению малайских административных и правовых моделей, а также укреплению современной малайской идентичности среди населения Брунея.
Конституция Брунея 1959 года закрепила малайский язык в качестве официального, ислам — в качестве официальной религии и сохранила центральное положение монархии в государственном устройстве. После получения полной независимости 1 января 1984 года эти элементы были объединены в официальной государственной философии Мелаю-Ислам-Бераджа (, MIB; «малайская исламская монархия»). Она рассматривает малайскую культуру, ислам и монархию как три взаимосвязанные основы национальной идентичности и как рамку, в пределах которой должны осуществляться модернизация и общественное развитие.
Концепция MIB оказывает влияние на образование, государственные церемонии, культурную политику и официальное изложение истории страны. Исследователи при этом разграничивают государственную модель национальной культуры и более разнообразные повседневные культурные практики населения Брунея, включающие традиции коренных немалайских групп, китайской общины и религиозных меньшинств.
Этнокультурное и языковое многообразие Население Брунея неоднородно по этническому происхождению, языку и культурным традициям. По данным переписи населения 2021 года, к малайцам были отнесены 67,4 % жителей страны, к китайцам — 9,6 %, а к категории «прочие» — 23,0 %. Иностранное происхождение имели 20,8 % населения, а временные жители составляли 18,4 % от его общей численности.
Закон о гражданстве Брунея относит к коренным группам «малайской расы» семь общностей: белайт, бисая, брунейцев, дусунов, кедаянов, и тутонг. Их объединение в общую малайскую категорию стало одним из механизмов формирования национальной идентичности, однако отдельные группы сохраняют собственные языки, представления о происхождении, обычаи и обрядовые практики. Наряду с ними культурную среду страны формируют китайская община, другие коренные жители Борнео и многочисленные выходцы из зарубежных стран.
В соответствии с Конституцией официальным языком Брунея является малайский. В официальной документации, образовании и формальной публичной коммуникации используется преимущественно стандартный малайский, тогда как основным языком повседневного общения служит . Он распространён не только среди этнических брунейцев, но и используется как средство межгруппового общения; расширение сферы его употребления сопровождается переходом части представителей других коренных групп на брунейский малайский.
Значительное место занимает английский язык, широко используемый в образовании, профессиональной сфере и межкультурном общении. В стране сформировался местный вариант — , а переключение между малайским и английским является характерной чертой повседневной речи многоязычных жителей.
С каждой из семи официально признанных коренных групп связывается собственная языковая разновидность: брунейский малайский, кедаянский, дусунский, бисая, , и мурутский языки. Хотя в официальном употреблении они могут называться диалектами малайского, лингвисты отмечают, что не все они взаимопонятны и что большинство следует рассматривать как отдельные языки. Близкими к малайскому являются прежде всего брунейский малайский и кедаянский; дусунский и бисая образуют близкую друг к другу группу, тогда как тутонгский, белайтский и мурутский существенно от них отличаются. Все коренные языки страны, кроме брунейского малайского, находятся под угрозой исчезновения; особенно критическим считается положение белайтского языка.
Китайская община Брунея также внутренне многоязычна. Среди её представителей распространены хоккиен, хакка и кантонский, тогда как путунхуа используется как общее средство общения между носителями различных китайских языков. Для многих представителей общины характерно также владение английским и переключение между путунхуа и английским в повседневной речи.
Обычаи и общественный этикет
Адат и нормы общения Обычаи и нормы поведения брунейских малайцев традиционно обозначаются понятием адат (). Оно охватывает не только обряды, но и представления о надлежащем поведении, общественных обязанностях и порядке проведения семейных и официальных церемоний. В современной брунейской культуре адат не является неизменной системой: отдельные практики сохраняются, упрощаются или переосмысливаются в соответствии с исламскими нормами и изменениями образа жизни. При этом обычаи разных этнических и религиозных общин страны могут различаться, поэтому нормы брунейско-малайской среды не распространяются автоматически на всё население.
В общественном взаимодействии заметное значение придаётся вежливости и смягчению открытого несогласия. Сравнительное исследование устных жалоб в Брунее показало, что как местные носители малайского, так и живущие в стране носители английского преимущественно использовали относительно непрямые формулировки, хотя применяли разные способы смягчения высказывания. Участники исследования также оценивали чрезмерно резкие и агрессивные требования как неэффективные. Авторы, однако, подчёркивали ограниченный масштаб исследования и зависимость речевого поведения от конкретной ситуации и отношений между собеседниками.
В официальном общении социальное положение отражается в системе титулов и почётных обращений. Особое место занимает терасул () — почётная формула, помещаемая перед именем и титулом человека. По разъяснению Государственного управления обычаев и церемониала, такие формулы служат выражением уважения и употребляются прежде всего в официальной переписке, приглашениях и церемониях. Их форма зависит от титула, должности, заслуг или происхождения адресата.
Взаимопомощь и семейные обычаи Одной из форм общественной солидарности является готонг-ройонг () — совместная добровольная работа жителей. В Брунее эта практика особенно связана с деревенскими сообществами: соседи и родственники помогают при подготовке свадеб, религиозных собраний и праздничных мероприятий, а также участвуют в уборке общественных территорий. Официальное издание правительства характеризует готонг-ройонг как средство поддержания связей между жителями, взаимопомощи и согласия внутри общины.
Традиционная брунейско-малайская свадьба представляла собой последовательность семейных церемоний, включавшую обручение и передачу даров, заключение исламского брака — акад никах, обряды нанесения пудры и хны, а также торжественное представление молодожёнов — маджлис берсандинг. Полное традиционное описание насчитывает десять церемоний, однако на практике семьи могут проводить лишь часть из них. Исследования современных свадеб показывают, что некоторые обряды были сокращены или утратили распространение, тогда как другие изменились под влиянием исламизации, стоимости торжеств, использования банкетных залов и нового образа жизни.
Литература и фольклор
Традиционная словесность Брунейская литература развивалась во взаимодействии устной и письменной традиций малайского мира. К традиционным формам относятся мифы, предания, сказки, генеалогические повествования, пословицы, детские песни и заклинания, а также поэтические жанры пантуна и шаира и прозаические хикаяты. Эти произведения передавали представления о происхождении государства и правящей династии, общественных нормах, религии и отношениях человека со сверхъестественным миром.
Центральное место в брунейской малайской традиции занимает Syair Awang Semaun — пространное стихотворное повествование об основании Брунея, подвигах Аванга Семауна и других легендарных предков правящей династии. Исследователи полагают, что произведение было создано путём объединения нескольких более ранних устных преданий, однако время их переложения в форму шаира и первоначальный состав текста достоверно не установлены. В произведении исторические мотивы сочетаются с рассказами о культурных героях, сверхъестественном происхождении персонажей и установлении власти султаната; поэтому оно используется как литературный и культурно-исторический источник, но не рассматривается исследователями как буквальная хроника событий.
К рукописному наследию относится Silsilah Raja-Raja Brunei («Родословие правителей Брунея»), объединяющая генеалогические сведения, предания и повествования о султанах. Сохранившиеся списки этого текста написаны малайским языком письмом джави и существуют в нескольких вариантах, различающихся составом и деталями повествования. О развитой письменной культуре султаната свидетельствуют также сохранившиеся малайские дипломатические письма конца XVI — начала XIX века, в которых использовались джави, придворные формулы и сложившиеся нормы малайской эпистолярной традиции.