«Маленький контрабандист» () — стихотворение польской поэтессы , написанное в Варшавском гетто. Повествует о ребёнке, который с риском для жизни совершает вылазки на «арийскую сторону» с целью добыть пропитание для своей семьи.
История создания
В 1941 году ежедневный выдаваемый нацистами по карточке паёк составлял для немцев 2613 калорий в день, для поляков 669, а для евреев лишь 184, что существенно ниже минимальной потребности для жизни. По этой причине в Варшавском гетто восемьдесят процентов всех потребляемых продуктов получалось через нелегальную контрабанду. Шанс не умереть голодной смертью имели только приближённые к контрабандным путям и очень состоятельные обитатели гетто, имевшие возможность закупать продукты на чёрном рынке по заоблачным ценам. Для большинства людей основной надеждой стали дети, не обязанные до 12 лет носить «жёлтую звезду» и способные проскальзывать в небольшие лазы и канализационные коммуникации, по несколько раз в день совершавшие вылазки за пропитанием на «арийскую сторону». Эти «дети-герои», как отмечает исследователь , спасли или продлили жизни огромному количеству взрослых, но сами при этом зачастую гибли от пуль немецкой полиции.
В гетто Хенрика Лазоверт была вовлечена в социальную работу, а также сотрудничала с архивом Онег Шабат, для которого документировала гибель десятков тысяч еврейских семей от голода. При этом Лазоверт посещала литературные вечера и не прекращала писать стихи. Самой известной её работой стало стихотворение «Маленький контрабандист», которое в переводе с польского языка на идиш пользовалось в гетто большой популярностью и, будучи положенным на музыку, с успехом исполнялось Дианой Блюменфельд. Стихотворение, прочтённое Хенрикой Лазоверт в августе 1941 года, настолько глубоко тронуло сердца современников, что, по сообщению Эмануэля Рингельблюма, люди желали установить памятник воспетому в нём безымянному контрабандисту сразу по освобождении гетто.
Этим планам не суждено было сбыться, поскольку Варшавское гетто освобождено не было; оно подверглось поэтапной ликвидации, проходившей в течение нескольких месяцев, начиная с июля 1942 года. Сотни тысяч его обитателей, которым посчастливилось не умереть ранее от голода и болезней, были убиты, а городские районы, где располагалось гетто, нацисты сравняли с землёй. Автора стихотворения Хенрику Лазоверт вместе с матерью Блюмой Лазоверт депортировали в лагерь смерти «Треблинку», где по прибытии они были умерщвлены в газовых камерах.
Первая публикация Написанное в 1941 стихотворение впервые было опубликовано в 1947 году в антологии стихов о жизни евреев в годы нацистской оккупации, составленной польским поэтом Михалом Борвичем и вышедшей под названием «Pieśń ujdzie cało: antologia wierszy o Żydach pod okupacją niemiecką». Борвич являлся в то время руководителем краковской Центральной еврейской исторической комиссии, которая и выступила издателем книги. В том же году (в год окончательной коммунизации Польши) он эмигрировал во Францию и провёл остаток жизни в Париже.
Дальнейшая судьба Три строфы оригинального текста стихотворения вместе с их переводами на английский и на иврит сегодня начертаны на одной из панелей варшавского . По словам Дженни Робертсон, тысячи людей посещают ежегодно мемориал и читают строки, обращённые, как и прочие работы Лазоверт, непосредственно к сердцам её слушателей. По мнению исследователя Ричарда Лукаса, они стали своеобразной эпитафией миллиону детей, уничтоженных в годы Холокоста.
Существует несколько версий перевода названия стихотворения на английский язык. В то время как чаще всего используется вариант «The Little Smuggler» (), в одном из переводов работа обозначена как «To the Child Smuggler» (). Последний вариант лишён задуманных автором коннотаций с прилагательным «mały» () и к тому же, по замечанию историка , противоречит форме повествования в стихотворении, поскольку ведётся оно от первого лица.
Текст По мнению литературоведов, характер маленького контрабандиста в поэме Лазоверт идеализирован.
Оригинал на польском Przez mury, przez dziury, przez warty Przez druty, przez gruzy, przez płot Zgłodniały, zuchwały, uparty Przemykam, przebiegam jak kot.
W południe, po nocy, o świcie W zawieje, szarugę i skwar Po stokroć narażam swe życie Nadstawiam dziecinny swój kark.
Pod pachą zgrzebny worek Na plecach zdarty łach I młode zwinne nogi A w sercu wieczny strach.
Lecz wszystko trzeba ścierpieć I wszystko trzeba znieść By Państwo mogli jutro Do syta chleba mieć.
Przez mury, przez dziury, przez cegły Po nocy, o świcie i w dzień Zuchwały, zgłodniały, przebiegły Przesuwam się cicho jak cień.
A jeśli dłoń losu znienacka Dosięgnie mnie kiedyś w tej grze, To zwykła jest życia zasadzka, Ty, Mamo, nie czekaj już mnie.
Nie wrócę już do Ciebie Nie dotrze z dala głos Uliczny pył pogrzebie Stracony dziecka los.
I tylko jedną prośbą Na wargach grymas skrzepł Kto tobie, moja Mamo Przyniesie jutro chleb.
Подстрочный перевод Сквозь стены, через дыры, возле караула, Через проволоку, через развалины, через забор, Голодный, дерзкий, упрямый Скольжу, перебегаю, как кот.
В полдень, ночью, на рассвете, В метель, ненастье и в жару, По сто раз рискую жизнью, Подставляю свою детскую шею.
Простой мешок под мышкой, Рваное отрепье на спине, Молодые проворные ноги, А в сердце неизменно страх.
Но всё нужно стерпеть, И всё надо снести, Чтобы ты могла завтра В достатке хлеба иметь.
Сквозь стены, через дыры, через кирпич, Ночью, на рассвете и днём, Дерзкий, голодный, хитрый, Я двигаюсь тихо, как тень.
А если рука судьбы в этой игре Когда-либо внезапно настигнет меня, Это будет как обычная ловушка жизни. Ты, мама, не жди меня.
Я не вернусь уже к тебе, Голос издали не долетит. Уличная пыль покроет Потерянную детскую судьбу.
И только один вопрос Застынет гримасой на губах: Кто тебе, моя мама, Принесёт завтра хлеб?
Примечания
Литература
Категория:Стихотворения 1941 года Категория:Детская поэзия Категория:Художественная литература о Холокосте Категория:Варшавское гетто Категория:Стихотворения на польском языке