«Пародия на плохой детектив» (также «Песня-пародия на плохой детектив», «Пародия на детектив», «Детектив»; по первой строке может быть известна как «Опасаясь контрразведки, избегая жизни светской…») — авторская песня Владимира Высоцкого, написанная в конце 1966 или в начале 1967 года; первая публикация — в сборнике «Песни русских бардов» (1977). В СССР песня была издана в составе альбома «Сентиментальный боксёр» из серии «На концертах Владимира Высоцкого» (1987) и в журнале «Аврора» (№ 1, 1988).
В произведении высмеиваются штампы советских детективов о доблестных отечественных контрразведчиках. Музыка собственного сочинения Высоцкого, использованная в песне, ранее исполнялась как аккомпанемент к отрывку из поэмы Андрея Вознесенского «Оза» в спектакле «Антимиры».
Сюжет В начале песни слушатель знакомится с «несоветским человеком», проживающим в гостинице «Советской» «под английским псевдонимом „мистер Джон Ланкастер Пек“». Персонаж занимается тем, что фотографирует, «преимущественно ночью», различные городские объекты, используя инфракрасный объектив и микроплёнку, что позволяет ему злонамеренно искажать облик этих объектов, представляя их в уродливом виде.
На определённом этапе вредитель решает обзавестись подручным и в ресторане сводит знакомство с неким «гражданином Епифаном», который «казался жадным, хитрым, умным, плотоядным», не знающим меры любителем женщин и пива. Джон Ланкастер поручает ему диверсионную работу — ограбить шофёра такси (о чём потом «раструбят по „Би-би-си“») и встретиться на выставке с другим агентом, от которого следует доставить «батон с взрывчаткой». Взамен Епифану обещаны «деньги, дом в Чикаго, много женщин и машин». Однако оказывается, что человек, с которым договаривается агент, — сотрудник советских спецслужб, «майор разведки и прекрасный семьянин». В результате Джон Ланкастер обезврежен и отправляется отбывать наказание, а в его номер в гостинице заселяется «мирный грек».
Создание, исполнение и публикация
Рассказывая об истории создания песни, текстолог и историк литературы Павел Фокин отмечал, что на листке с текстом «Пародии…» имелись строки, близкие к разрабатываемой теме: «Нынче очень сложный век. / Вот — прохожий… Кто же он? / Может, просто человек, / Ну а может быть, шпион!». По словам текстолога, сюжет, ставший основой песенной истории, имеет явные отсылки к произведению городского фольклора, с которым Высоцкий был хорошо знаком: «Стою я раз на стрёме, держуся за карман…». В изначальном текстовом варианте вместо «гражданина Епифана» присутствовал персонаж, которого автор нарёк «гражданином Пучиняном». Среди знакомых Высоцкого был член киногруппы художественного фильма «Вертикаль», в котором снимался поэт, — второй режиссёр Степан Филиппович Пучинян. Согласно данным высоцковеда Марка Цыбульского, Пучинян, услышав первую версию песни со своей фамилией, попросил изменить этот кусок текста: «Тогда, в общем-то, у меня были причины».
«Пародия на плохой детектив» написана в конце 1966 или в 1967 году. Ритмический рисунок куплетов песни — строфа, написанная восьмистопным хореем (в части изданий представлена восьмистрочная строфа четырёхстопным хореем), — воспроизводит аналогичный стихотворный рисунок «Ворона» Эдгара По и написанной с использованием его образов поэмы Андрея Вознесенского «Оза». В спектакле Театра на Таганке «Антимиры» (по произведениям Вознесенского) Высоцкий участвовал в сцене по «Озе» в роли Ворона — «резонёра», отвечавшего на реплики Вениамина Смехова, который выступал от имени автора. Свои фрагменты Высоцкий исполнял под гитарный аккомпанемент — музыку собственного сочинения, которая и была затем использована в «Пародии на плохой детектив».
С. В. Свиридов отмечает, что в авторской записи текста песни в некоторых местах в речи главного антагониста выделяется приставка «раз-». Эту приставку Высоцкий выделял и при исполнении песни, делая короткие паузы между ней и остатком слова:
При исполнении песни Высоцкий мог менять отдельные слова в тексте (в частности, «клуб на улице Нагорной» мог стать не только «общественной уборной», но и «общественной гримёрной» или «иссиня-серо-чёрный»), а также имя второго персонажа, иногда используя для этого фамилии собственных знакомых — помимо Пучиняна (см. выше) это мог быть Копелян или Кочарян.
Первое публичное исполнение «Пародии на плохой детектив» датируется 18 января 1967 года, когда песня прозвучала на концерте в клубе песни «Восток» (ленинградский ДК работников пищевой промышленности). В общей сложности известны 22 авторских фонограммы, из которых 10 были записаны уже в 1967 году, а последняя — в год смерти автора. Текст песни был впервые напечатан при жизни автора, в издании Владимира Аллоя «Песни русских бардов» (Paris, YMCA-PRESS, 1977—1978), представлявшем собой сборник из 40 аудиокассет, сопровождаемый четырьмя томами текстов. Под названием «Опасаясь контрразведки…» песня включена в первую кассету первого тома сборника. Хотя, по словам самого Аллоя, Высоцкий радовался предстоящему выходу сборника, исследователь его творчества Марк Цыбульский отмечает, что собственными материалами с издателями он не делился. Позже текст песни был опубликован в вышедшем в 1979 году альманахе «Метрополь», уже под устоявшимся названием «Пародия на плохой детектив».
Когда в 1987 году советская фирма грамзаписи «Мелодия» начала выпуск серии альбомов «На концертах Владимира Высоцкого», «Пародия на плохой детектив» была включена в состав первого альбома — «Сентиментальный боксёр», попав на его вторую сторону. В печатном виде текст песни в СССР впервые официально опубликован в журнале «Аврора» (№ 1, 1988). В состав аудиоальбома 2000 года «Владимир Высоцкий в исполнении драматических актёров», входящего в серию «XX лет без Высоцкого», «Пародия на плохой детектив» включена в исполнении Михаила Ефремова, сыгравшего её, по выражению С. В. Вдовина, «в пластике Ж. Беко, „мсье сто тысяч вольт“».
Литературный анализ
Исследователями творчества Высоцкого отмечается ритмическое сходство между «Пародией на плохой детектив» и поэмой Вознесенского «Оза», а через неё — со стихотворением Эдгара По «Ворон». Эту связь в частности подчёркивают Владимир Новиков и Андрей Сёмин; в то же время литературный критик Соломон Воложин в статье «Против В. Новикова и за Высоцкого» упоминает, что это совпадение может быть внешним и случайным, искусственно подобранным исследователями.
В тексте песни подобраны штампы советских детективов о разведчиках и контрразведчиках. В такого рода произведениях, напрямую обозначенных в названии песни как «плохие детективы», противостояние добра и зла трактуется в терминологии противоборства двух политических систем и неизменно кончается победой советского человека. В частности, поворот сюжета, при котором случайно вербуемая вредителем личность оказывается чекистом и «прекрасным семьянином», по словам Анатолия Кулагина, всегда вызывал смех у слушателей, легко узнававших это клише. При создании образа «гражданина Епифана» Высоцкий также использует распространённый в СССР лозунг «Болтун — находка для шпиона», акцентируя, однако, другие отрицательные качества. Профессор философии Олег Рябов в журнале «Женщина в российском обществе» обращает внимание на то, как Высоцкий пародирует распространённый приём советского кинематографа, состоявший в противопоставлении «правильной» мужественности советского человека и гипертрофированной маскулинности образа врага: иностранец пытается завлечь гражданина Епифана, «не знающего меры» в женщинах, обещаниями свободной любви на Западе, а тот, как и ожидается от глубоко положительного чекиста, оказывается образцом супружеской верности. Провокационным было и словосочетание «наш родной Центральный рынок» — как отмечает А. В. Скобелев, в годы появления песни и даже намного позже — в 1987 году — «нашим родным Центральным» мог быть только комитет КПСС, и слово «рынок» создавало комический диссонанс. Комический эффект создаётся также совмещением отдельных фразеологизмов «сбить с пути» и «сбить с панталыку», при котором второе слово неожиданно обретает отдельный, давно утраченный в живой речи смысл.
С точки зрения возможной пародийности рассматривается и имя главного антагониста — Джон Ланкастер Пек. Если имя второго персонажа могло меняться, имя первого оставалось без изменений. В нём видят отсылки к известным западным актёрам, чьи герои представляли собой стереотип мужественности — Джону Уэйну, Берту Ланкастеру и Грегори Пеку, либо к создателю Джеймса Бонда Яну Ланкастеру Флемингу, чьи шпионские романы советская критика традиционно оценивала как низкопробные. Ещё одно возможное происхождение фамилии Пек — слово из блатного жаргона, обозначающее «человек, не подозревающий, что имеет дело с преступниками», что отражает ситуацию, когда главный антагонист пытается вербовать сотрудника контрразведки. Наконец, филолог Владимир Изотов усматривает в ней заимствование из повести братьев Стругацких «Хищные вещи века», вышедшей незадолго до появления песни — одного из персонажей повести зовут Пек Зенай.
Комментарии
Примечания
Литература
Ссылки
Категория:Песни Владимира Высоцкого Категория:Литературная пародия Категория:Песни 1967 года