К-429 — советская атомная подводная лодка проекта 670 «Скат». В 1972—1986 годах входила в состав Северного и Тихоокеанского флотов ВМФ СССР. В июне 1983 года затонула в бухте Саранной, в 50 километрах от выхода из Авачинской губы на глубине около 40 метров, затем была поднята, но в строй уже не вернулась. До 1992 года служила в качестве учебно-тренировочной станции, в 2001—2002 годах утилизирована.
История строительства К-429 была зачислена в списки кораблей ВМФ СССР 9 февраля 1970 года. Лодка была заложена 26 января 1971 года на верфи Красное Сормово под заводским номером 715, экипаж после обучения в учебном центре в Обнинске вошёл в состав 104-й бригады строящихся подводных лодок в Горьком и осваивал корабль начиная с этапа строительства. К-429 была спущена на воду 22 апреля 1972 года, затем в мае внутренними водными путями переведена из Горького в Северодвинск для прохождения испытаний. 15 сентября 1972 года подписан приёмный акт, лодка была зачислена в состав флота 31 октября 1972 года, вошла в состав 11-й дивизии подводных лодок Северного флота с базированием на Западную Лицу.
История службы В 1973 году экипаж К-429 сдавал учебные задачи, но лодка совершила боевую службу с подготовленным экипажем однотипной К-302 (командир — Романчук В. П.) на борту. В 1974 году К-429 выполнила две боевых службы, одну с основным экипажем, вторую с 335-м экипажем АПЛ проекта 670. В 1975 году — ещё одна боевая служба с основным экипажем.
С 23 августа по 4 сентября 1977 года К-429 совершила межтеатровый переход с Северного флота подо льдами Арктики на Камчатку, этот переход стал первым в истории ВМФ СССР для одиночной однореакторной одновальной АПЛ — ранее лодки этим маршрутом ходили только попарно или имели резервированную главную энергетическую установку с двумя реакторами и двумя гребными винтами. За успешно совершённый переход командир лодки капитан 1-го ранга В. Т. Козлов и старший на борту — заместитель командующего 1-й ФлПЛ контр-адмирал Е. Д. Чернов стали Героями Советского Союза.
9 сентября лодка зачислена в состав 10-й дивизии подводных лодок с базированием на Вилючинск. По итогам 1977 года К-429 была награждена Вымпелом министра обороны «За мужество и воинскую доблесть».
В 1979 году К-429 совершила боевую службу. В 1980 году завоевала приз Главкома ВМФ. В 1981 году выполнила боевую службу с 379-м экипажем АПЛ проекта 670.
В 1982—1983 годах находилась в Индийском океане, где выполнила задачи трёх боевых служб. Совершила заходы в порты Камрань (Вьетнам) и Аден (Йемен), прошла промежуточный ремонт в пункте материально-технического обеспечения ВМБ Нокра (архипелаг Дахлак, Красное море). Осенью 1982 года успешно приняла участие в учениях по групповой атаке конвоя в Филиппинском море. В качестве учебной главной цели выступал ТАВКР «Минск». По итогам 1982 года К-429 заняла первое место в ВМФ по боевой и политической подготовке, удостоена почётного звания «отличный корабль».
Авария 1983 года
Предшествующие события В мае 1983 года атомная подводная лодка К-429 пришла с длительной боевой службы в Индийском океане. Экипаж был отправлен в отпуск, лодка была передана 228-му экипажу и поставлена на межпоходовый ремонт. Из ремонта лодку должен был принимать 379-й экипаж АПЛ проекта 670 под командованием капитана 1-го ранга Николая Суворова. Планировалось, что осенью АПЛ выйдет в море для проведения учебных торпедных стрельб и отработки мероприятий по противодействию торпедной атаке противника.
Однако торпедные стрельбы были перенесены с осени на июнь. Экипаж начал подготовку к предстоящим учениям. Поскольку многие члены экипажа были в отпуске, на их места пришлось срочно искать замену. Одновременно с этим необходимо было передавать лодку от старого экипажа новому. При этом межпоходовый ремонт не был завершён.
24 июня 1983 года на К-429 проводились приём и передача АПЛ и подготовка к выходу в море. Экипаж должен был проверять на герметичность прочный корпус лодки. Однако на АПЛ производилась зарядка аккумуляторных батарей, а проводить герметизацию при зарядке запрещено, и проверку произвести было невозможно.
Против выхода в море возражали начальник штаба 10-й дивизии капитан 1-го ранга Алексей Гусев и командир подводной лодки капитан 1-го ранга Николай Суворов, однако их мнение не было принято во внимание. Герой Советского Союза, капитан 1-го ранга Гусев вспоминал: «Я заявил о своем несогласии с выходом в море „К-429“ с экипажем Н. М. Суворова. Однако вечером того же дня узнал, что план подписан, то есть утверждён начальником штаба 2-й флотилии контр-адмиралом О. А. Ерофеевым. Я прибыл к Ерофееву и попробовал его убедить отменить решение, но получил ответ: „Ты что же, Герой, струсил?“».
В тот же день, 24 июня 1983 года лодка вышла из бухты Крашенинникова на дифферентовку. На борту вместо штатных 87 человек вышло в море 120.
Авария В 23 часа 35 минут в бухте Саранной экипаж лодки приступил к погружению. Неожиданно в четвёртый (реакторный) отсек подводной лодки через систему вентиляции с большой скоростью начала поступать забортная вода. Во время ремонта, в первую очередь из-за сварочных работ, на лодке были открыты вентиляционные «форточки», и их автоматическое закрытие было заблокировано. Из-за срочности выхода в море и без полноценной команды закрыть «форточки» оказалось некому. Более того, датчики заполнения балластных цистерн не работали, из-за чего было принято чрезмерное количество балластной воды, и даже до появления затопления погружение лодки было очень быстрым. Командир отдал команду продуть цистерны главного балласта (ЦГБ). Однако запоры клапанов вентиляции ЦГБ были открыты из-за ошибки командира БЧ-5 Бориса ЛиховозоваГибель атомохода К-429 — газета «Камчатское время» № 780 от 17 февраля 2010 г. (по другой версии — из-за отказа насоса гидравлической системы вследствие короткого замыкания), поэтому Воздух высокого давления вместо того, чтобы вытеснить воду, оказался просто стравлен за борт«Тайна гибели „К-429“» — газета «Владивосток» № 866 от 13 октября 2000 г..
В 23 часа 40 минут«Акт расследования правительственной комиссии причин аварии крейсерской атомной подводной лодки с крылатыми ракетами „К-429“ 10 дивизии подводных лодок ТОФ» К-429 легла на грунт на глубине 37 метров (по глубиномеру второго отсека) с небольшим дифферентом и креном на левый борт. Четвёртый отсек был затоплен менее, чем за три минуты, из 17 находившихся в нём моряков-подводников 14 погибли, не позволив себе покинуть отсек, трое матросов-трюмных эвакуировались в левый коридор 5-го (реакторного) отсека, откуда затем перешли дальше в корму. Забортная вода начала поступать в 1, 2 и 3-й отсеки. Для прекращения поступления воды необходимо было закрыть захлопки судовой вентиляции, но сделать это с помощью электроманипулятора было невозможно из-за отсутствия электропитания. Первым сориентировался помощник командира А. П. Розборский, он сумел закрыть переборочные захлопки, воспользовавшись гидроманипулятором в третьем отсекеТюрин В. И. «На подводной лодке, как нигде больше, коллективная безопасность в экстремальных ситуациях всецело зависит от подготовленности и действий каждого члена экипажа». // Военно-исторический журнал. — 2004. — № 12. — С.29-34..
Спасательная операция Ситуация складывалась тяжёлая: четвёртый отсек был затоплен полностью, первый на 75 %, второй несколько меньше. Пятый отсек постепенно затапливался через клапан выравнивания давления между 4 и 5 отсеками. В 1-м, 2-м, 3-м, 6-м и 7-м отсеках находилось 106 человек. Не было фонарей, в аварийных бачках не оказалось пищи. Многие дыхательные аппараты были неисправны, из ста комплектов только десять содержали в баллончиках кислород, некоторые маски были порваны. Всплывающее спасательное устройство (ВСУ) было приварено к корпусу, а лебёдка ВСУ разобрана. Аварийные буи невозможно было выпустить из-за неисправности выпускающих механизмов. Таким образом, уведомить командование об аварии экипаж возможности не имелОтзыв на книгу адмирала в отставке Ерофеева О. А. «Как это было. Аварийность в Военно-морском флоте страны» — В. Д. Рязанцев. Позже обстановка ещё ухудшилась из-за взрывов аккумуляторных ям в первом и третьем отсеках и возникшей загазованности.
Чтобы сообщить об аварии, 25 июня через торпедный аппарат в 4 часа 20 минут на поверхность был отправлен мичман Николай Мерзликин, в 5 часов 30 минут за ним последовал мичман Михаил Лесник. Около 8 утра их подобрал пограничный корабль. По флоту была объявлена аварийная тревога.
К аварийной лодке прибыло аварийно-спасательное судно «СС-38» проекта 532, находившееся в момент аварии в межпоходовом ремонте. Пристыковать спасательный колокол к комингс-площадкам спасателям не удалось. Было принято решение о самостоятельном выходе из лодки. Поскольку лодка была разделена затопленными 4 и 5 отсеками, одной части экипажа предстояло выходить через аварийно-спасательный люк седьмого отсека, другой — через торпедные аппараты (ТА) первого отсека. Спасатели наладили вентиляцию отсеков и передали недостающие индивидуальные дыхательные аппараты, некоторые из которых оказались неисправными, но исправных было достаточно для выхода.
Первый отсек моряки покидали через ТА по 4 человека. Однако, из-за тесноты в ТА матрос Н. П. Синюков получил тяжёлую баротравму лёгких и погиб. После этого выход продолжился по три человека. Последним вышел старший на борту капитан 1-го ранга А. А. Гусев.
В седьмом отсеке находилось 23 человека. Несмотря на наличие старших по званию и должности, выходом фактически руководил 23-летний мичман В. П. Баев, имевший опыт водолаза-инструктора. Он проверял и помогал надеть ИДА, инструктировал других моряков, определял порядок выхода (выходили парами: более опытный с менее опытным). Из-за неисправности карабина на глубине 15 метров (по другим данным, на глубине двух метров нога матроса запуталась в буйрепе) застрял и погиб матрос Р. М. Закиров. Мичман Баев с риском для жизни выходил последним, при этом задраив за собой люк и не допустив затопления отсека, что в дальнейшем помогло поднять лодку. За свой подвиг Василий Баев был награждён орденом Красной Звезды.
Обстоятельства аварии
Спешка Вице-адмирал Рязанцев высказывает мнение, что выход в море на торпедные стрельбы не был спланирован заранее, а добавлен в план мероприятий в последний момент (при разработке недельного плана). Во-первых, ни командир АПЛ, ни штаб флотилии, ни штаб дивизии не допустили бы ухода большей части экипажа в отпуск перед ответственным мероприятием. Во-вторых, командир АПЛ подал заявку на приготовления практических торпед за 10 дней до стрельбы, хотя при правильном составлении и исполнении месячного плана боевой подготовки приказ на выдачу должен был быть подписан ещё в мае.
Олег Александрович Ерофеев, в тот момент начальник штаба 2-й флотилии, считает, что спешка была не результатом ошибки планирования, а элементом учёбы: экипаж К-429 отрабатывал экстренное приготовление корабля к бою, походу и погружению. В этом случае готовятся средства движения, управления, курсоуказания, наблюдения и связи, вся остальная подготовка выполняется на переходе в точку погруженияЕрофеев О. А. Как это было. Аварийность в Военно-Морском флоте страны / О. А. Ерофеев. — М.: Права человека, 2012.. В ответ Рязанцев указывает, что: Экстренное приготовление корабля к бою, походу и погружению отличается от обычного только ускоренным разогревом теплоносителя реактора и ускоренным включением навигационного комплекса. Все остальные мероприятия по подготовке должны быть проведены. После экстренной подготовки корабль должен проследовать в район рассредоточения, где завершить мероприятия по подготовке, и только затем выйти в море, в точку погружения. Выход неподготовленного корабля в море запрещён.
Готовность экипажа