Жид (, ) — славянская форма , (иудей); у славянских народов народное название евреев; в русском языке устаревшее народное обозначение еврея; также имело ряд производных значений (скупец, скряга и др.); в современном русском языке уничижительное обозначение обычно еврея.
В российском законодательстве слово «жид» в отношении еврея сохранялось до конца XVIII века. В официальных российских документах XVII века употреблялось также название «жидовин». В русской прогрессивной печати слово «жид» исчезает начиная с воцарения Александра II. По состоянию на начало XX века употребление слова «жид» было обычным в украинской и русинской печати.
В современном русском языке слово «жид» приобрело негативную коннотацию (шовинистический, черносотенно-погромный характер), и обычно употребляется антисемитами. На английский язык русское слово «жид» может переводиться как «kike».
Этимология Название было достоверно известно славянам с IX века.
Согласно лингвисту Максу Фасмеру, слово заимствовано через балкано-романские языки из «еврей», ; ǰu- дало žy-, затем ži-; -овинъ производно из -ео. Филолог Георге Богач предполагал ретороманское посредство.
Ввиду известности слова славянам в IX веке, предположение о заимствовании из , которое испытало влияние русского ждать, отвергается. Непонятным кажется и кельт. посредничество (см. Шахматов, AfslPh 33, 95). Филолог Ф. Е. Корш отклоняет романскую версию, с точки зрения Фасмера, без достаточных оснований. Корш пытался установить хазарскую этимологию: из , ср. или , тюрк. čufut, čyvut, čуvуt, в древности также *džihut, . Фасмер отмечает, что для этого предположения нет надёжных хронологических указаний; кроме того, эта версия не может объяснить широкое распространение слова у западных славян, а также формант -ов-.
К восходят также нейтральные обозначения евреев и/или иудеев во многих других европейских языках: , , , , уже упоминавшееся , и др.
В румынском языке слово jidan (жида́н) в этническом употреблении является бранным и простонародным.
Самоназвание евреев на иврите — (йеһуди, йеһудим). Того же корня самоназвание на идише — ייד (произносится как «йид»), мн.ч. («йидн»); жен. род («йи́дишке»).
В средневековой Руси
В памятниках Киевской Руси (жидъ, жидинъ, жидовинъ) встречается, в частности, в Остромировом Евангелии, Минеи 1097 года и др.
В старославянском языке и древнерусском слово служило нормативным этнонимом для иудеев, в том числе живших в Хазарском каганате и в Киевской Руси. В единственном числе употреблялась также форма жидови́нъГригорий Дьяченко Полный церковно-славянский словарь. Москва, 1899. , она используется в таких древних памятниках на глаголице, как Зографское Евангелие, Мариинское ЕвангелиеМариинское евангелие 4183500, Ассеманиево ЕвангелиеАссеманиево Евангелие стр. 202 и на кириллице: Остромирово Евангелие и Архангельское ЕвангелиеАрхангельское Евангелие 1092 года. Исследования. Древнерусский текст. Словоуказатели. М.: Научно-издательский центр «Скрипторий», 1997. — 674 с; стр. 248; слова «жидови́нъ», «жи́дове» (множественное число от «жидовин»), «жидо́вский» используются и в настоящее время на богослужениях Православной церкви. В так называемом «Слове философа» — отрывке из «Повести временных лет», история о Моисее пересказывается так:
Въ си же времена родисѧ Моисѣй въ жидехъ, и рѣша волъсви егѵпетьстии цесарю, ѧко «родилъсѧ есть дѣтищь въ жидохъ, иже хощеть погубити Егѵпетъ». Ту абье повелѣ цесарь ражающаѧсѧ дѣти жидовьскыѧ вмѣтати въ рѣкуПовесть временных лет .
Относительно современности летописи различали жидовинов и жидов хазарских. От этого времени остались многочисленные топонимы на Украине, как, например, Жидовские ворота в Киеве. Нейтральное значение слово сохраняло как минимум до XV века, что зафиксировано в своде Библии св. Геннадия Новгородского.
В конце XII века известно и бранное употребление этого слова, в одном ряду со словом «еретик», но при этом связанное не конкретно со словом жидъ (в противопоставление некоторому нейтральному обозначению), а с данной религией и этносом как таковыми. Именно, в «Повести об убиении Андрея Боголюбского» его произносит верный убитому князю Кузьма Киевлянин, укоряя им одного из заговорщиков — Ясина Анбала (по национальности ясина, то есть осетина), который выразил намерение «выверечи» (выбросить) тело князя псам: «О еретиче! уже псомъ выверечи! Помнишь ли, жидовине, вь которых порътѣхъ пришелъ бяшеть? Ты нынѣ в оксамитѣ стоиши, а князь нагъ лежить…». Здесь проводится сравнение заговорщика с христоубийцами, которое автор несколько выше проводит уже от своего имени: организатор заговора Яким Кучкович выступает, «вопия кь братьи своеи, къ злымъ свѣтникомъ, якоже Июда къ жидомъ». Для автора «жидъ» — символ и носитель самого страшного греха. Уже в первом оригинальном памятнике древнерусской литературы — «Слове о законе и благодати» — евреи, именуемые на книжный манер иудеями, в соответствии с христианским учением описываются как народ, отринутый и проклятый Богом за его отвержение Христовой истины, тогда как христиане вообще и русские в частности — как «новый Израиль», унаследовавший богоизбранность проклятого и рассеянного по лицу земли «Израиля ветхого»Слово о законе и благодати митрополита Илариона / Подготовка текста и комментарии А. М. Молдована, перевод диакона Андрея Юрченко // Библиотека литературы Древней Руси / РАН. ИРЛИ; Под ред. Д. С. Лихачёва, Л. А. Дмитриева, А. А. Алексеева, Н. В. Понырко. — СПб. : Наука, 1997. — Т. 1 : XI—XII века. 26—61..
«Жид» в качестве презрительного обозначения появилось, когда вместе со средневековой религиозной письменностью в Московскую и Южную Русь вошло представление, что еврей является коварным, низким существом, что отражено в ряде пословиц и поговорок.
В славянском фольклоре
Русская былина о жидовине, сербские песни о Джидовине, Джидиге-исполине и болгарские предания о жидах-гигантах представляют персонажа по имени Жидовин в качестве необыкновенного исполина, с которым воюет Илия-змееборец. Одна сербская сказка рассказывает о жиде — великане-людоеде (Вук Караджич, 45). Болгарские легенды упоминают великанов-людоедов, иногда одноглазых, называемых латини, елини, джидове, джидовци. В народных представлениях южных славян евреи выступают людоедами. Типологической параллелью этих сюжетов является кровавый навет.
Современные болгарские предания изображают жидов первыми людьми на свете, которые вышли из земли подобно грибам. Они были высокими и крупными, ходили, спотыкались, падали и не могли больше встать. Особо они запинались о Кепину (ежевик), поэтому кланялись ей и приносили жертву. Они не боялись грома. Когда змеи стреляли с высоты огненными стрелами, жиды клали себе на голову камень и приговаривали: «Каменная у меня голова! что ты со мной поделаешь!». Видя, что эти создания спотыкаются, падают и не имеют сил подняться, Бог извёл их.
Илиев выводил славянское народное представление о жиде-исполине из народного христианского обобщения, согласно которому евреи были первыми людьми, созданные Богом и от них пошли другие народы. Первые люди в народном сознании представлялись исполинами. Мотив о жидах как врагах появился из другого христианского представления о евреях как гонителях Христа. Таким способом эпический образ великана и богатыря Жида мог одинаково сформироваться в русском, сербском и болгарском фольклоре. У русских мотив соединился с образом жидовина-хазарина, у болгар — с образом местных евреев, которые в народных представлениях воспринимаются как союзники турок. Рассказывается, что в Житове или Жидове-гробе у Тырнова похоронен «жид», который предал город туркам.
Если эпические фольклорные жанры и легенды повествуют об однозначно «чужих» — жидова, жидовики-некрещеники, то фольклорные нарративы и мемораты говорят об этнических соседях-евреях, используя слова еврейчик, жидок, жидовочка, Żydek, Židáčik. Исходя из контекста, эти наименования являются не фамильярными и не носят пейоративного оттенка, а означают сокращение дистанции, просто «чужие» становятся «своими чужими». Коррекция стереотипов, которая обусловлена непосредственными контактами разных культур, является органичной для культуры полиэтничных регионов, где «жыд — такі самы чалавек, як i я. Ён мне брат» (Гродненская область).
Новое и Новейшее время У славянских народов является народным названием евреев при наличии других терминов ( у болгар, у поляков и др.).
В русском языке В 1787 году при посещении Екатериной II города Шклова во время поездки на юг по протекции князя Григория Потёмкина ею был принят Иошуа Цейтлин с прошением от шкловских иудеев о прекращении употребления в официальных документах унизительного для них слова «жиды». Екатерина дала согласие на это, предписав использовать в официальных бумагах Российской империи только слово «евреи»Западные окраины Российской империи / науч. ред. М. Долбилов, А. Миллер. — М.: Новое литературное обозрение, 2006. — С. 304..
В русской прогрессивной печати название слово «жид» исчезло с начала царствования Александра II. Когда в 1861 году малороссийский журнал «Основа» стал употреблять слово, это вызвало в печати и обществе большой протест. Редакция журнала выступила с разъяснением, что в народном украинском представлении это слово не имеет общего с бранным термином.
В течение XIX века слово жид, как и другие оскорбительные этнонимы, было постепенно изъято из официального словопользования в Российской империи, но долгое время оставалось общераспространённым в бытовой лексике, в первой половине века — и среди высших классов, неся (хотя и не обязательно) высокомерно-пренебрежительный оттенок. Однако по мере, с одной стороны, роста антисемитизма, а с другой — подъёма самосознания евреев, к концу века выражение стало считаться грубо-оскорбительным и совершенно недопустимым в интеллигентном обществе.
По данным Национального корпуса русского языка, слова жид и еврей, и производные от них, в литературном языке сосуществовали в течение XVIII—XIX веков, причём до последней четверти XIX века форма жид была основной, а в 1870-х основной стала форма еврей; к концу 1920-х форма жид стала редкой.
Литературной нормой для большинства случаев словоупотребления в русском языке стало еврей для определения национальности и иудей для религиозной принадлежности, за исключением нескольких устоявшихся идиом, например «вечный жид». При этом в народе слово жид использовалось, как и прежде, в прямом этническом смысле. Кроме того, оно развило дополнительное значение «скряга», что подтверждается словарём Даля. По мнению научного редактора Краткой еврейской энциклопедии Абрама Торпусмана, к концу XIX века «словоупотребление еврей — жид разграничилось политически: социалисты и либералы пользовались только „официальным“, нейтральным (и с некоторым оттенком уважительности) термином еврей, а националисты, монархисты и консерваторы — „народным“ и очень неприязненным жид»Торпусман А. Споры об определении еврейства .
До революции 1917 года слово «жид» оставалось употребительным в разговорном русском языке, и входило в академические словариСловарь русского языка, составленный Вторым отделением Императорской академии наук. — Т. 2. Е, Ж, З. — СПб., 1907. — Кол. 484.; некоторые словари давали его без дополнительных помет (старинное/народное/презрительное), например — «Краткий толковый словарь русского языка» 1913, издания 1915 и 1916 год Петра Стояна: 1) «Жидъ — еврей, израелитъ, иудей. 2) бран. скряга, живодёръ, ростовщикъ 3) клякса»Краткий толковый словарь русского языка. / под ред. П. Стояна. — 1913. — С. 206.. Слово «жид» и его производные продолжало употребляться и в русской литературе, например, вышедший в 1882 году перевод пьесы Кристофера Марло назывался «Мальтийский жид». Опера Ж. Галеви (J.Halevy) была известна как «Жидовка»(позднее традиционно «Дочь кардинала») , 1892 год.