Операция «Дани» () — военная наступательная операция Армии обороны Израиля, проведённая с 9 по 18 июля 1948 года, в период между первым и вторым перемириями Арабо-израильской войны 1948—1949 годов. Руководство страны ставило перед командованием участвовавших в операции частей задачи по установлению контроля над арабскими городами Лидда, Рамла и Рамалла, а также укреплённым пунктом в Латруне, контролировавшим дорогу на Иерусалим. Таким образом предполагалось устранить близкую угрозу еврейским населённым пунктам Гуш-Дана и наладить постоянное сообщение между Иерусалимом и территориями, контролируемыми евреями.
Военные цели операции были достигнуты не полностью: если Лидда с близлежащим аэропортом и Рамла были захвачены уже к 13 июля, попытки взятия Латруна не увенчались успехом вплоть до начала второго перемирия, а до Рамаллы еврейские части вообще не дошли. В то же время, хотя основная дорога на Иерусалим оставалась под контролем арабов, евреи сумели получить в своё распоряжение ещё один альтернативный путь снабжения города. Кроме того, успехи израильтян обеспечили согласие короля Трансиордании Абдаллы на раздел Иерусалима, на который в противном случае он мог бы претендовать полностью. Военные действия в Лидде и Рамле сопровождались массовой депортацией жителей этих городов на территорию, контролируемую трансиорданцами, что в свою очередь привело к массовым демонстрациям в Трансиордании, участники которых обвиняли командующего Арабским легионом Джона Глабба в предательстве.
Предшествующие события и ситуация накануне операции Со вступлением арабских стран в вооружённый конфликт в Палестине на стороне её арабского населения арабским войскам первоначально удалось существенно продвинуться вглубь её территории, в том числе в тех её частях, которые предназначались для создания еврейского государства. Тем не менее в последующие недели евреям удалось остановить продвижение арабских войск и местами перейти в наступление. К моменту вступления в силу 11 июня 1948 года соглашения о прекращении огня Израиль контролировал порядка территории, предназначенной для арабского государства, тогда как под арабским контролем оказалась вдвое меньшая территория, предназначавшаяся для еврейского.
Во время перемирия вступало в силу международное эмбарго на поставки оружия воюющим сторонам, однако Израиль получал подпольно вооружение и деньги от сочувствующих частных лиц, а также использовал постоянный приток добровольцев из-за рубежа для пополнения своих военных частей. Арабские армии также использовали прекращение огня для пополнения личного состава и вооружения частей, находящихся в Палестине. Посредник Фольке Бернадотт пытался за время перемирия достичь нового соглашения, по которому арабская сторона признаёт независимость Израиля, расстающегося за это с Негевом, Иерусалимом (переходящими Трансиордании) и значительной частью контролируемой еврейскими войсками Западной Галилеи. Эти попытки, однако, не увенчались успехом: арабские страны не были готовы признать независимость еврейского государства в Палестине ни за какие территориальные уступки. Единственным, кто выражал заинтересованность в новом плане, был король Трансиордании Абдалла ибн Хусейн (в интервью западному журналисту заявивший, что готов аннексировать Палестину, предоставив в ней евреям местную автономию), но под давлением союзников по Арабской лиге он также отказался от идеи мирного урегулирования конфликта.
Намерения арабов возобновить наступление немедленно по окончании перемирия были вполне очевидны, и египетские войска действительно открыли боевые действия на юго-западе страны даже до того, как срок прекращения огня истёк. В свете этих планов перед еврейским командованием стоял вопрос: использовать имеющиеся силы в оборонительных боях или предпринять контрнаступление. В итоге было решено продолжать держать оборону против египетских войск в Негеве и Самарии, а также против ливанцев в Северной Галилее, но предпринять наступательные действия против контролируемого сирийцами анклава восточнее Рош-Пины на территории, отведённой еврейскому государству. Главным же направлением наступления должны были стать земли к юго-востоку от Гуш-Дана — основного блока еврейских населённых пунктов, включавшего Тель-Авив. Линия фронта на момент перемирия проходила в опасной близости от населённых пунктов Гуш-Дана, и в арабских городах Лидда и Рамла, а также в районе Латруна по другую её сторону были расквартированы части трансиорданского Арабского легиона.
Израильский премьер-министр Давид Бен-Гурион называл в своих дневниках в эти дни Лидду и Рамлу, расположенные в полутора десятках километров от Тель-Авива, опасными во всех отношениях «шипами» в теле еврейского государства; в Армии обороны Израиля предполагали, что эти города готовы стать плацдармом для наступления Арабского легиона. Ещё до вторжения арабских армий в Палестину Лидда была центром вооружённой борьбы палестинских арабов против евреев — по словам одного из арабских командиров, её население было единственным в этом районе, которое вело такую борьбу. Помимо того, что Лидда представляла собой угрозу для Тель-Авива, она одновременно была важным транспортным узлом — железнодорожным и авиационным: рядом с городом располагался единственный в стране международный аэропорт. Израильское руководство во главе с Бен-Гурионом было также озабочено судьбой Иерусалима, находившегося почти в полной изоляции. Основная дорога в город контролировалась арабами с господствующих высот, тянущихся от Латруна до Рамаллы (американский политолог Наоми Фридман подчёркивает, что силы, атаковавшие израильские конвои в Иерусалим, базировались также и в Лидде), хотя определённая связь с ним могла поддерживаться через временную «Бирманскую дорогу». Планируемая операция на этом направлении первоначально получила название «Ларлар» — «Лидда, Рамла, Латрун, Рамалла». Общий план операции был утверждён 26 июня и предполагал занятие Лидды, Рамлы и Рамаллы, но не прямую атаку на Латрун. Авторы плана считали, что угроза полного окружения в случае взятия Рамаллы заставит Арабский легион покинуть форт самостоятельно. Назначенный командовать операцией Игаль Алон приказал изменить её название на «Дани» — в честь Дани Масса, командира «Отряда тридцати пяти», погибшего в январе при попытке прорыва в Гуш-Эцион.
Силы сторон Операция «Дани» стала крупнейшей на тот момент наступательной операцией еврейских войск за всё время боевых действий Арабский историк Спиро Мунайер оценивает общую численность израильских войск, стянутых для проведения операции, в 8000 человек. Согласно историку Бенни Моррису, на направлении главного удара израильтяне сконцентрировали пять батальонов двух бригад «Пальмаха» («Харель» и «Ифтах»), два батальона 8-й бронетанковой бригады и несколько пехотных батальонов бригад «Кирьяти» и «Александрони» при поддержке примерно 30 артиллерийских стволов. С другой стороны, ещё один израильский историк Ури Мильштейн утверждает, что к началу наступления на Лидду из 9000 солдат, которые должны были участвовать в операции, в боевой готовности находился только один батальон. В подчинении у Алона, среди прочих, оказался его учитель военного дела, основатель «Пальмаха» Ицхак Саде, командовавший на тот момент 8-й бригадой. Другие части возглавляли Иосиф Табенкин («Харель»), Муля Коэн («Ифтах») и Михаэль Бен-Галь («Кирьяти»).
Арабская сторона на этом участке фронта формально располагала меньшими силами, чем еврейская (по оценке Мильштейна — втрое меньшими). Командующий Арабским легионом Джон Глабб получил от короля Абдаллы указания удерживать контролируемую территорию любой ценой, но не был уверен в том, что сможет это требование выполнить. Командующий планировал возможные пути отступления и даже взвешивал возможность вывести из строя гражданский транспорт в Рамалле, опасаясь, что поток беженцев, запрудивший дороги, помешает отходящим войскам. Стремясь сохранить территориальные завоевания в Самарии и районе Иерусалима, Глабб посчитал нецелесообразным распылять свои относительно небольшие силы. В то время, как израильское командование ожидало арабского наступления со стороны Лидды и Рамлы, Глабб в свою очередь был уверен в предстоящем еврейском наступлении на эти города и полагал, что не сможет их удержать (с этой оценкой был согласен и командующий добровольческой Арабской освободительной армией Фавзи аль-Кавукджи). Командующий Арабским легионом сосредоточил в Латруне от двух до трёх батальонов, размещённых на хорошо укреплённых позициях и поддерживаемых артиллерией и бронемашинами. Однако между этими основными силами трансиорданцев и южным флангом иракских войск оставался почти незащищённый участок, где располагались Лидда и Рамла.
Накануне начала операции израильское командование предполагало, что в Лидде и Рамле размещены от 1150 до 1500 служащих Арабского легиона. Эти оценки были далеки от действительности: Бенни Моррис пишет, что на самом деле численность солдат легиона в этих городах составляла порядка 150 человек — одну роту на два города (согласно Мунайеру, в эту 5-ю пехотную роту входили 125 солдат). Согласно историку Давиду Талю, в дополнение ко взводу Арабского легиона, размещённого в Лидде, там находились около 500 трансиорданских бедуинов и некоторое количество плохо вооружённых местных иррегуляров (Кеннет Поллак относит эти войска к Арабской освободительной армии Фавзи аль-Кавукджи). По оценке Алона Кадиша, численность палестинских бойцов составляла порядка 1000 человек, по оценке Ури Мильштейна — 450 человек; Кадиш также пишет, что в распоряжении гарнизона Лидды было семь бронемашин. В некотором отдалении располагались части стратегического резерва — усиленный 1-й полк Арабского легиона, укомплектованный 40 бронемашинами, половина из которых несла орудия, артиллерийской и миномётной батареями. Этот полк, однако, не участвовал в боевых действиях до вечера 10 июля. Боеготовность трансиорданских войск историки тоже оценивают по-разному: если Моррис пишет о «тяжёлой нехватке боеприпасов», то Поллак, напротив, сообщает, что королю Абдалле удалось хорошо снабдить ими Арабский легион за время перемирия. Место отозванных в Лондон старших офицеров легиона заняли новые, также прошедшие обучение в Великобритании.
Ход операции
Боевые действия в районе Лидды и Рамлы Операция «Дани» началась ранним утром 10 июля ударом с двух направлений. Части 8-й бригады (в том числе первый в АОИ танковый батальон — 10 лёгких французских танков H35 и 2 переданных британскими перебежчиками «Кромвеля») при поддержке 33-го батальона «Александрони» и 44-го батальона «Кирьяти» начали наступление на юг из Кфар-Сиркина и на восток от Кафр-Аны. В ходе движения они заняли населённые пункты Кула, Аль-Тира, Рантия, Вильхельма, Аль-Яхудия и международный аэропорт Лидды к югу от последней. В это же время силы бригады «Ифтах» выдвинулись на север от Аль-Барии, захватив шесть арабских деревень и выйдя к комплексу еврейского интерната в Бен-Шемене (восточнее Лидды), находившемуся в осаде с мая. На обоих направлениях сопротивление было минимальным. К вечеру, однако, 1-й полк Арабского легиона выдвинулся к населённому пункту Бейт-Набала, вступив в боестолкновение с силами 8-й бригады и остановив их, в то же время не делая попыток прорваться к Лидде. Хаим Герцог, участник войны 1947—1949 годов, пишет, что продвижение танкового батальона замедляли также частые поломки, с которыми малоопытные танкисты справлялись с трудом; в итоге клещи, которые должны были сомкнуться у Бен-Шемена, так этого и не сделали. Другой участник событий, Иерухам Коэн, в автобиографической книге «Всегда в строю» упоминает об отсыревших снарядах для «Кромвелей» и неразберихе в координации действий бронетанковых частей, укомплектованных разноязычными бойцами.