«Кармен» () — франко-итальянский художественный фильм режиссёра Кристиана-Жака, экранизация одноимённой новеллы Проспера Мериме с музыкой Жоржа Бизе из оперы «Кармен». Фильм был снят в период немецкой оккупации Франции во время Второй мировой войны. Павильонные съёмки велись в студии компании Scalera Film в Риме в 1942—1943 годах, а натурные прошли летом 1942 года в итальянской коммуне Сан-Донато-Валь-ди-Комино. Несмотря на то, что фильм был снят в 1942 году, в прокат он был выпущен только в 1944 году во Франции и в 1945 году в Италии. Экранизация имела успех у публики и была положительно встречена публикой.

Сюжет Действие фильма происходит в 1820-х годах в окрестностях испанской Севильи. Прибывший в город из другого гарнизона бригадир драгунов Дон Хозе знакомится с цыганкой Кармен, которая работает на местной сигарной мануфактуре. Там во время работы у неё происходит ссора с другой женщиной и во время драки с ней она порезала ей лицо. Прибывший на шум Хозе задерживает Кармен и получив от лейтенанта приказ на её арест конвоирует в тюрьму. На одной из улиц города цыганке, которая просила её отпустить, удаётся бежать и скрыться в толпе.

Позже банда контрабандистов под предводительством её мужа Гарсии по прозвищу «Кривой» ночью тайно перевозят товары в горах. Опасаясь карабинеров, они были вынуждены сбросить тюки в ущелье. Контрабандисты прибывают в таверну их старого знакомого Лиласа Пастья, который ждал от них эти запрещённые товары. Здесь же скрывается и Кармен, танцующая для публики в этом заведении по вечерам. Хозе после её побега был понижен в звании и отбывает месячный срок в заключении, где получает от неё сообщение, чтобы он посетил таверну. Он был отпущен досрочно и в качестве наказания ему было поручено охранять пролом в городской стене. Кармен встречается с Хозе и приводит его к себе домой, куда также приходит лейтенант, который ухаживает за цыганкой, но ему говорят, что её нет дома. Следующей ночью Хозе охраняет пролом, где к нему подходит Кармен и просит его пропустить её друзей-контрабандистов. Хозе первоначально отказывается, но Кармен удаётся его уговорить пропустить бандитов. Контрабандисты совершают налёт на склад и в связи с этим в городе проводится облава. Драгуны врываются в таверну и задерживают «Кривого». Лейтенант приходит к Кармен, где в это время находится Хозе. Между ними происходит поединок на саблях, во время которого лейтенант получает смертельное ранение. Кармен, которая спровоцировала этот поединок, говорит Хозе: «Теперь, что бы ты не делал, ты наш».

Хозе приходится дезертировать из армии, бежав в горы к контрабандистам, а за его поимку назначена награда в 2 000 дуро. Банда под руководством Хозе совершает ряд налётов на дилижансы, а любовная связь между Кармен и Хозе держится в секрете. «Кривому» удаётся бежать из тюрьмы, после чего он возвращает контроль над бандой. Кармен вернулась к нему. В горах на банду совершают нападение карабинеры, и в завязавшейся перестрелке многие были убиты с обеих сторон. В одном из эпизодов боя Кармен подносит Хосе винтовку, чтобы он в суматохе застрелил Гарсию, но тот не пошёл на этот шаг, а, наоборот, спас ему жизнь, выстрелив в прицелившегося карабинера. В этой перестрелке был ранен Ремондадо, который умоляет не добивать его, и Хозе пытается ему помочь. Однако «Кривой» стреляет в раненого и таким образом избавляется от ненужной для себя обузы. Ночью между главарём банды и Хозе происходит выяснение отношений, что заканчивается поединком на ножах, во время которого последний убивает «Кривого». Хозе рад воссоединению с Кармен, но она охладевает к Хозе и начинает тяготиться этой связью. Хозе хочет прекратить заниматься разбоем и предлагает её отправиться в Мексику. Она отказывается и говорит, что привыкла к такой жизни, но всё-таки соглашается поехать в город для того, чтобы купить паспорта на выезд. Там она знакомится и увлекается тореадором Лукасом, который оказывает ей знаки внимания. На следующий день Лукас участвует в корриде и получает смертельное ранение одним из быков. Хозе удаётся найти Кармен после её прощания с умирающим Лукасом. Хозе показывает ей, что он сумел добыть необходимые документы на выезд в Новый свет. Однако Кармен не любит Хозе, и после яростной ссоры в горах он убивает её.

В ролях

Создание После создания патриотического фильма «Фантастическая симфония», снятого во время немецкой оккупации, режиссёр Кристиан-Жак решает экранизировать произведение отечественной литературы — повесть Проспера Мериме «Кармен». Постановщик вообще довольно часто обращался к литературным источникам, что позволило критике назвать его одним из главных «экранизаторов» французской литературной классики. Во время Второй мировой войны режиссёр своими кинолентами, созданными им совместно со сценаристами Шарлем Спааком и Пером Вери, стали авторами, так называемой «чудесной поэтики», которая предоставляла возможность французскому кинематографу уйти от военной действительности, что позволяло обходить указания немецкой администрации и требования цензуры. Съёмки картины были запланированы в Италии, и таким образом авторам предоставилась возможность уехать из Парижа в то время, когда оккупационные власти стали настойчиво приглашать французских кинематографистов посетить Берлин. Явный отказ от подобной пропагандистской поездки грозил неприятностями: «Лучше было на время „скрыться с глаз“, что и проделал Кристиан-Жак». На главные роли были приглашены известные французские актёры Вивиан Романс, которая была известна своими ролями «роковой женщины» и Жан Маре, который в то время был занят в театре Шарля Дюллена. В феврале 1942 года Маре вызвали к генеральному директору кинематографии, где ему объявили, что Кристиан-Жак собирается экранизировать «Кармен» и он рассматривается на роль Хозе. Маре, который был связан устной договорённостью с Дюлленом первоначально отказался, но всё-таки прошёл пробы, в ходе которых понял, что они прошли неудачно и режиссёр разочарован их результатами. Однако, в одной из сцен надо было показать страдание его героя и заплакать. Актёр легко справился с этой задачей, что произвело большое впечатление на съёмочную группу и продюсеров. Это решило вопрос выбора актёра на главную мужскую роль, и Кристиан-Жак уведомил генерального директора Рауля Плокена, что с другим исполнителем он не считает возможным осуществить постановку фильма. Маре, который очень хотел сыграть эту роль, пытался объяснить, что в театре Дюллена он занят в постановке пьесы «Любовники из Галисии» Лопе де Веги, на что ранее дал предварительное согласие. В конечном итоге Маре решился сниматься в фильме и несмотря на то, что контракт с Дюлленом не был подписан, в связи с этими событиями разразился скандал. Противники и недоброжелатели Маре обвинили его в предательстве, и в прессе даже обсуждалась идея ввести специальные членские билеты для театральных актёров, которые можно было бы отбирать в случае их перехода в кино, что непосредственно было направлено против актёра. В конечном итоге Дюллен получил 200 000 франков компенсации (гонорар Маре за участие в фильме составлял всего 75 000 франков), а оккупационные власти выдали актёру необходимую визу в Италию, в которой ему отказывали до урегулирования конфликта с театральным режиссёром.

Павильонные съёмки производились в студии компании Scalera Film в Риме в 1942—1943 годах, а натурные съёмки прошли летом 1942 года в коммуне Сан-Донато-Валь-ди-Комино. Позже в своих воспоминаниях Маре писал, что за время подготовительного периода съёмок научился ездить верхом, а в фильме впервые выступил как каскадёр. Маре отметит, что его огорчили слова Бернара Блие, который про его успехи в верховой езде сказал ему: «Ты хороший наездник, а я хороший актёр». Но в целом Маре положительно вспоминал дружескую атмосферу царившую на съёмочной площадке, и с благодарностью упомянет о стиле работы режиссёра. Также он укажет, что Вивиан Романс удивлялась его застенчивости. По словам актёра режиссёр давал ему «странные» указания, например: «Старайся быть больше парижанином».

В конце фильма режиссёр использовал документальные кадры боя быков, которые смонтировал со специально доснятыми игровыми сценами: «Кристиан-Жак без всяких дополнительных затрат добился леденящего эффекта правдивости каждой секунды корриды, в особенности же — её трагической развязки».

Прокат Историк кино Жорж Садуль назвал торжественную французскую премьеру фильма — «последним событием в жизни кино периода оккупации». Она состоялась 8 августа 1944 года в парижском кинотеатре «Нормандия». Почти два года этот фильм дожидался получения разрешения на начало показа. Такой продолжительный срок между окончанием съёмок и началом его демонстрации объясняют по-разному. В частности предполагается, что оккупационные власти не имея возражений против собственно сюжета ленты, опасались, что фильм снятый в Риме, может напомнить о неудачном ходе военных действий войск Германии и Италии во время Итальянской кампании (1943—1945). Французский журналист и кинокритик Роже Режан, вспоминал, какое впечатление производил ажиотаж вокруг этого фильма у некоторой части французского общества, в то время когда войска союзников вели ожесточённые бои после высадки в Нормандии против немецких войск:

Фильм вышел во французский прокат 10 февраля 1945 года и имел успех у публики, заняв четвёртое место по просмотрам с более чем 4 миллионами зрителей.

Критика Кристиану-Жаку часто ставили в упрёк помпезность многих его картин, что заставило критиков называть его «французским Сессиль де Миллём», так как американский постановщик был известен своими пышными театрализованными постановкамиДемилль экранизировал новеллу «Кармен» ещё в 1915 году.. По наблюдению киноведа Пьера Лепроона, несмотря на затраченные силы и кинематографическое мастерство Кристиана-Жака, на темпераментное исполнение ролей, в целом фильм не может быть признан удачным. К числу недостатков тот же автор относил: неподходящие роли для Жана Маре и Вивиан Романс, а также растянутость действия, не соответствующего духу литературного источника и преуменьшающего силу любовной драмы. Вместе с тем, Лепроон останавливается и на несомненных достоинствах фильма, отмечая режиссёрскую работу, которая, по его словам, во многих эпизодах была «замечательной». По его мнению к таким удачам можно отнести некоторые живописные и динамичные сцены, кинематографическое чувство ритма режиссёра. По наблюдению Лепроона, несмотря на то, что в этом фильме Кристиан-Жак сумел доказать, что он является режиссёром крупного масштаба, сами достоинства фильма приводили к его недостаткам: «Многие места его отличались дешёвой бравурностью. Размах в подаче обстановки порой уменьшал напряжённость повествования».