Конфликт на Бугенви́ле, также известный как Бугенви́льский кризис — вооружённый конфликт на территории региона Бугенвиль на востоке Папуа — Новой Гвинеи в период с 1988 по 1998 год между ВС Папуа — Новой Гвинеи и Бугенвильской революционной армией во главе с Фрэнсисом Оной. Предтечей конфликта явилась конфронтация между местными жителями и землевладельцами с одной стороны и горнодобывающим предприятием Bougainville Copper — с другой.
Добыча полезных ископаемых на руднике близ населённого пункта Пангуна создавала для жителей трудности, не позволяя при этом иметь соизмеримой с приносимым ущербом компенсации. Регион попытался создать независимое государство в середине 70-х годов, но был проигнорирован. В конечном итоге противоречия вылились в полномасштабную сепаратистскую гражданскую войну в 1988 году. Конфликт часто назывался этнонационалистическим. Недовольные деятельностью компании жители начали саботировать работу шахты и разрушать её инфраструктуру. Восставшие объединились в «Бугенвильскую революционную армию» во главе с Фрэнсисом Оной в начале 1989 года и сражались с правительственными войсками. В марте боевики объявили регион Бугенвиль независимым государством, а правительство вывело солдат с островов и ввело блокаду. В последующие годы правительство с переменным успехом возвращало территории Бугенвиля под свой контроль.
Вице-президент Папуа — Новой Гвинеи Джулиус Чэнь пытался привлечь в конфликт бойцов иностранной частной военной компании Sandline, но контракт был расторгнут после критики со стороны политиков других государств, жителей и командования правительственной армии. Полноценное соглашение о прекращении огня было заключено в 1998 году, после чего последовал мирный договор, подписанный обеими сторонами в 2001 году.
Предпосылки
Рудник
В 30-х годах XX века на острове Бугенвиль были обнаружены месторождения золотой руды. В 1961 году близ деревни Пангуна в центральной части острова Бугенвиль была подтверждена минерализация горной породы, то есть высокое содержание в ней полезных ископаемых. Позже на поверхности почвы исследователи обнаружили большое количество медной руды. В 1964 году на остров прибыла группа исследователей компании Conzinc Riotinto Australia, подконтрольной лондонской Rio Tinto, во главе с Кеном Филлипсом, чтобы разведать рудники и наметить план добычи ресурсов. Местные жители выступили против добычи и мешали проводить работы, считая, что они утратят возможность развить свою собственную экономику. В 1967 году палата собрания тогдашней Территории Папуа — Новая Гвинея и горнодобывающая компания Bougainville Copper получили у австралийского правительства юридическое право на добычу. В её районе велись масштабные строительные работы, к возведению шахт было привлечено до человек, однако большая часть работников являлась иностранными гражданами. Добыча ископаемых на руднике полноценно началась в 1972 году.
С 1966 по 1969 годы местные жители подали порядка 350 заявлений в суд с требованием назначить для них компенсации. В 1967 году по решению суда компания Bougainville Copper обязывалась платить 1,25 % доходов от экспорта руды, 95 % из которых предназначались администрации Новой Гвинеи, а оставшиеся 5 % — жителям, в том числе землевладельцам, у которых компания арендовала землю. Жители снова начали требовать выплаты компенсаций после прокладки дороги к месту добычи. В общей сложности местным жителям было выплачено свыше одного миллиона долларов США, однако деньги оставались преимущественно у политиков, а также пользовавшихся своим положением в обществе старейшин общин. Для работы шахты требовалось много земли, из-за чего в период с 1969 по 1989 более 200 семей были насильно переселены. Некоторые также лишились возможности заниматься сельским хозяйством.
После повышения цен на полезные ископаемые Bougainville Copper обогатились, в бюджет Новой Гвинеи, следуя соглашению от 13 февраля 1976 года, поступало 20 % от общей суммы доходов, поскольку таким процентом акций компании обладало государство. Остальные же средства направлялись преимущественно иностранным акционерам. Деятельность шахты, кардинально изменившая жизнь бугенвильцев, а также невозможность иметь от неё выгоду, стали ключевыми причинами роста в регионе сепаратизма.
Националистические настроения
Бугенвильцы, в отличие от остальных сограждан, имеют чёрный цвет кожи, нехарактерный для прочих народов Новой Гвинеи. Как отмечает исследователь человеческой изменчивости Джонатан Фридлендер, население Бугенвиля значительно темнее, чем афроамериканцы и даже некоторые народности Африки. Бугенвильцы ощущают большее культурное и этническое родство с соседними Соломоновыми Островами, а своих сограждан отделяют от себя и называют их «краснокожими». Поток «краснокожих» и иностранцев для работы на шахте провоцировал конфликты между этническими группами. В 1959 года в регионе было основано общественное движение Микамуи (Meekamui Pontoko Onoring), что переводится как «Правительство хранителей священной земли». Её основателем был выходец из Ириана Дэмиен Даменг. Организация имела националистическую направленность и выступала за сохранение бугенвильской культуры, шаманства, боролась с наплывом иностранцев и мешала распространению христианства, предпочитая традиционные верования. Бугенвиль у членов Микамуи считался священной землёй — это убеждение затем переймёт будущий лидер восстания Фрэнсис Она для идеологической подоплёки своего движения, оставаясь при этом католиком. В 60-х и начале 70-х годов в студенческой среде стали возникать националистические организации, такие как Mungkas Association, появившаяся в Университете Папуа — Новой Гвинеи. Они выдвигали идеи обретения бугенвильцами большей автономной власти. Такой же организацией была Napidakoe Navitu, созданная в 1989 в районе города Киета, стремившаяся объединить народы региона для борьбы за независимость. Референдум о независимости, который организация планировала провести, так и не состоялся, а островитяне, проживавшие ближе к северному и южному побережьям острова, выступили против столь стремительных политических преобразований, считая автономию приемлемой альтернативой.
Конфликт
Объявление независимости
В 1973 году для ведения переговоров о политическом будущем Бугенвиля с центральной властью был учреждён «Бугенвильский специальный политический комитет». Лидером организации стал Лео Ханнет. Предложение Комитета предоставлять бугенвильцам денежные выплаты за счёт шахты было отвергнуто. В июле 1973 года Ханнет предложил создать на Бугенвиле местное правительство, напрямую связанное с регионом и не противоречащее его традициям. Предполагалось, что в это правительство войдут избранные жителями представители деревень. Невзирая на то, что этот орган власти планировался самым нижним по важности, решающим мелкие бытовые проблемы, связанные, например, с владением землёй и заключением браков, он обладал бы возможностью влиять на местную политику напрямую, менее завися тем самым от власти Новой Гвинеи.
После давления со стороны Ханнета и его союзников на правительство в 1974 году было организовано «Временное правительство Бугенвиля», которое должно было собирать все компенсации, полагающиеся островитянам со стороны Новой Гвинеи от работы рудника. После этого центральное правительство стало откладывать вопросы статуса Бугенвиля и отчисления средств. Временное правительство в ультимативной форме принудило столицу начать действовать, пригрозив перекрытием реки , которую эксплуатировали работники шахты Пангуна, а также отделением от Папуа — Новой Гвинеи. По решению, подписанному в городе Араве, центр должен был передать право получения и перераспределения средств Временному правительству с июля 1975 года, и заняться образованием на Бугенвиле. Несмотря на договорённости, новый виток конфликта вспыхнул после того, как департамент финансов Новой Гвинеи не выплатил Бугенвилю всю затребованную местным управлением сумму: вместо австралийских долларов было перечислено лишь . В начале 1975 года Ассамблея Временного правительства Бугенвиля приняла решение о скором выходе из состава Новой Гвинеи. 1 сентября того же года было официально объявлено о создании нового независимого от Территории Папуа — Новой Гвинеи государства — Республики Северных Соломоновых островов. Однако это заявление было проигнорировано как Новой Гвинеей, так и остальным миром, включая ООН. Фактически не получив независимость, Бугенвиль, однако, приобрёл от Новой Гвинеи автономный статус и официальное название региона «Провинция Северных Соломоновых Островов».
Восстание В 1980 году на острове была организована «Ассоциация землевладельцев Пангуны», которая, хоть и являясь представительным органом землевладельцев, не позиционировала себя противником Bougainville Copper. Ситуация изменилась с приходом Фрэнсиса Оны, который при поддержке двоюродной сестры Пепетуа Сереро, получил большинство голосов на выборах в 1987 году. Став главой Ассоциации, Фрэнсис Она принялся выдвигать в сторону Bougainville Copper требования. Например, в 1988 году Ассоциация затребовала вернуть народу Бугенвиля все средства, которые были заработаны добычей ресурсов на острове за всё время работы компании. По курсу на тот момент эта сумма составляла 12 миллиардов долларов США. Члены Ассоциации также выходили на акции протеста и перекрывали дороги, однако не смогли добиться исполнения своих требований.
Недовольство начало перерастать в насильственную форму в ноябре 1988 года. Приезжих рабочих не устраивал уровень заработной платы, а местные жители жаловались на невозможность трудоустройства на шахте, начальство которой предпочитало брать на работу иностранцев. Недовольные стали собираться в группы и саботировать работу шахты, нападать на её сотрудников. Протестующие разрушали силовые опоры освещения и сжигали служебные помещения. В качестве контрмер в районе шахты, временно приостановившей деятельность в декабре, и в главных городах региона был введен комендантский час. Для поддержания порядка правительство ввело на Бугенвиль солдат Сил обороны Папуа — Новой Гвинеи, что только провоцировало мятежников на более агрессивные действия. Предводителем протестующих выступил Фрэнсис Она, глава Ассоциации землевладельцев и бывший сотрудник Bougainville Copper. Финальным поводом стала публикация исследования о воздействии шахты на окружающую среду, которое показалось ему сфальсифицированным, а также неравномерное выплачивание компенсаций, которое Она ощущал на себе и своей семье. Как утверждает исследователь Кристиан Ласслет, риторика Фрэнсиса Оны носила характер классового борьбы. Например, Она часто обращался к чувствам молодёжи, обделённой компенсациями и работой ввиду действия на острове «капиталистических учреждений». После обретения независимости, как утверждал Она, главной задачей государства должна стать «борьба за сокращение разрыва между богатыми и бедными». Протекавшие события провоцировали дискриминационное отношение к выходцам из Бугенвиля в остальных частях страны.