Войска ракетно-космической обороны — род войск в составе Войск ПВО СССР/России, позднее в составе РВСН РФ в период 1967—1998 гг. Изначально именовались как Войска противоракетной и противокосмической обороны (Войска ПРО и ПКО).
Войска ракетно-космической обороны, род войск, предназначенный для обнаружения пусков БР, определения начала ракетного нападения противника и выдачи информации о нём высшим органам государственного и военного руководства страны, главным штабам видов ВС. Включают силы и средства предупреждения о ракетном нападении, противоракетной обороны, контроля космического пространства и управления по вводу новых средств РКО. Созданы в марте 1967 года в составе Войск ПВО страны как войска противоракетной и противокосмической обороны. В 1992 году преобразованы в войска РКО. С 1997 года входили в состав РВСН. В 2001 году вошли в состав Космических войск.Военный энциклопедический словарь / Пред. Гл. ред. комиссии А. Э. Сердюков. – М.: Воениздат, 2007. – 832 с.: ил. – ISBN 5-203-01990-8.
История Опытно-конструкторские работы по созданию стратегических систем сдерживания и борьбы в целях защиты страны от ударов МБР вероятного противника были начаты в начале 1950-х гг. и уже к концу 1960-х гг. в СССР были созданы и развёрнуты первые комплексы систем вооружения РКО.
В апреле 1967 в составе войск ПВО страны были сформированы Войска противоракетной и противокосмической обороны, имеющие на вооружении системы предупреждения о ракетном нападении (ПРН), контроля за космическим пространством (ККП) и противокосмической обороны (ПКО). К началу 90-х гг. эти войска получили название Войск ракетно-космической обороны (РКО).
К 1960-м годам у политического и военного руководства СССР сформировалась убежденность в необходимости создания мощной ракетно-космической обороны (РКО), которая должна была стать важным фактором обеспечения государственной безопасности и стратегической стабильности.
Непроницаемая система противоракетной обороны должна была представлять собой сложную территориальную сеть взаимосвязанных объектов: радиолокационных средств предварительного оповещения на дальних расстояниях, мощных зенитных ракетных комплексов, средств управления системой в целом и средств обеспечения непрерывного боевого дежурства.
Первоначальная проработка проблемы создания противоракетной обороны и необходимых для ее эффективного функционирования информационных средств была поручена коллективу Конструкторского бюро № 1 под научно-техническим руководством главного конструктора, члена-корреспондента АН СССР Григория Кисунько.
В ходе детальных проработок был проведен уникальный эксперимент — создана натурная система противоракетной обороны, своей работоспособностью доказавшая принципиальную возможность перехвата баллистических ракет. Комплексные испытания системы «А» завершились абсолютным успехом в 1961 г., когда противоракета В-1000 несколько раз успешно поразила боевые блоки баллистических ракет средней дальности Р-12 на построенном специально для испытаний средств и систем ПРО полигоне Сары-Шаган в Казахстане.
Успешное завершение испытаний имело не только военно-техническое, но и политическое значение. Кооперация институтов и предприятий военно-промышленного комплекса развернула работы по созданию элементов системы противоракетной обороны, системы предупреждения о ракетном нападении, системы контроля космического пространства и противокосмической обороны.
Исключительная сложность разрабатываемых систем и средств ракетно-космической обороны, повышенный научно-технический риск, необходимость проведения специальных исследований и потребность высокой согласованности между научно-исследовательскими, опытно-конструкторскими и производственными структурами различных профилей предопределили необходимость создания единого координационного органа. В 1970 году им стало Центральное научно-производственное объединение «Вымпел», возглавлявшееся выдающимися специалистами отрасли В. И. Марковым, Ю. Н. Аксёновым, Н. В. Михайловым.
Создание систем и средств ракетно-космической обороны потребовало разработки и реализации специального механизма управления этим процессом — притом, что и конечный облик систем РКО в целом, и облик каждого из средств РКО в отдельности еще только лишь предстояло сформировать, изобрести логику взаимодействия всех элементов системы, их эффективного боевого функционирования.
Но не прошло и десяти лет, как СССР уже располагал мощным арсеналом средств ракетно-космической обороны. Эти работы были обусловлены созданием иностранными государствами средств ракетно-ядерного нападения и освоением космического пространства в военных целях.
К 1967 году появились новые конкретные задачи для всех систем, поэтому по инициативе Героя Советского Союза главнокомандующего войсками ПВО Маршала Советского Союза Павла Батицкого было подготовлено Постановление ЦК КПСС и Совета министров об интеграции систем ПРН, ПРО, ККП, ПКО в новый род войск ПРО и ПКО. Но о его существовании долгое время не было принято говорить вслух.
В соответствии с директивой Генерального штаба ВС СССР от 30 марта 1967 г. в составе главного командования Войск ПВО было сформировано Управление командующего войсками противоракетной (ПРО) и противокосмической (ПКО) обороны. Первым командующим новыми войсками был назначен генерал Юрий Вотинцев.
Сейчас уже известно, что в 1967 году по штату в Управление ПРО и ПКО выделялось 104 офицера, а в войска — 50 тысяч военнослужащих. В военных академиях в Харькове и Калинине немедленно начали создаваться соответствующие факультеты, а в Житомирском и Пушкинском военных училищах началось интенсивное перепрофилирование специальностей, ориентированное на нужды войск ПРО и ПКО. Лучших выпускников отправляли в Подмосковье для службы на первых системах противоракетной обороны, где каждый офицер был на особом счету.
В этот период международная гонка вооружений стала выходить на более высокие рубежи. Возникла новая парадоксальная ситуация: стратегические наступательные вооружения стали играть стабилизирующую роль, а стратегические оборонительные вооружения — дестабилизирующую. Дестабилизирующий фактор, а также колоссальные затраты и трудности создания национальных систем ПРО, вынудили руководителей двух стран сесть за стол переговоров. Предметом первого соглашения между СССР и США стали не наступательные, а именно оборонительные вооружения — системы ПРО. Итогом стал Договор об ограничении систем противоракетной обороны 1972 г., ограничивший стороны возможностью иметь лишь два (впоследствии — один) позиционный район системы ПРО.
С учетом необходимости получения информации высочайшей степени достоверности со временем, достаточным для принятия решения об ответных действиях, а также с учетом невозможности размещения РЛС за рубежом, в Советском Союзе, в дополнение к активному развитию системы противоракетной обороны, развернулись работы по трем направлениям создания системы предупреждения о ракетном нападении: средств надгоризонтной и загоризонтной радиолокации, а также космических средств обнаружения.
Таким образом, в создаваемую в то время систему РКО входили технические средства трех увязанных между собой единой логикой и алгоритмами автоматической работы систем: предупреждения о ракетном нападении (ПРН); противоракетной обороны (ПРО); контроля космического пространства (ККП).
За четверть века организационно и технически была создана уникальная единая система РКО, функционирующая автоматически по единому программно-алгоритмическому обеспечению. В эти годы: в августе 1970 г. по целеуказанию Центра контроля космического пространства (ЦККП) комплекс противокосмической обороны (ПКО) впервые в мире поразил запущенный аппарат-мишень; 15 февраля 1971 г. заступили на боевое дежурство силы и средства надгоризонтного обнаружения системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН); 15 февраля 1975 г. был поставлен на боевое дежурство Центр контроля космического пространства; 15 мая 1978 г. поставлена на боевое дежурство система противоракетной обороны (ПРО) г. Москвы; 1 июля 1979 г. поставлен на боевое дежурство комплекс противокосмической обороны; 30 июня 1982 г. поставлен на боевое дежурство узел загоризонтного обнаружения СПРН; 30 декабря 1982 г. заступил на боевое дежурство космический эшелон СПРН.
В эти годы коллективом управления ПРО и ПКО совместно с учеными научных организаций и военных академий была разработана концепция боевого применения войск РКО в оперативно-стратегических операциях Войск ПВО. Основополагающим в ней стало обоснование комплексного боевого применения всех систем РКО: системы предупреждения о ракетном нападении (СПРН), ПРО и ПКО, системы контроля космического пространства (СККП) при едином централизованном управлении с ЦКП войск ПВО.
В период становления войск РКО отрабатывалась и их организационно-штатная структура. Воинские части получили наименования радиотехнических узлов, противоракетных, командно-вычислительных центров и вошли в состав дивизий, корпусов и армии. Колоссальная ответственность по обеспечению жизнедеятельности нового рода войск, организации несения постоянного боевого дежурства, продумыванию формы несения боевого дежурства ложилась на Управление создаваемых войск ПРО и ПКО. Прецедентов этому в других родах и видах вооружённых сил на тот период не было. Точно также не было придумано специальных алгоритмов и боевых программ для комплексов и систем, которые только начинали работать в автоматизированном режиме. Все эти задачи легли на плечи военных учёных и талантливых инженеров Управления ПРО и ПКО, собранных с полигонов, из войсковых частей и институтов.
В течение 19 лет: с 1967 по 1986 год — командовал войсками ПРО и ПКО Герой Социалистического Труда генерал-полковник Юрий Вотинцев. В это время была сформулирована основная боевая задача войск РКО. В своей книге Юрий Вотинцев впоследствии писал: «…войска ПРО и ПКО должны своевременно и с высокой достоверностью обнаружить старт баллистических ракет на траекториях их полёта с определением района старта, места и времени до падения; по автоматизированной системе выдать эту информацию предупреждения о ракетном нападении Верховному главнокомандующему, министру обороны, главнокомандующим видов вооружённых сил. Быть в готовности уничтожить группу баллистических ракет противника, атакующих Москву. Вести непрерывную разведку и контроль космического пространства, при этом особое внимание уделять обнаружению и сопровождению отечественных космических аппаратов, обнаружению, сопровождению и распознаванию иностранных ИСЗ военного назначения. Быть в готовности к разрушению космических систем США военного назначения. Эти задачи выполнять всем составом сил и средств в режиме непрерывного боевого дежурства посменно четырьмя боевыми расчётами.
Главное — войска ПРО и ПКО, все комплексы и системы должны быть объединены единым боевым алгоритмом, реализованном в боевых программах всех ЭВМ. При этом должна быть достигнута система централизованного управления и взаимодействия с коллективами учёных и конструкторов».
Наряду со ставшими традиционными компонентами РКО, — системами ПРО, ПРН и ККП, — в 70-х годах достигли пика своего развития и средства противокосмической обороны (ПКО): после серии испытаний в ноябре 1968 года был осуществлён первый в истории перехват космического аппарата-мишени. Это событие на многие годы опередило усилия других государств в области создания ПКО. В период с 1973 по 1978 год в процессе опытной эксплуатации комплекса «ИС» была проведена серия запусков спутников-перехватчиков.
В 1978 году модернизированный комплекс с радиолокационной головкой самонаведения «ИС-М» был передан войскам РКО и поставлен на боевое дежурство. Период боевого дежурства продлился совсем недолго: выполняя решение 38-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН о запрещении применения силы в космическом пространстве, СССР в одностороннем порядке снял с эксплуатации комплекс ПКО «ИС-М».