«Чика́го-бойз» ( — букв. «Чикагские мальчики») — группа из приблизительно 25 чилийских экономистов 1970-х годов (большинство из них получили экономическое образование в Высшей школе экономики при Папском Католическом университете Чили), работавших во время пришедшего к власти военного режима Аугусто Пиночета, с целью построения экономики «свободного рынка» в Чили и децентрализации её экономико-политической системы.
Приставка «Чикаго-» возникла из-за того, что в 1956 году экономический факультет Католического университета Чили подписал трёхлетнюю программу тесного сотрудничества с экономическим факультетом Чикагского университета, в то время возглавляемым Милтоном Фридманом, автором концепции «шоковой терапии». Фактически, Чили стала одним из первых плацдармов для масштабных экономических экспериментов по коренной перестройке «социалистической» экономики в «свободную капиталистическую».
Впоследствии название «чикагские мальчики» стало общеупотребительным словом, означающим «шоковых терапевтов» в сфере национальной экономики.
Предыстория
В 1950-х и 1960-х годах Чили формировалась под влиянием структуралистской экономической политики экономической комиссии для Латинской Америки и Карибского бассейна ООНVgl. Patricio Silva: In the name of reason: technocrats and politics in Chile, Penn State Press, 2008, ISBN 978-0-271-03453-9, S. 147.. Согласно этой политике, чилийская экономика должна была укрепляться изнутри, чтобы противостоять вызовам мирового рынка посредством протекционизма и индустриализации.
После своего избрания в 1970 году Сальвадор Альенде начал социалистическую трансформацию экономики. Его меры включали национализацию, особенно банковского сектора и добычи меди, резкое увеличение государственных расходов и контроль цен. Национализация затронула многие иностранные, особенно американские, компании. Правительство США под давлением представителей промышленности было вынуждено ввести экономические санкции, но решило отказаться от официального торгового эмбарго. Вместо этого оно попыталось совместно с американскими компаниями в значительной степени лишить Чили кредитов и помощи в развитииFrancisco Enrique González: Dual transitions from authoritarian rule: institutional regimes in Chile and Mexico, 1970—2000, JHU Press, 2008, ISBN 0-8018-8800-X, S. 23.. Возникший дефицит поставок привёл, среди прочего, к забастовке водителей грузовиков. Это запустило цепь событий, которые закончились падением АльендеPaul E. Sigmund: The «Invisible Blockade» and the Overthrow of Allende. In: Foreign Affairs, Bd. 52, Nr. 2 (Januar 1974), S. 322—340, hier S. 337. Тем не менее, в литературе остаётся спорным вопрос, можно ли считать эту политику так называемой «невидимой блокады» ответственной за экономический провал правительства Альенде. Американский политолог Пол Э. Зигмунд предполагает, что предпринятые Никсоном меры были относительно мягкими в свете экспроприаций, а главная причина высокой инфляции и социальных волнений заключалась в политической программе АльендеPaul E. Sigmund: The «Invisible Blockade» and the Overthrow of Allende. In: Foreign Affairs, Bd. 52, Nr. 2 (Januar 1974), S. 322—340, 338f.. Критики Зигмунда подчёркивают, что, хотя он в основном признаёт детали вмешательства, в итоге он «не видит леса за деревьями»So etwa Elizabeth Farnsworth: Chile: What Was The U.S. Role? (1) More than Admitted. In: Foreign Policy, Nr. 16 (Herbst 1974), S. 127—141, hier S. 133.. В то же время Зигмунд признаёт, что без внешнего вмешательства забастовки против Альенде не развернулись бы так быстро и не продлились бы так долгоGil Merom: Democracy, Dependency, and Destabilization: The Shaking of Allende’s Regime. In: Political Science Quarterly, Bd. 105, Nr. 1 (Frühling 1990), S. 75-95 85, Fn. 33..
К 1973 году инфляция вышла из-под контроля. Хотя экономический рост достиг 7,7 % в первый год нового правительства, Чили пережила рецессию в 1973 годуSebastian Edwards: Left Behind: Latin America and the False Promise of Populism. University of Chicago Press, 2010, ISBN 978-0-226-18478-4, S. 102..
После переворота в сентябре 1973 года военные первоначально возглавили все важные министерства. Без чёткой концепции экономической политики им не удалось взять инфляцию под контроль: уровень инфляции оставался в трёхзначном диапазоне. Хотя генералы, будучи противниками социалистического правительства Альенде, придерживались фундаментально либеральной экономической политики, у них не было достаточных контактов с гражданским обществом для привлечения специалистов-экономистовJuan Gabriel Valdés: Pinochet’s Economists: The Chicago School of Economics in Chile. Cambridge University Press, Cambridge 1995, ISBN 0-521-45146-9, S. 16..
Первоначально режим Аугусто Пиночета обращался к бывшим министрам христианско-демократического правительства при Эдуардо Фрей Монтальве. Однако эти попытки провалились, поскольку они выдвигали политические требования и настаивали на уважении прав человека. Затем был установлен контакт с «Чикагскими мальчиками» через Эрнана Кубильоса, который входил в совет директоров финансировавшейся ЦРУ и игравшей важную роль в свержении Альенде газеты «Эль Меркурио»Kornbluh, Peter (2003). The Pinochet File: A Declassified Dossier on Atrocity and Accountability. New York: The New Press. ISBN 1-56584-936-1.Covert Action in Chile 1963—1973. , released by the U.S. Department of State; printed version: United States Senate Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities, Staff Report, Covert Action in Chile (1963—1973) (Washington D.C.: U.S. Government Printing Office, 1975)., и Роберто КеллиJuan Gabriel Valdés: Pinochet’s Economists: The Chicago School of Economics in Chile. Cambridge University Press, Cambridge 1995, ISBN 0-521-45146-9, S. 18.. Это дало возможность для плана, разработанного в газете «Эль Ладрильо». Серхио де Кастро кропотливо убеждал генерала Пиночета в необходимости рыночно-ориентированных реформ, и к концу 1974 года Пиночет заполнил самые важные министерства членами «Чикагских мальчиков».
Возникновение Группа американских экономистов стала известна как «Чикагские парни» из-за своей связи с экономическим факультетом Чикагского университета, хотя четверо из 26 наиболее влиятельных «Чикагских парней», перечисленных Патрисио Сильвой, имели дипломы других университетов СШАRawi Abdelal, Mark Blyth und Craig Parsons: Constructing the International Economy, Cornell University Press, 2010, ISBN 0-8014-7588-0, S. 41.. Однако группа определяла себя общим проектом: заменить структуралистскую экономическую политику, распространённую в Чили, учениями Чикагской школы экономикиAnil Hira: Ideas and economic policy in Latin America: regional, national, and organizational case studies. Greenwood Publishing Group, 1998, ISBN 0-275-96269-5, S. 135.. Латиноамериканский структурализм был тесно связан с Экономическая комиссия для Латинской Америки и Карибского бассейна (Экономической комиссией Латинской Америки и Карибского бассейна), базирующейся в Сантьяго, и её многолетним директором Раулем ПребишемJoseph L. Love: The Rise and Decline of Economic Structuralism in Latin America: New Dimensions, In: Latin American Research Review, Bd. 40, Nr. 3 (2005), S. 100—125, 100f.. Он считается тесно связанным с — зачастую более марксистски ориентированными — подходами теории зависимостиJoseph L. Love: The Rise and Decline of Economic Structuralism in Latin America: New Dimensions, In: Latin American Research Review, Bd. 40, Nr. 3 (2005), S. 119. Vgl. auch Valerie Brender: Economic transformations in Chile: the formation of the Chicago Boys In: American Economist, vom 1. April 2010.. В отличие от монетаризма Чикагской экономической школы, латиноамериканские структуралисты предполагали, что либерализация рынка и международное разделение труда в долгосрочной перспективе нанесут ущерб развивающимся странам на периферии мировой экономики из-за ожидаемого ухудшения условий торговли, и что только активная политика индустриализации может уменьшить их зависимость от центраStephanie Blankenburg, José Gabriel Palma und Fiona Tregenna: structuralism. In: Steven N. Durlauf und Lawrence E. Blume (Hrsg.), The New Palgrave Dictionary of Economics, Second Edition, 2008.. Эта стратегия также называется импортозамещающей индустриализацией.
«Чикагские парни» были тесно связаны личными отношениями и общим опытом, что позволило им действовать единым фронтом пои правительстве Пиночета, что считается одной из причин их успехаAnil Hira: Ideas and economic policy in Latin America: regional, national, and organizational case studies. Greenwood Publishing Group, 1998, ISBN 0-275-96269-5, S. 93.. Однако «Чикагские парни» сформировали группу с общей политической программой только после возвращения в ЧилиAnil Hira: Ideas and economic policy in Latin America: regional, national, and organizational case studies. Greenwood Publishing Group, 1998, ISBN 0-275-96269-5, S. 89 ff.. Среди выпускников чикагской программы обмена были и такие, как Рикардо Френч-Дэвис и Карлос Массад, которые придерживались иных политических взглядов и поэтому впоследствии не считались частью «Чикагских парней»Vergleiche etwa Carlos Huneeus: Technocrats and Politicians in an Authoritarian Regime. The «ODEPLAN Boys» and the «Gremialists» in Pinochet’s Chile. In: Journal of Latin American Studies (2000), Bd. 32, S. 461—501, 479..
Основой для учебных поездок чилийских экономистов в Чикаго послужила программа обмена, основанная на соглашениях между Чикагским университетом, Католическим университетом Чили и американской правительственной организацией по оказанию помощи в развитии «Международное агентство по сотрудничеству» (будущее USAID)Juan Gabriel Valdés: Pinochet’s Economists: The Chicago School of Economics in Chile. Cambridge University Press, Cambridge 1995, ISBN 0-521-45146-9, S. 127.. Фонд Форда оказывал финансовую поддержку последующим программам. Соглашения возникли по инициативе эксперта по политике развития Альбиона Паттерсона и чикагского экономиста Теодора ШульцаJuan Gabriel Valdés: Pinochet’s Economists: The Chicago School of Economics in Chile. Cambridge University Press, Cambridge 1995, ISBN 0-521-45146-9, S. 109 ff.. Economic transformations in Chile: the formation of the Chicago Boys . Valerie Brender, The American Economist, Vol. 55 issue 1, S. 111—122, 1 maart 2010 Основываясь на своей теории человеческого капитала, Шульц был убеждён, что развивающиеся страны Латинской Америки могут прогрессировать только за счёт улучшения образования. Паттерсон и Шульц первоначально связались с Чилийским университетом, который из-за своей структуралистской ориентации, с осторожностью относился к эксклюзивному партнёрству с экономическим факультетом Чикагского университета, который с 1950-х годов зарекомендовал себя как независимая экономическая школа. В отличие от него, декан факультета экономики и социальных наук Католического университета Чили Хулио Чана хотел модернизировать свой факультет, сосредоточив внимание на экономике.