Мэттью Чарльз «Мэтт» Лэмб (; 5 января 1948, Уинсор, Онтарио, Канада — 7 ноября 1976, близ , Маникаленд, Родезия) — канадский убийца, впоследствии родезийский военнослужащий, младший капрал Родезийской армии.

Биография

Молодые годы

Мэттью Чарльз Лэмб родился 5 января 1948 года в Уинсоре, в канадской провинции Онтарио. Матери, родом из низших слоёв пролетариата, было на тот момент 15 лет — она бросила Мэтта, своего единственного ребёнка, вскоре после рождения. Воспитывался родственниками по материнской линии — бабушкой и дядьями, а с самой матерью встречался эпизодически, раз в несколько лет. Не знал и никогда не видел своего отца, который был убит в США, когда Мэтт был ещё ребёнком. Большую часть детства прожил со своей бабушкой Джесси Лэмб и ее новым мужем Кристофером Коллинзом в их доме на Йорк-стрит в Саут-Централе, одном из . Коллинз был недоволен тем, что Мэтт живёт в их семье. По словам родственников, друзей и соседей, Коллинз подвергал мальчика постоянному эмоциональному и физическому насилию, избивал и часто называл его «маленьким ублюдком», намекая на безотцовщину. Однако насилие не было сфокусировано только лишь на одном Лэмбе: в детстве он был очевидцем драк бабушки с Коллинзом, который вообще не любил людей и называл их «жучками».

За годы учёбы он сменил три образовательных учреждения, что было связано с переездами к различным родственникам. Поначалу Лэмб учился в Колборнской школе в , где, по словам Коллинза, он был «обычным ребёнком, не замеченным в каких-либо проявлениях насилия». По воспоминаниям учителей, Мэтт не создавал проблем и был способным учеником, имел уровень интеллекта выше среднего, хоть отличался беспокойным характером и не мог подолгу концентрироваться на каком-либо предмете. Признаки жестокости и садистских наклонностей начали проявляться в характере Лэмба ещё в детском возрасте. По некоторым данным, он заманивал младших двоюродных братьев в свою спальню, запирал в туалете и угрожал им. Однажды он довел угрозы до конца, сильно избив одного из кузенов, что тому потребовалась медицинская помощь и его отвезли местную больницу. Несмотря на необщительность, у Лэмба был один близкий друг — Грегори Свит. Тот рассказывал, что когда Лэмбу «было около семи лет, он направил нож в сторону маленького ребенка и заставил его есть собачьи фекалии». В возрасте 13 лет, начиная с , Лэмб пошел в школу Святого Иуды в Уинсоре. По словам соучеников, он был тихим застенчивым мальчиком, не имел друзей и не пытался в этом плане идти на контакт. Так, однажды Мэтт был приглашён на вечеринку, но отказался прийти, оправдавшись тем, что «не любит танцевать».

В эти годы Лэмб демонстрировал стойкий интерес к оружию, как холодному, так и огнестрельному. С собой в школе он в школу носил нож, который без колебаний доставал и хвастался им. По словам Свита, у них в то время у них уже имелись «пушки», и, будучи подростком, Лэмб во время прогулки по улице «стрелял из дробовика по домам людей, которые ему не нравились»; полиция об этом случае не была проинформирована. Свит рассказывал, что Лэмб собрал целую коллекцию пуль с надписанными на них именами местных полицейских, а также создавал из старых гильз самодельные бомбы, одна из которых взорвалась и поранила ему ногу осколками. На публике он не выказывал никаких расистских взглядов, хотя можно предположить, что с предубеждением относился к чернокожим. Так, Лэмб хотел вступить в «Ку-клукс-клан», однако не нашёл его отделения в Уинсоре, несмотря на то, что там было полно расистов, проводивших параллели между наличием лиц африканского происхождения среди своих соседей и ростом преступности в городе. По словам сержанта Джима Юра, опрашивавшего Свита в 1966 году, тот отметил, что Лэмб был «». В то время однополые отношения были криминализованы и считались социально неприемлемыми, в связи с чем, возможно, подавленная гомосексуальность могла стать причиной конфликтного поведения Лэмба и поспособствовать его отстранённости от общества. По рассказам Свита, Лэмб также любил выпить и в пьяном состоянии часто становился агрессивным.

Вскоре, Лэмб в первый раз столкнулся c системой правосудия в отношении несовершеннолетних, причём в связи с насилием в отношении местного констебля. 10 февраля 1964 года, спустя месяц после достижения 16-летия, жертвой его внимания стал сержант полиции Дональд Грэм, который вместе с напарником стоял на главном входе стадиона в соседнем во время танцевального вечера, посвящённого дню святого Валентина. После танцев Лэмб «без каких-либо причин» накинулся на полицейского со спины и начал бить его кулаками по лицу. Грэм при этом был гораздо крупнее и физически сильнее Лэмба, в связи с чем быстро его скрутил. После задержания при обыске у Лэмба в карманах его куртки нашли нож, кастеты и цепь от поводка для собак — с таким «арсеналом» он мог тяжело ранить, или даже убить полицейского. Мотивы нападения остались неизвестны; возможно, что Лэмб просто хотел привлечь внимание и укрепить свою репутацию среди подростков, большой толпой расходившихся с танцев. Он был осужден за нападение в соответствии с и следующие шесть месяцев пробыл в «Доме Согласия» в Лондоне, учреждении для реабилитации и исправления подростков под управлением Армии спасения, где продемонстрировал полное безразличие и отсутствие какой-либо заинтересованности к изменению своего поведения в положительную сторону. После освобождения в июле 1964 года Лэмб поселился у своего дяди Эрла Хескета в Уинсоре и при его поддержке поступил в , где показал хорошие результаты в обучении, не считая уроков латыни. В то же время Мэтт присоединился к , однако, не имея реальной мотивации для продолжения учёбы, он бросив школу, не успев закончить даже . Затем он съехал от дяди, и, возможно, жил у своего друга Свита в Риверсайде. В этом время Лэмб перебивался временными заработками и сменил три работы, но нигде не задерживался дольше месяца, в том числе из-за неспособности подчиняться указаниям начальства.

Первая судимость и содержание в Кингстонской тюрьме Некоторое время Лэмб подрабатывал на услових неполного рабочего дня в магазине спортивных товаров «Lakeview Marine and Equipment» в Текумсе — у братьев Дежарденов, которые часто одалживали ему оружие в период сезона и вообще помогали местным мальчикам заработать денег честным трудом. Вечером 24 декабря 1964 года, в рождественский сочельник, Дежардены пригласили своих работников и нескольких парней, часто бывавших у них в магазине, на праздничную вечеринку. Лэмб пришёл в магазин уже в состоянии алгокольного опьянения, но обошлось без происшествий — он спокойно играл в хоккей с остальными на катке. После окончания вечеринки совладелец магазина Бернард Дежарден закрыл двери и отправился домой к девушке, где собирался в этот вечер сделать ей предложение. Лэмбу некуда было идти и он остался около магазина, где был замечен сидящим в сугробе. Дежарден знал, что Лэмб уже несколько недель не живёт у своего дяди, и собирался забрать его к себе домой, чтобы парень не встретил канун Рождества в одиночестве. Когда Дежарден уже сидел у девушки дома и готовился преподнести кольцо, поступил звонок из полиции с сообщением о взломе магазина — с того момента как он закрыл его, прошло порядка 30 минут. Как выяснилось, Лэмб разбил витрину магазина, откуда украл три револьвера и двуствольный дробовик с патронами к ним. Дежарден вместе с констеблем полиции Кэйлом Миллером подъехали к магазину, где увидели последствия кражи и уже собирались уезжать, как попали под огонь. Укрывшись в близлежащем овраге для засады на ожидавшихся им полицейских, Лэмб из одного из револьверов дважды выстрелил в Миллера и Дежардена, причём в обоих случаях промахнулся. Офицер сделал в ответ несколько выстрелов, принудив Лэмба к сдаче. Со словами «Не стреляйте, я сдаюсь» он вышел с поднятыми руками к констеблю, затем показал ему то место, где спрятал украденное оружие, после чего в наручниках был отвезён в полицейский участок.

Спустя десять месяцев с момента инцидента с полицейским в начале того же самого 1964 года, Лэмб снова попал под суд. Он был обвинён в «действиях, угрожающих общественному спокойствию», а именно — за взлом, проникновение в магазин и кражу оружия, а также в стрельбу в двух человек, в том числе в полицейского при исполнении. Во время процесса Лэмбу исполнилось 17 лет. Председательствующим на суде был Дж. Артур Ханрахан, уже известный вынесением приговоров несовершеннолетним за «антиобщественные действия». В , поступившем в адрес Ханрахана, Лэмб характеризовался как исключительно жестокий несовершеннолетний преступник, уже привлекавшийся к ответственности за нападение на полицейского. В итоге, Ханрахан приговорил Лэмба к двум годам заключения — минимальный срок из предусмотренных для отбытия в учреждениях . Во время вынесения приговора Ханрахан отметил следующее: «Грабители всегда с нами. К счастью, желающие пострелять по другим людям находятся в меньшинстве. Однако, когда это всё же случается, такое поведение заслуживает пребывания в тюрьме. По словам Саула Носанчука, будущего адвоката Лэмба, суровость приговора была необычной по отношению к совершеннолетнему преступнику, впервые совершившему правонарушение, в ходе которого он никому не причинил никакого физического вреда. Как отмечал Носанчук, Ханрахан, должно быть, считал Лэмба не способным к социальной реабилитации в принципе. В апреле 1965 года Лэмб прибыл в в Кингстоне.

В ходе психиатрического обследования и психологических тестов, обязательных к проведению над всеми поступающими в тюрьмы для отбытия наказания, Лэмб был охарактеризован как чрезвычайно незрелый молодой человек, имеющий сильную тягу к обладанию оружием и одержимый соответствующими фантазиями его применения. Как следует из заключения тюремных врачей, Лэмб был очень агрессивным, совершенно не подчинялся дисциплине и почти не контролировал свое поведение. По словам заведующего психиатрическим отделением тюрьмы Джорджа Скотта, Лэмб имел признаки «явного психического расстройства», думал только о «власти, которую даёт оружие». Пребывание Лэмба в тюрьме не обошлось без инцидентов, первый из которых случился сразу по прибытии в Кингстон: он напал на другого заключённого, ввиду чего был переведён в одиночную камеру. В другой раз, во время вечернего обхода тюрьмы, охранник обнаружил Лэмба стоящим на коленях рядом со своей кроватью: он проталкивал черенок от метлы себе в задний проход. Такое поведение, судя по всему, являлось лишь способом мастурбации для парня с определёнными сексуальными предпочтениями, однако в те времена было квалифицировано не иначе как ещё один признак расстройства психики. Для успокоения Лэмб был накачен седативными препаратами, после чего Скотт осмотрел его, заключив, что «у этого молодого человека развивается психическое заболевание гипоманиакального характера». Содержание дальнейших бесед с доктором и речи Лэмба были описаны Скоттом как «тщательно продуманные фантазии с описанием грабежей, драк и перестрелок, что демонстрирует огромную враждебность».