Русский ампи́р — историко-региональный художественный стиль русского искусства первой трети XIX в., проявившийся главным образом в архитектуре, оформлении интерьера и декоративно-прикладном искусстве столицы империи — Санкт-Петербурга. Многие историки искусства предпочитают именования: «высокий классицизм» (по аналогии с высокой классикой искусства античности), или просто «классицизм» с уточнением хронологических границ, считая, что термин «ампир» органичнее использовать в отношении искусства Франции периода диктатуры Наполеона Бонапарта и Первой империи 1805—1815 годов Шуйский В. К. Высокий классицизм, или русский ампир. СПб.: Белое и чёрное, 1998. Тем не менее, в России после победы над наполеоновской Францией в войне 1812—1815 годов на основе патриотического движения «национального романтизма» и новой имперской идеологии, под влиянием французского ампира складывался оригинальный художественный стиль, который со временем стали называть русским ампиром, или даже «русским ренессансом» (в широком значении слова), признавая за ним важную «часть международного явления» Под знаком орла. Искусство ампира. Каталог выставки. — СПб.: Государственный Эрмитаж, 1999. — С. 7. В этом стиле переосмысливались художественные образы и памятники наследия Древнего Рима, но они сочетались с национальными традициями русского искусства Шуйский В. К. Золотой век барокко и классицизма в Санкт-Петербурге.
История термина В русскоязычном искусствоведении русскую классическую архитектуру второй половины XVIII — первой трети XIX века впервые объединил единым термином «классицизм» в 1900-х годах И. Э. Грабарь. До этого (и позже) она делилась исследователями на стилевые направления: «стиль Людовика XVI», «ампир» и другиеНекрасов А. И.. Русский ампир. — Москва: ОГИЗ-ИЗОГИЗ, 1935. В первой «Истории русского искусства» (1910—1912) и затем в журнале «Старые годы» Грабарь и его соавтор И. А. Фомин отказались от термина «ампир» в отношении русской архитектуры начала XIX века, желая подчеркнуть её самобытный характер, и назвали новое направление «александровским классицизмом». Тем не менее, вплоть до конца 1930-х годов учёные старой школы продолжали использовать термин «русский ампир».
С конца 1930-х годов в советском искусствознании термин «ампир» в отношении русского искусства попал под запрет, в связи со сталинской идеологической политикой. М. Н. Микишантьев отмечал, что историк архитектуры Г. Г. Гримм в этот период выдвинул «спасительную» для искусствоведов концепцию «трёх классицизмов» в русском искусстве — раннего (1760—1770-х годов), строгого или зрелого (1780—1790-х годов) и позднего или высокого (1800—1830-х годов). Терминологическая концепция сохраняла значение в послевоенные десятилетия XX века.
В исследованиях начала XXI века фазу русского классицизма 1800—1830-х годов снова стали называть «русским ампиром», включая в неё не только архитектуру, но и убранство интерьеров и другие виды искусства. Г. Г. Поспелов в введении к 14-му тому «История русского искусства в 22 томах» (2011) писал, что «…не следует говорить о „позднем классицизме“ как о стиле, включающем в себя стиль ампир или находящемся рядом с ампиром. Обличия достаточно широкого стиля ампир могли быть очень различными в одну и ту же эпоху — то государственно-триумфальными (как в Петербурге), то, наоборот, приватными, даже интимными (как в московских частных, нередко деревянных особняках послевоенной поры)».
вслед за И. Э. Грабарем и Г. К. Лукомским выделяют в особый историко-региональный стиль ранний, «мягкий» александровский, или «довоенный», классицизм с ориентацией на памятники архитектуры Древней Греции дорического стиля. Следующий за ним русский ампир 1815—1820-х годов, как и в наполеоновской Франции, следовал традициям императорского Рима, поскольку и Россия после победы над Францией стала могущественной империей, диктовавшей свою волю Европе. Выдающимися представителями стиля раннего александровского классицизма следует считать А. Д. Захарова, А. Н. Воронихина, Ж.-Ф. Тома де Томона. Тем не менее не все историки русского искусства признают правомочность термина «русский ампир», считая, что французское название следует применять только к искусству Франции, а в России того же периода доминировал «поздний классицизм» со своей спецификойВласов В. Г.. Александровский классицизм // Власов В. Г. Новый энциклопедический словарь изобразительного искусства. В 10 т. — СПб.: Азбука-Классика. —Т. I, 2004. — С. 165—172. Соответственно полноценное развитие русского ампира относится к «послевоенной эпохе», придавшей новый импульс развитию стиля.
Русский ампир, или поздний классицизм, получил разделение на московский и петербургский, причём такое деление определялось не столько территориальным признаком, сколько степенью отрыва от классицизма предыдущей эпохи — московский был более связан с национальными традициямиВласов В. Г.. Русский, или петербургский, ампир // Власов В. Г. Новый энциклопедический словарь изобразительного искусства. В 10 т. — СПб.: Азбука-Классика. —Т. VIII, 2008. — С. 328—339. Наивысшие достижения русского ампира лежат в области архитектуры, поэтому иногда его называют «градостроительным классицизмом»Балашова Е. Русский художественный паркет XVIII — начала XX века.
Источники и история формирования стиля После окончания войны, в 1814 году в Париже император Александр встретился с одним из создателей французского ампира, архитектором-декоратором П. Фонтеном и, ещё до вторичного вступления союзных армий в Париж, получил тринадцать альбомов с рисунками пером и акварелью — проектов интерьеров, мебели и «разных монументов» — с дарственной надписью: «Благородному императору Александру и храброму российскому воинству». Эти альбомы хранились в Зимнем дворце в Санкт-Петербурге (ныне в библиотеке Эрмитажа), они оказали существенное воздействие на работу мастеров «русского ампира». Во Франции они были опубликованы только в 1892 году. Персье и Фонтен после поражения Наполеона стремились на русскую службу, но российский император предпочёл им в то время никому не известного О. Монферрана, который также преподнёс монарху свой «Альбом разных архитектурных проектов, посвящённых Его Величеству Императору Всероссийскому Александру I»Шуйский В. К. Огюст Монферран. История жизни и творчества. — М-СПб.: ЦЕНТРПОЛИГРАФ, 2005. — С. 13—14. Исаакиевский собор, возводимый в российской столице с большими трудностями с 1818 по 1858 год отражает уже иные, более поздние представления о храмовой архитектуре.
В 1804—1806 годах на Севрской фарфоровой мануфактуре изготавливали большой «Египетский сервиз» (146 предметов) с росписями и фигурными предметами по гравюрам с рисунков французского художника и другого инициатора «стиля империи» Д. Виван-Денона. Наполеон преподнёс сервиз в дар императору Александру в 1808 году во время их встречи в Эрфурте в память о заключении Тильзитского мира между Францией и Россией (1807). Сервиз хранился в Москве, в Оружейной палате. Ныне часть изделий экспонируется в Музее керамики в подмосковном Кусково, другая часть в Эрмитаже в Санкт-Петербурге.
Особое место в истории русского искусства начала XIX века занимает творчество итальянского архитектора Карла Росси. С его именем связывают создание грандиозных ансамблей центра Санкт-Петербурга и «архитектуру дальних перспектив». Архитектуру Карла Росси часто соотносят со стилем ампир и называют «россиевским ампиром». Однако индивидуальный стиль Росси мягче, живописнее, чем у его французских коллег Персье и Фонтена, и, одновременно смелее, шире, пространственнее. В грандиозных ансамблях, созданных К. Росси в российской столице, есть и строгость подлинного классицизма, и разнообразие палладианских мотивов, и пафос пространства, свойственный барочному мышлению. Итальянизмы россиевского стиля претворились в «пейзаж русской души»Власов В. Г.. Итальянизирующий петербургский ампир К. Росси и архитектура дальних перспектив // Власов В. Г. Искусство России в пространстве Евразии. — В 3-х т. — СПб.: Дмитрий Буланин, 2012. — Т. 2. — C. 201—226. В Москве работали О. И. Бове, Д. Жилярди. Поздний русский классицизм представлял архитектор В. И. Стасов.
Замечательна мебель, создававшаяся по рисункам К. Росси, несколько напоминающая проекты Персье и Фонтена (Росси использовал их альбомы, хранившиеся в Зимнем дворце), в петербургских мастерских В. И. Бобкова и И. И. БауманаКучумов А. М. Русское декоративно-прикладное искусство в собрании Павловского дворца-музея. — Л.: Художник РСФСР, 1981. — С. 30—31Ботт И. К., Канева М. А. Русская мебель: История. Стили. Мастера. — СПб.: Искусство, 2003.
Многосоставность позднего классицизма, или ампира К. Росси и его школы, оказалась переходной, открывшей пути стилевых поисков в период историзма и эклектики середины и второй половины XIX века. Возрождение эстетики ампира в иных формах происходило в России в советское время, в период от середины 1930-х до середины 1950-х годов. Это направление в архитектуре, скульптуре и декоративно-прикладном искусстве известно как советский, или «сталинский ампир».
Основные особенности русского ампира Стиль русского ампира следует отличать от александровского классицизма, сформировавшегося на основе иной идеологии — утопических идей раннего правления императора Александра I: «дней александровых прекрасное начало» А. С. Пушкин. «Послание цензору». 1822. (с 1801 г. до начала Отечественной войны 1812 г.). Стиль александровского классицизма ориентирован на идеалы демократических Афин, русский ампир — на триумфальные формы искусства императорского Рима. Новые веяния проникали в Москву и Санкт-Петербург из Парижа и ранее, в конце XVIII в. и в первые годы XIX в. но тогда они представляли собой идеи и формы искусства французского неоклассицизма (или стиля Людовика XVI), стилей Директории (1795—1799) и Консульства (1799—1804). Для создания собственного регионального варианта стиля Империи в России тех лет не было идеологических условий.
Исторический парадокс заключается в том, что национальная гордость русского народа, идеи триумфа вылились в формы, близкие к наполеоновскому ампиру побеждённой Франции, в то время как в других странах анти-наполеоновской коалиции те же идеи обретали иные формы: прусского эллинизма, бидермайера, неоготики. Новый имперский стиль отражал политические претензии России на диктат всей Европе после Венского конгресса 1815 года, но складывался также под влиянием французской моды (не ослабевавшей в годы, «когда говорили пушки»), а также согласно внутренним закономерностям формального развития — перерастания классицизма в ампир Власов В. Г. Русский, или петербургский ампир // Новый энциклопедический словарь изобразительного искусства. В 10 т. — СПб.: Азбука-Классика. — Т. VIII, 2008. — С. 329 .
Перерастание русского классицизма в стиль империи связано с тем, что в ампире на волне триумфа победы над Наполеоном увидели торжество государственности, «надстроенной» над русской жизнью, для которой классицизм к началу XIX в. воспринимался уже эстетической нормой и национальным художественным стилем. Начиная с эпохи Павла I российские императоры пытались продемонстрировать монархам Западной Европы, что именно Россия — законная наследница Древнего Рима. Если ранее «православная Москва номинально претендовала на титул Третьего Рима, то в начале XIX в. Петербург силой оружия стал Четвёртым Римом. В этом заключается идеологическая основа русского ампира» Власов В. Г. Итальянизирующий петербургский ампир К. Росси и архитектура дальних перспектив // Власов В. Г. Искусство России в пространстве Евразии. — В 3-х т. — СПб.: Дмитрий Буланин, 2012. — Т. 2. — C. 201 .