Последний бой линкора «Бисмарк» длился фактически с вечера 26 мая по утро 27 мая 1941 года в Атлантическом океане. Сражение состоялось примерно в 560 км к западу от французского Бреста, когда немецкий линкор принял бой против превосходящих сил британского флота и морской авиации. Гибель «Бисмарка» ознаменовала неудачу кригсмарине. Данное сражение не имеет официального названия в историографии Второй мировой войны.
«Бисмарк» шёл к сражению с серьёзными повреждениями: ещё 24 мая, за два дня до боя, в ходе сражения в Датском проливе корабль получил три попадания, в ходе которых был повреждены трубопровод к носовым топливным цистернам и турбогенераторное отделение. Вследствие этих повреждений находившийся на борту корабля адмирал Гюнтер Лютьенс принял решение возвращаться в Брест для ремонта. Пытаясь оторваться от преследовавших его линкора «Принц Уэльский» и крейсеров «» и «», командующий операцией адмирал Лютьенс принял решение отделиться от крейсера «Принц Ойген». 25 мая британцы потеряли контакт с линкором, который двинулся курсом восток-юго-восток к французскому побережью, и из-за ошибочных предположений об уходе линкора в Норвегию пошли на северо-восток.
Ранним утром 26 мая летающая лодка «Каталина» из обнаружила линкор, а позже к наблюдению присоединились самолёты соединения H, шедшего из Гибралтара на север. Вся операция прошла в четыре этапа. Сначала вечером 26 мая торпедоносцы «Суордфиш», вылетевшие с борта авианосца «Арк Ройял», атаковали «Бисмарк» и благодаря двум торпедным попаданиям вывели из строя его руль, в результате чего корабль уже не мог нормально управляться. Далее в ночь с 26 на 27 мая линкор был атакован группой эсминцев, не понеся никакого ущерба. Затем ранним утром 27 мая по кораблю открыли огонь линкоры «Кинг Джордж V» и «Родни» при поддержке крейсеров. После длившегося 100 минут боя «Бисмарк», получивший серию серьёзных попаданий и уже не способный вести ответный огонь, затонул.
Из экипажа «Бисмарка», насчитывавшего свыше 2200 человек, были спасены только 116 моряков. Из них 111 были подобраны британскими судами, которые вскоре покинули поле боя, опасаясь атак немецких подводных лодок. Ещё пять человек были подобраны немецкой подлодкой и метеорологическим судном. Остальные же либо погибли в бою, либо утонули в холодных водах после гибели своего корабля.
Сражение в Датском проливе
Около 5 часов утра 24 мая 1941 года немецкие тяжёлый крейсер «Принц Ойген» и линкор «Бисмарк», шедшие через Датский пролив, установили контакт с британскими линейным крейсером «Худ» и линкором «Принц Уэльский». Изначально командующему немецкими силами адмиралу Гюнтеру Лютьенсу, находившемуся на борту «Бисмарка», был дан приказ не вступать в бой без острой необходимости, и он пытался уйти от преследования. Однако у немцев такой возможности не было, и в 5:52 «Худ» открыл огонь по немецкому линкору. Под давлением капитана «Бисмарка» Эрнста Линдеманна Лютьенс решил вступить в бой, и линкор начал отстреливаться в 5:55. Всего в ходе боя «Бисмарк» сделал пять залпов по линейному крейсеру «Худ»: в результате пятого залпа один из снарядов угодил в кормовой погреб британского корабля, что привело к мощному взрыву, расколовшему линейный крейсер пополам.
«Худ» ушёл на дно, унеся жизни 1416 человек вместе с адмиралом Ланселотом Холландом. Тут же под огонь немцев попал и «Принц Уэльский», получивший семь попаданий и вынужденный отступить. Лютьенс дал приказ не добивать отступающий линкор, следуя данному ранее приказу своего командования не ввязываться в бой без серьёзной причины, и отправился дальше на юг, чтобы избавиться от преследования. Несмотря на итоговый успех немцев, «Бисмарк» получил три серьёзных попадания снарядами крупного калибра, которые привели к росту дифферента на нос и крена на левый борт, а также повредили турбогенераторное отделение, снизив общую скорость корабля.
Преследование «Бисмарка»
Разделение с «Принцем Ойгеном»
24 мая 1941 года по приказу адмирала Гюнтера Лютьенса произошло разделение крейсера и линкора. «Принц Ойген» отделился от «Бисмарка» с указаниями выдерживать прямой курс в течение трёх часов («Бисмарк» в то время должен был повернуть на запад под прикрытием дождевого шквала), а после действовать уже самостоятельно. Однако из-за обнаружения британцами корабли держались вместе до 6 часов вечера, пока «Бисмарк» и «Ойген» не разделились окончательно: тогда же произошла очередная, безрезультатная для обеих сторон короткая перестрелка «Бисмарка» с «Саффолком» и «Принцем Уэльским». Тем же вечером в 22:00 с авианосца «Викториес» вылетели восемь торпедоносцев-бипланов «Суордфиш», которые уступали многим аналогичным самолётам по характеристикам, но сопровождались одним самолётом того же типа, вместо торпеды нёсшим бортовой радар типа . Обнаружив «Бисмарк», они сбросили торпеды, одна из которых попала в подводную часть корпуса в районе фок-мачты, прикрытую главным броневым поясом. Попадание не нанесло серьёзных повреждений, но вызванное им сотрясение привело к усилению поступления воды через пробоины от снарядов, следствием чего стало увеличение дифферента на нос и временное снижение скорости корабля. Немцы считали, что в ходе боя было сбито пять самолётов, но в действительности все «Суордфиши» благополучно вернулись на авианосец. Немцы оперативно поправили защитные брезентовые маты, которые предотвращали попадание воды в носовую часть, и сумели поднять скорость до 20 узлов. В 01:30 25 мая «Бисмарк» и «Принц Уэльский» вновь безрезультатно обменялись залпами, но огонь был практически сразу прекращён по причине плохой видимости. Стремясь избавиться от преследователей во главе с «Саффолком», «Бисмарк» совершил поворот на 270° на правый борт и, разорвав радиолокационный контакт, взял курс на Сен-Назер, всё ещё опасаясь, что находится в зоне действия британских радаров.
Утром 25 мая в 9:00 Лютьенс отправил длинную радиограмму продолжительностью около получаса: он доложил о нападении британских торпедоносцев, повреждениях, радарной слежке и заканчивающихся запасах топлива. Западное военно-морское командование приказало прекратить радиопередачи, и с 10:00 «Бисмарк» соблюдал полное радиомолчание. Британский флот, перехвативший радиограмму Лютьенса, сумел установить точные координаты «Бисмарка», однако они были переданы командующими британскими силами адмиралу Джону Тови с ошибкой, из-за чего в его штабе был сделан вывод, что немецкий линкор направляется в сторону пролива между Исландией и Фарерскими островами, вследствие чего британские корабли на некоторое время двинулись совсем в другом направлении. Несмотря на все усилия (к этому времени в операции против «Бисмарка» было задействовано 46 британских кораблей и ряд самолётов), в течение 25 мая британцы так и не смогли обнаружить «Бисмарк». В тот же день в связи с неблагоприятным развитием событий Лютьенс обратился к экипажу со следующей речью:
Экипаж корабля «Бисмарк»! Вы покрыли себя великой славой! Потопление линейного крейсера «Худ» имеет не только военную, но и моральную ценность, поскольку «Худ» был гордостью Англии. Отныне враг будет пытаться собрать свои боевые корабли и бросить их на нас. Поэтому вчера в полдень я отправил «Принц Ойген» в свободное плавание, чтобы он возглавил охоту на транспортные корабли. Ему удалось миновать противника. Нам же был дан приказ добраться до французского порта в связи с полученными попаданиями. На нашем пути соберутся противники, которые завяжут с нами бой. Немецкий народ с вами, и мы будем стрелять до тех пор, пока не раскалятся орудийные стволы и пока не будет выпущен последний снаряд. Для нас, солдат, может быть только победа или смерть!
По свидетельствам выживших членов экипажа линкора, они были потрясены услышанным: Лютьенс не стремился укрепить боевой дух немецких моряков. Напротив, в своей речи он намекал на печальную правду о том, что положение корабля является плачевным, и он не дотянет до ближайшего дружественного порта. Это вызвало серьёзную обеспокоенность среди всех членов экипажа вне зависимости от ранга. Моряки сделали вывод, что адмирал Лютьенс не был уверен в том, что все они вообще останутся в живых. Капитан Эрнст Линдеманн, признавая причинённый кораблю ущерб, пытался найти хоть какие-то плюсы в сложившейся ситуации. Так, через час он выступил с речью, заявив, что на помощь кораблю придут подлодки и силы люфтваффе, но лишь частично сумел ободрить моряков. В тот же день Лютьенс получил сообщения с наилучшими пожеланиями от Гитлера и Редера, причём от первого сообщение было достаточно кратким и резким. Радиограмму от Гитлера Лютьенс скомкал и сложил в карман без каких-либо комментариев.
В 10:30 26 мая британская воздушная разведка наконец сумела добраться до корабля. Разведывательный самолёт «Каталина» из ( ), вылетевший с авиабазы через , сумел обнаружить линкор по оставленному им нефтяному следу: этот самолёт-разведчик вели офицер-лётчик (старший лейтенант) британских ВВС и лётчик-наблюдатель энсин . На основании доклада лётчиков было установлено, что «Бисмарк» шёл курсом 150° и находился в 690 морских милях от Бреста: британцы решили направить авианосец «Арк Ройял» из Соединения H в погоню за линкором. В течение всего дня самолёты с борта авианосца поддерживали контакт с линкором. Первая попытка атаки была предпринята около 15 часов дня в условиях густого тумана, когда взлетели 15 торпедоносцев «Суордфиш», которые по ошибке атаковали крейсер «Шеффилд», о присутствии которого лётчикам не было известно. К счастью для британцев, ни одна из 11 выпущенных торпед в цель не попала. В 17:24 этот крейсер обнаружили немцы, пробив боевую тревогу; в свою очередь, британский крейсер также установил контакт с немецким линкором.
Атака торпедоносцев
Вторая попытка атаки была предпринята в 19:10, когда с «Арк Ройяла» были вновь подняты 15 торпедоносцев. Согласно плану атаки, они должны были сначала выйти на «Шеффилд», и далее следовать его сигналам о местоположении «Бисмарка». После некоторых накладок торпедоносцы обнаружили немецкий линкор и в 20:47 начали атаку, которая шла при сильной облачности и значительном волнении моря. Британские самолёты атаковали с кормы звеньями по три машины, при этом в облачности звенья не всегда могли держать строй, и в результате в атаку выходили от одной до четырёх машин. «Бисмарк» активно противодействовал, энергично маневрируя и ведя огонь из всех орудий, не исключая главный калибр. Атака продолжалась около получаса, всего на немецкий линкор было сброшено 13 торпед, из которых попали две или три. Ни один британский самолёт при этом не был сбит, хотя четыре машины получили сильные повреждения. Одна или две торпеды попали в корму, в районе левого турбинного отделения, немного ниже броневого пояса, что привело к затоплению тоннеля левого гребного вала. Но фатальным для корабля оказалось другое попадание — в борт под румпельными отделениями перед осью левого руля. В результате румпельные отделения были затоплены, а оба руля — заклинены в положении 12° на левый борт. Из-за повреждений вода стала поступать на главную палубу. Пока командир корабля Линдеман и старший механик Леман обсуждали, как починить вышедший из строя руль, будучи уверенными в возможности это сделать в принципе, Лютьенс уже смирился со случившимся, приняв самые худшие последствия этой атаки. В течение получаса после атаки Лютьенс составил записку для немецкого командования и экипажа.