Ришар из Пуату, или Ришар Пуатевинец, он же Ришар Клюнийский (, или Richard de Cluny, ; около — около Немецкая национальная библиотека, Берлинская государственная библиотека, Баварская государственная библиотека и др. Record #118600281 // Общий нормативный контроль (GND) — 2012—2016.Krümmel A. Richard von Cluny (oder Poitiers) // Biographisch-Bibliographisches Kirchenlexikon. — Bd. VIII. — Herzberg, 1994. — col. 208.CERL Thesaurus — Консорциум европейских научных библиотек.Record #30329372 // VIAF — 2012. или Schnack I. Richard von Cluny, seine Chronik und sein Kloster in den Anfängen der Kirchenspaltung von 1159 // Historische Studien. — Bd. 146. — Berlin, 1921. — S. 17.The Continuation of Richard of Poitiers // In Nomine Jassa. Blogosuavs.) — французский хронист и поэт, монах-бенедиктинец из клюнийского аббатства в Иль-д’Экс (Пуату)Richard le Poitevin // ARLIMA. Archives de littérature du Moyen Âge., автор латинской «Хроники» () и др. исторических сочинений и поэм.
Его следует отличать от его английского современника , служившего архидиаконом собора в Пуатье, а также от короля Ричарда I Львиное Сердце, которого некоторые современные ему летописцы называли «Ричардом из Пуату», вслед за его матерью Алиенорой Аквитанской, звавшей его «своим пуатевинцем»Грановский А. В. История короля Ричарда I Львиное Сердце. — М.: Русская панорама, 2007. — С. 43.. Тем более что расхожее написание имени хрониста, из-за отсутствия каких-либо указаний на связи его со столицей провинции, довольно условно, и написание «Пуатевинец» выглядит более предпочтительнымПерну Режин. Алиенора Аквитанская / Пер. с франц. А. С. Васильковой. — СПб.: Евразия, 2001. — С. 189.Она же. Ричард Львиное Сердце / Пер. с франц. А. Г. Кавтаскина. — М.: Молодая гвардия, 2009. — С. 40.Флори Жан. Боэмунд Антиохийский. Рыцарь удачи / Пер. с франц. И. А. Эгипти. — СПб.: Евразия, 2013. — С. 27..
Биография
О его жизни мало что известно, кроме нескольких отрывочных упоминаний и намёков, содержащихся в его хронике и стихах. Имя «Ришар Пуатевинский» указывает на возможное происхождение из ПуатуSchuster B. Richard of Cluny // Encyclopedia of the Medieval Chronicle. — Vol. 2. — Leiden; Boston, 2010. — p. 1275., но то, что он называет себя «клюнийским монахом» (), можно понимать двояко: или он подвизался в самом аббатстве Клюни в Бургундии, или в одной из обителей общеевропейской конгрегации клюнийских монастырей (). Во всяком случае, какими-либо независимыми источниками о его жизни или происхождении учёные не располагают.
В 1879 году французский историк-архивист на основе указания в одной из рукописей хроники Ришара пришел к выводу, что в юности он принял постриг в клюнийском монастыре Иль-д’Экс в ПуатуBerger É. Notice sur divers manuscrits de la Bibliothèque vaticane. Richard le Poitevin, moine de Cluny, historien et poète. — Paris, 1879. — pp. 45–47.. Однако в начале XX века разыскания немецкой исследовательницы , напротив, позволили утверждать, что трудился он в скриптории материнского аббатства Клюни близ Макона, что, впрочем, кардинально не противоречит гипотезе Бержера. Издатель поэзии Ришара Брайан Скотт, опираясь на выводы английского антиквария эпохи Тюдоров Джона Бейла, пришёл к выводу, что хронист происходил из исторической области ОниSaurette M. Tracing the twelfth-century Chronica of Richard of Poitiers, monk of Cluny // Memini. Travaux et documents. — Vol. 9—10. — Montréal, 2005—2006. — p. 305..
Анализ поэзии Ришара, включающей, в частности, оду городу Лондону и содержащей жалобы на морскую болезнь, показывает также, что между 1143 и 1154 годами он побывал в АнглииMolinier A. Richard le Poitevin, historien et poète // Les Sources de l’histoire de France — Des origines aux guerres d’Italie (1494). — Pt. II. — Paris, 1902. — p. 315., где, возможно, общался с Генрихом Блуаским, активным участником клюнийского движения, ставшим в 1126 году аббатом Гластонбери, а в 1129-м епископом УинчестерскимBerger É. Notice sur divers manuscrits de la Bibliothèque vaticane. Richard le Poitevin, moine de Cluny, historien et poète. — p. 49..
Из посвящения Ришаром своей хроники девятому аббату Клюни Петру Достопочтенному, видно, что он работал над ней уже в 1156 году, в год смерти этого настоятеляSchnack I. Richard von Cluny, seine Chronik und sein Kloster in den Anfängen der Kirchenspaltung von 1159. — S. 44.. Однако последние годы жизни, а также место и время смерти самого летописца являются предметом дискуссий. Можно лишь предположить, что он был жив ещё в 1173 году, которым закончил свой каталог римских пап. В документах его обители и других клюнийских монастырей упоминаются несколько монахов по имени Ришар, один из которых был жив ещё в 1188 году, но никаких оснований для отождествления его с хронистом на сегодняшний день не имеется.
Сочинения
Хроника Его главный исторический труд носит название «Хроники Ришара из Пуатье, клюнийского монаха, составленной на основе разнообразных источников» (), что само по себе уже указывает на её компилятивный характер. В предисловии автор сам даёт подробный перечень авторов, на труды которых опирался: Тит Ливий, Иосиф Флавий, Гай Светоний Транквилл, Луций Анней Флор, Егесипп, Марк Юниан Юстин, Флавий Евтропий, Иероним Стридонский, Павел Орозий, Аврелий Августин, Гильда Премудрый, Григорий Турский, Исидор Севильский, Беда Достопочтенный, Павел Диакон, Теодульф, Фрекульф, Адон Виеннский, Анастасий Библиотекарь, Эмуан из ФлёриBerger É. Notice sur divers manuscrits de la Bibliothèque vaticane. Richard le Poitevin, moine de Cluny, historien et poète. — p. 90. и др.
Однако, невзирая на подобную открытость Ришара, анализ его сочинения показывает, что, к примеру, сведения Светония или Эмуана он черпает только из вторых рук, многие же из остальных своих источников, вроде фантастического «Романа об Александре», содержащего вымышленное письмо полководца к Аристотелю, он цитирует лишь изредка или просто упоминает. В то же время, ряд сведений заимствован им из трудов неупомянутых авторов, например, «Естественной истории» Плиния Старшего или «Собрания достопамятностей» Гая Юлия СолинаSchnack I. Richard von Cluny, seine Chronik und sein Kloster in den Anfängen der Kirchenspaltung von 1159. — S. 70–73..
Это создаёт впечатление, что внушительный перечень вышеназванных имён приводился Ришаром главным образом с целью придания значимости собственному сочинению, создававшемуся в нетрадиционном для клюнийцев жанре «универсальных», или всемирных хроникSaurette M. Tracing the twelfth-century Chronica of Richard of Poitiers, monk of Cluny . — p. 306.. Вместе с тем, в дополнение к источникам, цитируемым явно, он явно опирается на труды некоторых неупомянутых им современников, включая «Деяния франков» Раймунда Ажильского (1105) и «Иерусалимскую историю» Фульхерия Шартрского (1127)Molinier A. Richard le Poitevin, historien et poète // Les Sources de l’histoire de France. — p. 316., откуда берёт сведения о крестовых походах, а также «Историю королей Британии» Гальфрида Монмутского (1136), где черпает сведения о легендарном Артуре. Современные исследователи прослеживают в тексте его хроники следы использования трудов не менее 42 известных им авторовSaurette M. Tracing the twelfth-century Chronica of Richard of Poitiers, monk of Cluny . — p. 309..
Хроника Ришара дошла до нас в трёх редакциях, первая из которых обозревает события с сотворения мира до 1153 года и представлена манускриптом второй пол. XII века из собрания Кольбера Национальной библиотеки Франции (MS Latin 5014), вторая продолжает их до 1162 года и представлена рукописью XIII века из собрания королевы Кристины Ватиканской библиотеки (MS Ottoboni 481), и, наконец, третья доводит изложение до 1171 года и представлена датируемым XIII-м столетием манускриптом MS 4934 также из парижского собранияBerger É. Notice sur divers manuscrits de la Bibliothèque vaticane. Richard le Poitevin, moine de Cluny, historien et poète. — pp. 56–61.. Видимо, после смерти автора хроника дополнена была анонимным продолжателем до 1174 года, а в следующем столетии доведена была сначала до 1250-го, а затем до 1284 года.
Разнообразие использованных в хронике материалов придаёт ей экзотический вид, ничем не напоминающий привычное летописное сочинение. Очевидно, что, будучи довольно начинанным для своего времени человеком, пользовавшимся обширными собраниями клюнийских библиотек, Ришар не имел ещё понятия об исторической критике и не пытался составить целостную картину эпохи, тем более отличить истинное от ложного. Вместо этого он лишь механически сопоставлял рассказы разных авторов об одном и том же событии или персонаже, даже если они друг другу противоречили. К примеру, он указывает различные периоды правления императоров или королей, в зависимости от того, предпочтёт ли читатель данные Флавия, Юстина, Иеронима или Орозия. Значительное место уделяется в хронике разным пророчествам, извлечённым из Священного писания или «Жизни Мерлина» Гальфрида Монмутского, причём почти всегда указывается, когда и каким образом они сбылись. Подобный интерес был характерен для собратьев-клюнийцев Ришара, стремившихся проследить в последовательности исторических событий нити божественного замысла, как это выражено, к примеру, в хронике Рауля Глабера (ум. 1047), использованной им в качестве образцаSaurette M. Tracing the twelfth-century Chronica of Richard of Poitiers, monk of Cluny . — p. 307..
В предисловии Ришар заявляет своей целью описать всю историю человечества от Адама и Евы в Эдемском саду до его собственного времени. «Поэтому, — пишет он, — мне приятно сообщить потомкам пускай и не всё, но то немногое, что смог я узнать о событиях, предшествовавших нашим временам, о том, что происходило тогда в разных частях света. Всё это хотя зачастую и было несопоставимым, следовало, тем не менее, божественному замыслу»Ex Richardi Pictaviensis Chronica // Monumenta Germaniae Historica. — T. XXVI. — Hannover, 1882. — p. 76.. Своей непосредственной задачей он видит не анализ причин или оценку фактов, а лишь тщательную фиксацию «знамений или бедствий, солнечных или лунных затмений, а также некоторых выдающихся людей, прославивших то или иное правление». Сосредоточившись на делах в христианских странах с упором на Францию, он сообщает немало сведений по истории классической античности и Древнего Востока, стараясь иллюстрировать ими в рамках клюнийской традиции библейские тексты. Предметом его интереса является деятельность не только ветхозаветных царей, ассирийских владык и римских понтификов, но и мифического трояца Энея и его легендарного потомка Брута, а также Ромула и Рема, Кира Персидского, Александра Македонского, Юлия Цезаря, императора Константина I, короля Артура, пророка Мухаммеда, Карла Мартелла и Карла Великого.
Ранние разделы хроники, основанные, главным образом, на трудах Исидора Севильского и Адона Виеннского, представляют меньшую историческую ценность, чем более поздние, подробнее касающиеся событий во Франции, с явным интересом к Пуату и англонормандской монархии. Заключительные разделы содержат немало интересных свидетельств, под 1096 годом, к примеру, сообщается не только о подготовке Первого крестового похода, но и о еврейском погроме, учинённом в Руане его участниками: «Прежде чем добраться до этих мест, крестоносцы не раз устраивали массовые избиения иудеев, во время которых уничтожили почти всё еврейское население Галлии, за исключением тех, кто согласился принять христианство. При этом они заявляли, что было бы несправедливо оставить в живых врагов Христа на родине, если уж они взялись за оружие, чтобы изгнать неверных». А под 1142-м рассказывается о поэте Гугоне Примасе Орлеанском (1095—1160), причём тоном, характерным скорее не для хроник, а для традиционных жизнеописаний трубадуров, выдавая явное знакомство автора с не дошедшими до нас произведениями последнегоРябчиков Данил. Музыкальная история средневековой Европы. Девять лекций о рукописях, жанрах, именах и инструментах. — М.: Рипол-классик, 2019. — С. 107..