Эрзянское национальное движение — движение эрзянского народа за национальное самоопределение, реализацию своих национальных, политических и экономических прав. Предпосылки для формирования эрзянского национального движения возникли во второй половине XIX века с распространением в среде эрзян идей просвещения. Весомую роль в этом процессе сыграли финские и эстонские этнографы и языковеды Хейкки Паасонен и Армас Отто Вяйсянен, которые не только совершили экспедиции к местам компактного проживания эрзян, подробно описали их быт, традиции и язык, но и воспитали целую плеяду учёных-последователей, оставивших яркий след в эрзянском национальном возрождении. В советский период эрзянские ученые и учителя воспользовались коротким периодом политики коренизации, в течение которого был разработан ряд букварей (впервые латинской графикой), учебное пособие, начато массовое издание эрзянозычной периодики. Этот период завершился Большим террором и уничтожением ведущих деятелей эрзянского возрождения. Новейший этап в истории развития эрзянского национального движения начался в конце 1980-х годов, когда с ослаблением партийного контроля за всеми сферами общественно-политической жизни эрзяне начали формировать первые национально-культурные общества и общественные движения: «Вельмема», «Вайгель» и «Масторава», ставшие кузницей национальных кадров и сыгравшие ведущую роль в формировании модерного национального движения эрзянского народа.
Предпосылки
Предвестником зарождения эрзянского национального движения стало появление слоя эрзянской интеллигенции, начавшего формироваться в Российской империи в конце XIX — начала XX века. Вдохновленные идеями народного просвещения ученые, учителя и художники распространяли знания об эрзянах и создавали первые эрзяноязычные научные и художественные тексты, переводили на эрзянский язык Священное Писание. Среди самых ярких представителей эрзянской интеллигенции, появившихся на рубеже ХІХ — XX веков, были педагог и энциклопедист Макар Евсевьев, создавший первые буквари для мокшан (1892) и эрзян (1897), и эрзянский скульптор, представитель стиля модерн Степан Эрзя.
Мощное влияние на развитие эрзянских и мокшанских социокультурных обществ и движений оказала Февральская революция. В 1917 году в Казани возникает «Мордовское культурное и образовательное общество». После Октябрьского переворота большевики начинают использовать периодику на языках коренных народов России как один из инструментов пропаганды коммунистических идей. Сами большевики утверждали, что печать эрзяноязычной периодики была вынужденным шагом, ведь эрзя не воспринимали русскоязычную прессу и не желали её читать. Большевистская статистика в 1925 году приводила данные, что только один из тысячи эрзян читает партийную прессу на русском языкеПотапов П. Ф. История мордовской журналистики — учеб. пособие — Саранск: изд-во Мордовского университета, 1994 — С.34.
Первой газетой, вышедшей на эрзянском языке, стало издание «Чинь стямо» (с эрз. «Рассвет»). Первый выпуск газеты датирован 15 июля 1920 года и выпущен в типографии Симбирска. «Чинь стямо» имела огромный успех среди читателей, что мотивировало партийное руководство к созданию новых газет на эрзянском языке. Уже в 1921 г. по инициативе Мордовской секции ЦК РКП(б) в Москве начинает издаваться еженедельник «Якстере теште» (с эрз. «Красная звезда»). Большинство колонок газеты были отведены именно под эрзяноязычные публикации. Изредка в газете появлялись статьи и на мокшанском языке. В первые месяцы своего существования газета имела тираж в 5 тыс. экземпляров, в дальнейшем — 3 тыс. Большинство публикаций газеты носили агитационный характер: превозношение большевистского руководства и коммунистических идей. Однако в каждом номере появлялись публикации и на сельскохозяйственную тематику: увеличение урожайности, уход за домашними птицами и скотом. Появление «Якштере Теште» стало фактором сплочения эрзянской диаспоры Москвы и появления в 1923 году общества «Сыргозема» (с эрз. «Пробуждение»)Abramova O. Diaspora Mordvins and their neighbours / Olga Abramova. — Oulu: University of Oulu, 2015. — 483 p. — (Congressus Duodecimus Internationalis Fenno-Ugristarum). — (Book of Abstracts). — 461—462 p..
В 1921 году в Саратове начинает издаваться газета «Якстере сокиця» (с эрз. «Красный пахарь»), в 1922 году в Кузнецке — «Якстере веле» (с эрз. «Красное село») и т. д. Редакции указанных изданий внесли неоценимый вклад в формирование литературного эрзянского языка — остро критиковали идею создания единого мордовского языка. В общей сложности, на протяжении 1920-х годов, на страницах эрзянской прессы было опубликовано более 600 литературных произведений эрзянских авторов. Только в «Якстере теште» напечатали более 200 стихов и 15 пьес на эрзянском языке.
Важную роль в становлении эрзянской идентичности сыграл один из основателей общества «Сыргозема» Анатолий Рябов, который в 1924—1930 годах работал методистом Мордовского бюро Совета национальных меньшинств РСФСР и сотрудником Всесоюзного центрального комитета нового алфавита при Совете национальностей ЦИК СССР. Здесь он разработал и передал президиуму научного совета ВЦИК проект нового эрзянского алфавита на латинской основе (1932)Брыжинский В. Анатолий Рябов в московском обществе «Сыргозема»// А. П. Рябов. Саранск 1994. Стр. 13-19.. Рябов работал над созданием единых норм эрзянского литературного языка. Подготовил 2 проекта эрзянской орфографии. С докладами об орфографии, морфологии и терминологии эрзянского языка выступал на 1-й (1933), 2-й (1934), 3-й (1935) научных конференциях в Саранске. Большое значение придавал вопросам преподавания в мордовских национальных школах, обеспечения их методической литературой. А. Рябов — автор и соавтор алфавита «Валдо чи» — «Светлый день» (1925), «Лисьма пря: Букварде мейле ловнома книга» — «Источник: Книга для чтения после алфавита» (1926); учебное пособие «Уроки эрзянского языка»; школьных учебников — «Эрзянь кель грамматика (Морфология)» — «Грамматика эрзянского языка (Морфология)» (1933), «Эрзянь кель грамматика (Синтаксис)» (1934); двуязычных словарей — «Эрзянь-рузонь валкске»— «Эрзянско-русский словарь» (1930), «Рузонь-эрзянь валкске» — «Русско-эрзянский словарь» (1931).
Непродолжительный период эрзянского национального возрождения завершился в 1932 году со сворачиванием в СССР политики коренизации. В 1937 году г. в Мордовии, как и во всём Советском Союзе, начались массовые репрессии, которые коснулись, прежде всего, представителей интеллигенции, в том числе и эрзянской. Уже в марте 1937 году органами НКВД были арестованы 11 сотрудников редакций и издательств. Более 80 % всех обвинительных актов в этот период по республике выносилось внесудебными органами (так называемыми тройками).
Доктора филологических наук Михаил Мосин и Таисия Шиянова утверждают, что именно с середины 1930-х и вплоть до конца 1980-х советское руководство проводило целенаправленную политику русификации эрзянской лексики. Научное наследие Анатолия Рябова, с его подробными терминологическими словарями, было объявлено «враждебным», а сам ученый, вместе с братом-переводчиком Владимиром, арестован органами НКВД и казнен в 1938 году.
Формирование национального движения
Появление эрзянского национального движения тесно связано с вопросом самоидентификации эрзян как отдельного этноса, объединённого единым языком и территорией, глубокими внутренними экономическими связями.
Современное эрзянское национальное движение развилось в конце 1980-х годов на фоне ослабления национальной политики СССР, неотъемлемой частью которой было объединение эрзян и мокшан в единый мордовский народ. Противопоставление этой политике — провозглашение эрзян отдельной самодостаточной нацией, с собственным языком, культурой и историей, является идеологической основой эрзянского национального движения. Его идеологи — представители эрзянской интеллигенции, которые объединились в редакции детского журнала «Чилисема» (с эрз. «Восход солнца»). В стенах редакции обсуждались вопросы национально-культурного возрождения эрзян, их взаимодействия с представителями других финно-угорских народов Советского Союза, перспективы создания полноценной системы образования на родном языке, развитие эрзянской прессы и книгоиздания. Этот центр интеллигенции действовал под руководством Маризь Кемаль — эрзянской поэтессы, журналистки и фольклористки, которой принадлежит тезис «кавто кельть — кавто раськеть» (с эрз. «два языка — два народа»), что определяет эрзян и мокшан как два отдельных этноса, а не субэтносы единого народа, к которому в Российской империи и Советском союзе применялся экзоним мордва.
Весной 1989 года, по инициативе профессора Дмитрия Цыганкина, журналиста Николая Ишуткина, поэтессы Маризь Кемаль, Григория Михатова и других активистов-эрзян был создан общественный центр «Вельмема», который быстро приобрёл популярность среди эрзянской интеллигенции. Вскоре деятельность центра привлекла внимание мокшан, приобщившихся к его работе. Уже в расширенном составе для части активистов рамки национально-культурной деятельности становятся тесными и «Вельмема» переживает раскол. Умеренные члены, во главе с Дмитрием Цыганкиным, создают организацию «Вайгель», занявшуюся возрождением и распространением национальных традиций, а более радикальные основывают Эрзяно-мокшанское общественное движение «Масторава», которое занимается не только национальным возрождением эрзи и мокши, но и стремится добиться представительства их интересов в органах власти.
«Вайгель» сплачивает вокруг себя писателей, поэтов, журналистов, языковедов (в общей сложности до 80 активных членов) и концентрирует свое внимание на проблемах возрождения и развития эрзянского языка.
Эрзяно-мокшанское общественное движение «Масторава» возглавил авторитетный профессор и публицист Дмитрий Надькин. Его соратниками стали Маризь Кемаль, Александр Шаронов, Кшуманцянь Пиргуж (Григорий Дмитриевич Мусалёв), Нуянь Видяз и ряд других известных эрзянских активистов. Своей целью движение задекларировало «активизацию национального, социального, духовного и культурного развития края, ставшего родиной для эрзян и мокшан… в соответствии с Конституцией СССР и Всеобщей декларацией прав человека ООН». 14 апреля 1989 года состоялось собрание инициативной группы общественного движения, на котором было принято обращение в Верховный Совет Мордовской АССР с такими требованиями:
Отмена псевдоэтнонима «мордва». Замена национальности «мордвин» — «мордовка» на «эрзя» — «эрзянка», «мокша» — «мокшанка». Замена названия «Мордовия» на «Масторава» с национальными областями Эрзяния и Мокшания. Предоставление республике полной автономии по решению национально-культурных вопросов. Проведение переписи эрзянского и мокшанского населения на всей территории СССР. Предоставление эрзянскому и мокшанскому языкам статуса государственных языков. Введение преподавания на родных языках в эрзянской и мокшанской национальных школах. Введение преподавания родного языка и литературы на территории всего СССР в местах проживания эрзи и мокши. Введение преподавания в эрзянских и мокшанских школах национального фольклора. Введение преподавания истории эрзяно-мокшанского народа во всех учебных заведениях республики, а также в эрзянских и мокшанских школах на территории остального СССР. Введение преподавания в русских школах республики эрзяно-мокшанской литературы, фольклора, языка и истории. Создание Национального театра. Создание литературно-художественного месячника «Масторава», который будет издаваться одновременно на эрзянском, мокшанском и русском языках. Переименование главных улиц Саранска в названия, связанные с историей эрзя-мокшанского народа и местного русскоговорящего населения. Установление всесторонних связей с эрзянами и мокшанами, проживающими за пределами республики. Достижение экологически чистого промышленного и сельхозпроизводства. Принятие мер по приданию нормального архитектурного вида Саранска. Содействие сохранению памятников истории и культуры.