Ада́м Анто́нович Войнило́вич (, 1 ноября 1806, Слуцкий уезд, Минская губерния, Российская империя — 22 декабря 1874, деревня Савичи, Слуцкий уезд, Минская губерния, Российская империя) — среднезажиточный земледелец Слуцкого уезда Минской губернии, попечитель сельских запасных лавок Слуцкого уезда (1835-1845).
Отец Эдварда Адамовича Войниловича (1847-1928), заместителя председателя (1888-1907) и председателя (1907-1921) Минского сельскохозяйственного общества (1878-1921), депутата (1906-1909) Государственного Совета Российской империи от Минской губернии.
Происхождение рода Герб «Сырокомля» принадлежал католическому мещанскому дворянскому роду Войниловичей, представители которого занимали различные земские должности в Новогрудском воеводстве Великого княжество Литовского и Слуцком уезде Минской губернии Российской империи.
Он родился 1 ноября 1806 года в семье Антона Адамовича Войнилович (1771-1855), слуцкого уездного предводителя (1811-1818), и его жены Теофиль Одинец (1782-1845). Отец Антон Адамович Войнилович был сыном Адама Франтишковича Войниловича (1739—1803), новогрудского подкоморний ( 1783—1797 ) и его жены Каролины Каролевны Сулистровской, поженившихся в 1770 году.
Сначала он был крещен 21 ноября 1806 года в родовом имении Савичи в униатской церкви в Савичах, а затем 23 ноября в католической церкви в Тимковичах (Слуцкий уезд). Отец назвал его «Адамом» в честь князя Адама-Ежи Чарторыйского . Полное же имя получил «Адам-Доминик» Рыбчонак, С. Вайніловічы гербу «Сыракомля»... С. 29..
Образование В молодости будучи католиком, учился в Слуцке в кальвинистской школе, а затем в лучшие времена этого учебного заведения учился в Виленском университете, живя в доме своего дяди Яна Войниловича (1767-1844), член комиссии Радзивиллов, в Вильнюсе.
Служебная деятельность После окончания университета Адам Войнилович был направлен на штатскую службу — в канцелярию Виленского университета (с 1 октября 1827 г.), где 22 мая 1829 г. получил чин губернского секретаря Яцкевіч, З. Радавод… С. 11. . С 1829 г. стал жить в имении и заниматься сельским хозяйством.
Университетские знания помогали ему заниматься хозяйством и быть посредником во многих земельных спорах, за что получил большой авторитет в местном обществе. Но служебную карьеру сделал не очень заметную: был назначен на должность участкового инспектора временного полицейского управления Слуцкого уезда (с 20 августа 1832 по 9 июня 1842 г.), параллельно (по итогам дворянских выборов в Минске) был выбран 27 сентября 1832 года. дворянами Слуцкого уезда на должность предельного (граничного) судьи Слуцкого уезда (1832-1835). На очередных дворянских выборах в Минске 12 сентября 1835 года. был выбран на должность попечителя сельских запасных магазинов Слуцкого уезда (1835-1845): на эту должность он переизбирался дворянами Слуцкого уезда на выборах в 1838 и 1841 гг . В последний раз Адам Войнилович был переизбран на пост попечителя сельских запасных магазинов Слуцкого уезда (и вторым кандидатом на пост слуцкого уездного маршалка) на дворянских выборах в Минске 30 октября 1844 г. и прослужил до 25 апреля 1845 г., когда подал в отставку, не проработав в должности до 1847 г. .
Единственной заметной должностью для Адама Войниловича в пределах Белоруссии было то, что в 1857 году он был соглашателем при продаже огромных борисовских имений ( Старый Борисов и др.) князя Льва Людвиковича Радзивилла (1808-1885) (по состоянию договор Саксонии ) в Россию великому князю Николаю Николаевичу (1831-1891) Woyniłłowicz, E. Wspomnienia… С. 9. . Именно из-за своего большого опыта в урегулировании земельных дел, эрудиции, добросовестности, благородство души Адам Войнилович был выбран на эту роль арбитра. Работа Адама Войниловича в Финансовой комиссии, которая готовила борисовские имения для продажи, была успешной: почти все постройки в имении были возведены по его планам и под его руководством, луга осушенный, долги имения в значительной степени уплачен . Эти качества души и дело родители в полной мере проявятся и в деятельности его сына Эдварда Войниловича (1847-1928).
Семья
Адам женился, имея более 40 лет, так как до сих пор его очень занимала общественная деятельность по обустройству земельных споров между дворянами. Женой стала Анна (Анеля) Эдвардовна Ванькович (1826-1893) — дочь Эдуарда Станиславовича Ваньковича (1793-1872), минского уездного предводителя (1817-1820), владельца имения Великая Слепянка, Комаровка под Минском (ныне одноименные районы известны в пределах Минска ), Заречья-над-Свислочей Минского уезда, и его жена Михалина Станиславовна Манюшка, тётя известного композитора Станислава Манюшки . Ее семья Ванькович принадлежала к областной элите Минского воеводства Великого княжество Литовского, а позже и Минской губернии Российской империи, где имела имения (в Минском и Игуменском уездах). В частности, дед Анны Эдуардовны Ванькович, пан Станислав Александрович Ванькович (?—1812) был борисовским уездным предводителем (1797—1802), а затем Минским губернаторским предводителем (1802—1806) и владел имениями в Минской, Игуменской и Борисовского уездов Минской губернии.
В семьи Войниловичей с пятью детьми (четыре дочери и сын Эдвард), имевшая небольшое поместье, материальные возможности были весьма ограничены, ведь мать Анна с большим наследия своих родителей Ваньковичей получила себе только 10 000 рублей серебром .
Сын Адама Эдвард Войнилович (1847-1928) стал крупным хозяйственным и политическим деятелям Российской империи и Белоруссии — был вице-председателем (1888-1907) и председателем (1907-1921) Минского сельскохозяйственного общества (1878-1921)., депутат (1906-1909) Государственного совета Российской империи от Минской губернии, лидер либерально-консервативного направления «регионализма» и председатель Краевой партии Литвы и Белоруссии (1907-1908), депутат активный сторонник белорусской государственности.
Одна дочь, Михалина Адамовна Вайнилович (1848-1941), вышла замуж за престарелого Оттона Игнатовича Горвата (1809-1894), бывшего Минского губернского предводителя (1847-1853), для которого этот брак был вторым. Первой женой Оттона Хорвата была Людвика Львовна Оштарп (8 июня 1807—?) — дочь Минского губернского предводителя (1823—1847) Льва Францевича Оштарпа (1785—1851) от его жены Елены Кунцевич. Михалина с Войниловичей Горвата построила приходской костёл в Тимковичах (Слуцкий уезд), в чем ей помогал настоятель Тадеуш Аскерко.
Вторая дочь Габриэла Адамовна Войнилович (1850—1879) вышла замуж за Ежи Петровича Могильницкого (1827—1915), владельца усадьбы Фили в Слуцком уезде, участника восстания 1863—1864 годов и организатора восстания в Слуцком уезде, который был арестован и выслан русскими властями в Сибирь . Имение Фили было конфисковано российскими властями. Брак Ежи Могильницкого и Габриэлы состоялся где-то после 1869 года. в Люблинском воеводстве, когда Могильницкий вернулся из ссылки в Сибири и купил имение Бзовец в Красноставском уезде Люблинского воеводства, где поселилась молодежь .
Третья дочь Мария Адамовна Вайнилович (1849-1927) вышла замуж за Ксаверия Бельского (1842-1919), собственника имения Отечин в Кобринском уезде.
Четвертая дочь Ядвиги Адамовна Войниловича (1864—1935) вышла замуж за Вацлава Хенриковича Костровицкого, владельца имения Грицковщина (близ Койданова ) Минского уезда Минской губернии . Ядвига была подругой известной польскоязычной писательницы Марии Родевич (1863-1944) из Ялавка, а также «правой рукой» ее брата Эдварда Войниловича. После Рижского договора 1921 г. переехала с семьей Войниловичей в Быдгощ, где умерла и была похоронена рядом с братом Эдвардом на городском Старофарном кладбище.
Восстание 1863-1864 годов и угроза секвестра имений
Брат Адама Тадеуш Войнилович (1804—1878), будучи патриотом, авторитетным и многолетним слуцким уездным предводителем (1845—1863), принимал участие в событиях, связанных с подписанием т. н. «Минского протокола», когда во время дворянских выборов в Минске в 1862 г. дворяне Минской губернии внесли в протокол дворянского собрания текст обращения к русскому царю о желании соединить Минскую губернию в административных отношениях с польскими губерниями Российской империи, мечтая о возрождении прежней Речь Посполитая. Тадеуш Войнилович подписал протокол, подал в отставку с поста предводителя и даже со спокойной душой в своем имении готовился быть высланным русскими властями за такой шаг, но добился успеха Woyniłłowicz, E. Wspomnienia… С. 16..
Эмоциональный патриотический порыв охватил многие слои общества литовско-белорусских губерний, особенно бурно реагировали молодые люди и женщины на любые отзывы о событиях в Варшаве и их крае. Слуцкая гимназия, среди которой было более 300 учащихся, часто оставляла свои прямые обязанности по учебе ради участия в патриотических демонстрациях как в храме, так и за его пределами, носила «патриотические украшения» (шпильки с «Орлом» или «Погоня», булавки с портретами Тадеуша Костюшко, Анджея Замойского, Леопольда Кроненберга). Люди среднего возраста выходили на демонстрации в контушах и конфедератках с национальными гербами, пели патриотические и религиозные гимны в храмах и на улице, восхищались местными агитаторами (которые своей деятельностью делали себе популярность в народе), передавали друг другу нелегальную литературу, прихватили оружие, а иногда и самих повстанцев. Те трезвомыслящие люди, которые смотрели глубже и видели, что восстание не было подготовлено и не имело никаких шансов на успех, а последствия его были бы неблагоприятны для края, были пристыжены возбужденной толпой Woyniłłowicz, E. Wspomnienia… С. 17—18..
Сын Адама Войниловича Эдвард, который в 1861—1865 годах учился в Слуцкой кальвинистской гимназии, был патриотом, но записал в своих воспоминаниях, что мало тогда реагировал на призывы местных агитаторов и повстанческих эмиссаров и не разделял сформированую тогда агитаторами в людском окружении общественное мнение Слуцка, которая впоследствии изменила своим же героям: «Единственное, что я считал плохим тогда и не могу простить теперь, это то, что широкие круги общества были так неопытны или загипнотизированы. <...> Могу привести примеры: были разбиты окна графа Эмерика Чапского, основателя музея Чапского в Кракове, а позднее директора Департамента лесного хозяйства. Мой шурин, Ежи Могильницкий Ежы Пятровіч Магільніцкі (1827—1915) узначаліў паўстанне ў Слуцкім павеце, быў высланы на катаргу, а пасля вызвалення ажаніўся з Габрыэлай Адамаўнай Вайніловіч (1850—1879), сястрой Эдварда., сосланный на каторгу, не имел мира с творцами общественного мнения, которые потом пили чай с бубликами, когда у него конфисковали имение. Я все это помнил, и эта несправедливость, вероятно, повлияла на то, что он был слишком равнодушен к общественному мнению и так и не добился популярности. Так было создано общественное мнение, которому люди стали поддаваться, вопреки своим глубочайшим убеждениям, и жертвовали своей жизнью и имуществом, сознавая даже всю бесплодность своего самопожертвования. <…> Для иллюстрации настроения приведу личный пример: имел счастье иметь матку, любовь которой ко мне была безграничной, и помню, как меня, 15-летнего юношу, она подговаривала, чтобы, когда придет минута, стал в ряды тогдашних мнимых защитников отечества. Минута та пришла — на мое счастье, не был дома, когда пришла в Савич слуцкая партия „Партыяй“ у часы паўстання называлі паўстанцкі атрад. под руководством славного полковника Владислава Машевского, несколько лиц забрали мое ружье, забрали 6 запряженных лошадей и писаря поместья, которого мать благословила и отправила. Маневрировали недолго, были разбиты на границе Игуменского уезда» .