Алекса́ндр Алекса́ндрович Ко́нге (, — , , ныне Волынская область Украины) — русский поэт Серебряного века, близкий к петербургскому кругу символистов и акмеистов, посещавший собрания «Цеха поэтов», во время войны — подпоручик лейб-гвардии Павловского полка. Погиб во втором Ковельском сраженииФокин П. Е., Князева С. Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XIX–XX веков. В 3-х томах. (Том 2. К-Р). — СПб.: Амфора, 2007 г. — 636 с., посмертно награжден Георгиевским оружием.
Биография Александр Конге родился в Санкт-Петербурге, его предки (фамилия Конке) были выходцами из Дании и поселились в столице ещё в петровские временаСадовской Б. А. Записки (1881—1916). Публ. (вступ. ст. и примеч.) С. В. Шумихина. Российский Архив: История Отечества в свидетельствах и документах XVIII—XX вв.: Альманах. — М.: Студия ТРИТЭ: Рос. Архив, 1994 г.. Кроме Александра, в семье было ещё двое детей, младший брат и младшая сестра.
Стихи начал писать очень рано, в первые годы главным поэтическим ориентиром и предметом подражания был Александр Блок. Вероятно, творчество молодого студента вызвало сочувствие у Блока и он принял участие в начале его литературной судьбы. В начале 1911 года П. В. Безобразов направил Александру Блоку рекомендательное письмо по поводу Александра Конге, в котором просил проявить отдельное внимание к «молодому певцу, который, говорят, Вам подражает»Блок и литераторы (неизвестные письма С. А. Алякринскому, М. Ф. Андреевой, Н. С. Ашукину, П. Н. Зайцеву, В. А. Зоргенфрею, П. П. Муратову, С. Л. Рафаловичу). Публикация и комментарии Р. Д. Тименчика. — стр. 548-549.
Первой публикацией стало несколько стихов Конге, отобранных Владимиром Нарбутом для отдела поэзии студенческого журнала «Gaudeamus», где Конге оказался в контексте таких начинающих поэтов как Анна Ахматова, Георгий Иванов, Алексей Скалдин и Владимир Княжнин. В это время Александр Конге учился на экономическом отделении Санкт-Петербургского политехнического институтаЦГИА, СПб. фонд 478, опись 3, дело 3168.
В 1911 году Конге познакомился с Михаилом Долиновым, своим младшим сверстником, который стал его ближайшим другом и «литературным близнецом». Между тем, характеры у этих «близнецов» были очень разные. И если Конге более тяготел к творчеству, то в интересах Долинова преобладало общение, участие в разных группах и составление прожектов или интриг, нередко сомнительного или провокационного качества. Вскоре после знакомства, в 1912 году два молодых автора опубликовали совместный стихотворный сборник «Пленные голоса. Стихи А. Конге и М. Долинова»Долинов Михаил, Конге Александр. Пленные голоса: Стихи. С предисл. А. А. Кондратьева; Обл. К. А. Вещилова. — СПб.: Тип. государственная, 1912 г. — 159 с., 500 экз., после которого их имена регулярно упоминались вместе. В сборник вошли два небольших цикла стихов. Первым значились «Цветы в тумане» А. Конге, а вторым — «Струнные напевы» М. Долинова Один из экземпляров книги авторы торжественно отправили Брюсову с дарственной надписью «от маленьких поэтов»). Другой экземпляр был преподнесён Николаю Гумилёву, лично. Надпись от авторов была значительно проще: «Глубокоуважаемому Николаю Степановичу Гумилёву. М. Долинов, А. Конге»Что и как читали русские классики? (От круга чтения к стратегиям письма). Коллективная монография. — Санкт-Петербург; Издательство «Пушкинский Дом», 2017 г. — с. 438. Отзыв Гумилёва на поэзию Михаила Долинова был достаточно сдержанным и в чём-то сходным с более поздним, блоковским. Подчеркнув очевидную вторичность творчества молодого поэта, он попутно заметил, однако, что поэт имеет «определённую культуру стиха»Николай Гумилёв в воспоминаниях современников. — М.: Вся Москва, 1990 г.. Отношение к творчеству Конге у Гумилёва было значительно более доброжелательным.
Василий Гиппиус в своей рецензии на сборник стихов «Пленные голоса» отметил влияние поэзии Блока на Александра КонгеВ. В. Гиппиус. Сборник стихов А. А. Конге и М. А. Долинова «Пленные голоса» (СПб., 1912) — СПб., «Новая жизнь», № 1, 1912 г. — с. 269. Между тем, сам Александр Блок к творчеству Долинова относился значительно более прохладно, чем к стихам Конге. Известна его ярко-скептическая характеристика«…териокский дачник имеющий много знакомых и любящий nобаловаться стихами разного сорта — от Парни до Игоря Северянина и от Алкеевой строфы до венка сонетов»., выданная Долинову семью годами позжеТименчик Р. Д. Русские писатели, 1800-1917 : Биографический словарь, гл. ред. П. А. Николаев. — М. : Большая российская энциклопедия, 1992. — Том 2 : Г-К. — С. 154. — 623 с. — (Сер. биогр. словарей: Русские писатели. 11—20 вв.). — 60 000 экз., уже после гибели Конге. Излишне туманное и «слегка увечное» название совместного сборника двух поэтов, вполне вписывавшееся в контекст многочисленных продолжателей и подражателей русского символизма, неоднократно становилось предметом шуток и пародийРоман Тименчик. Ангелы. Люди, Вещи: в ореоле стихов и друзей. — М.: Мосты культуры/Гешарим, 2016 г. — 832 с.. Как писал о подобной манере называть книги Саша Чёрный: «Для сборников стихов предпочтительнее что-нибудь узывное и тугопонятное: “Пусть лилии молчат”, “Филь”, “Арфы из шарфов” или “Шарфы из арф” (по вкусу)»Саша Чёрный. Новейший самоучитель рекламы (Для гг. начинающих и „молодых“). — СПб.: Русская молва. 13 апреля 1913 г..
Более чем сухо откликнулся на сборник «Пленные голоса» Валерий Брюсов, получивший от поэтов экземпляр книги с дарственной надписью («от маленьких поэтов»). Его рецензия состояла всего из трёх фраз, в целом, согласных с тем, что написали сами авторы на титульном листе его экземпляра.
А. Кондратьев вступительной статьёй, представляет читателям двух дебютантов: Г. Конге и Г. Долинова, и видит в их стихах «подаренные музой цветки». Цветки эти, однако, весьма скромные, и никому не трудно набрать большие букеты таких же. Будем, впрочем, верить, что г. Кондратьев, ближе знающий начинающих поэтов, подметил в них <какие-то особенные> силы, в их стихах ещё не выразившиесяАлександр Очеретянский, Джеральд Янечек, Константин Кузьминский, Вадим Крейд. Забытый авангард: Россия, первая треть XX столетия. Поэзия. Сборник справочных и теоретических материалов. Книга 2. — Нью-Йорк-СПб.: издательство Глагол, 1993 г. — Тираж 500 экз..
В начале 1913 года Долинов и Конге близко сошлись с Б. А. Садовским и его окружением, в котором на тот момент активно доминировал Александр Тиняков. Вместе они задумывают прожект издания полемического альманаха или журнала «Галатея», ставившего себя особняком против остальной литературы, прежде всего, против группы акмеистов. В составе участников значились, прежде всего, Садовской и Тиняков, а также Александр Рославлев, с которым в марте 1913 года Конге регулярно общался по делам «Галатеи», Иван Рукавишников, Владимир Юнгер, которого Долинов двумя годами спустя назвал своим «другом и братом по лире», Александр Коноплянцев и Владислав Ходасевич. Не прошло и месяца, как между участниками начались личные конфликты и всё дело расстроилось. Немалую роль в этом сыграл Михаил Долинов, взявший на себя роль литературного секретаря при Садовском и, как следствие, будущей редакции альманаха. Конкуренция за лидерство (право определять авторов и состав альманаха) между Долиновым и Тиняковым привела к тому, что уже 24 марта 1913 года Садовской категорически отказался от участия в «Галатее», после чего прожект альманаха умер сам собой.
Несмотря на короткую и крайне неудачную историю сотрудничества с Михаилом Долиновым, Борис Садовской сохранил очень хорошее, почти восторженное отношение к Александру Конге, вероятно, усилившееся после его гибели на фронте. Спустя три с небольшим года он вспоминал: А. А. Конге, юный студент, изумлял стихийной силой таланта. Конге был до мозга костей петербуржец; здесь он родился и здесь провёл свою короткую жизнь. Ему так и не удалось побывать в Москве. Любимым его писателем был Достоевский в ранних вещах. Вне Петербурга Конге немыслим. Потомок датского выходца Конке, еще петровских времен, он являл чистый северный тип развалистого, слегка неуклюжего, блондина с бледными глазами. Летом любил собирать пауков и держал их в стеклянных банках.
В конце 1913 года с подачи Владимира Нарбута и после случайного знакомства с Николаем Гумилёвым, состоявшегося 29 октября 1913 года на «Вечере современной поэзии» в «Бродячей собаке»Степанов Е. Поэт на войне. Николай Гумилёв. 1914-1918. — Москва. Прогресс-Плеяда, 2014 г. – 848 с. — стр.14-15, Александр Конге посетил несколько заседаний «Цеха поэтов». Во время традиционных цеховых «поэтических разборов» отдельные строки Конге были особо отмечены Гумилёвым как удачныеЗенкевич М. А., «Сказочная эра». — Москва, «Школа-пресс», 1994 г.. В 1912-1913 годах небольшие подборки стихов Александра Конге были опубликованы также в журналах «Северные записки» и в «Свободном журнале».
Любопытно, что первоначальное знакомство с Николаем Гумилёвым произошло на почве неудачной попытки последнего «отбить» у Александра Конге его интимную подругу, которой Гумилёв посвятил (и прочитал вслух за столиком кафе) эротическое стихотворение в традиционных для него африканских тонахЭто стихотворение Гумилёва («Если встретишь меня, не узнаешь!») не было опубликовано при его жизни, сохранившись в двух рукописных вариантах (РГАЛИ и архив Лозинского).. Как описывал это событие сам Конге 3 ноября 1913 года в письме Садовскому, «автор стихотворения (впрочем, неплохого) идёт где-то в пустыне и декламирует, обращаясь “к ней”, что он видит её во сне каждую ночь, что в пустыне этой несчётные горы, “как твои молодые груди”, что путь его труден, но он надеется на свои силы: “Клянусь, ты будешь моей, даже если любишь другого” и т.д.» — Этой подругой Александра Конге была Мариэтта Шагинян. Спустя несколько дней Конге сочинил и прочитал на «Вечере современной поэзии» в «Бродячей собаке» свой ответ Гумилёву, носивший, отчасти, пародийный характер, и начинавшийся со слов «Мой соперник, в любви бесплодной...» — В тексте стихотворения, между прочим, содержался недвусмысленный намёк на возможную дуэль, которая, разумеется, не состоялась.
Вскоре после начала Первой мировой войны Александр Конге был мобилизован. Благодаря связям отца, он попал в лейб-гвардии Павловский полк под начало генерала Искрицкого и первое время находился в Петербурге на казарменном положении. С осложнением оперативной ситуации в 1915 году гвардейский полк был отправлен на фронт. Один раз в 1916 году Александр приезжал с фронта домой в отпуск. 17 июля 1916 года Александр Конге погиб во Втором Ковельском сражении «геройской смертью», как было написано на похоронном венке в его честь. Незадолго до падения монархии, 14 февраля 1917 г., посмертно награждён Георгиевским оружием одним из последних указов Николая II. В приказе подробно описывались обстоятельства гибели подпоручика Конге:
за то, что будучи в чине Подпоручика, в бою за переправу через р. Стоход у д. Витонеж 17-го Июля 1916 года, командуя 16-й ротой, увлек за собою людей роты в атаку, являя пример неустрашимости и высокой доблести, под ураганным артиллерийским и пулеметным огнем противника. Дойдя до окопов, бросился с ротой в штыки и, взяв две линии окопов, был убит, запечатлев своею смертью содеянный им подвиг №14851, Приказы армии и флоту за февраль месяц 1917 г.
Запаянный цинковый гроб с его телом был привезён в Петербург, панихида состоялась в зале казарменной церкви во дворе Павловского полка на Марсовом поле.