Большинство учёных идентифицируют нацизм (национал-социализм) как форму ультраправой идеологии и политики, фашизма и крайнюю форму политического этнического национализма в рамках немецкого националистического движения фёлькише или находившуюся под сильным влиянием последнего.

Вопреки самоназванию («национал-социализм»), нацистский режим имел мало общего с социализмом и рассматривается в качестве антисоциализма.

Форма ультраправой идеологии и фашизма Крайне правая идеология в нацизме включает идею, что существуют люди «высшей расы», которые имеют право доминировать над другими людьми и очищать общество от предполагаемых «низших элементов». Нацистская идеология стала продолжением более ранних политических теорий, которые породили также итальянский фашизм.

Родерик Штакельберг относит фашизм — включая нацизм, который, по его словам, является «радикальным вариантом фашизма», — к правым идеологиям, объясняя эту позицию так: «Чем в большей степени человек считает абсолютное равенство между всеми людьми желательным условием, тем левее он будет в идеологическом спектре. Чем в большей степени человек считает неравенство неизбежным или даже желательным, тем правее он будет». Майкл Манн, полемизируя с противниками отнесения нацизма к фашизму, настаивает на том, что нацизм является фашизмом и что последний следует рассматривать как более общий феномен.

Ряд учёных склонны выделять нацизм как особый исторический феномен, не считая его одной из разновидностей фашизма. Так, по мнению американского историка Джона Лукача, между немецким национал-социализмом и итальянским фашизмом существовало больше различий, чем сходства. Израильский политолог Зеэв Штернхель исключает нацизм из семьи общего фашизма из-за «биологического расизма» нацистской идеологии.

По вопросам взаимоотношения фашизма и расизма в науке существуют разные мнения. Сторонники одной точки зрения, в целом склонные выделять нацизм из фашизма, полагают, что идея биологического расизма была прерогативой нацистского режима, тогда как в фашизме делается акцент на нацию, а не расу.

Согласно другой точке зрения, представленной прежде всего Роджером Гриффином и его школой «нового консенсуса», биологический расизм органично вплетается в теорию и, особенно, практику фашизма, основанную на идее необходимости революционного «возрождения» и «очищения» нации или расы (палингенезиса). Сторонники этой точки зрения, в частности, полагают, что «классический» итальянский фашизм имел более расистский характер, чем было принято признавать в историографии до конца 1980-х годов. Тем не менее и эти учёные считают биологический расизм лишь одной (хоть и весьма распространённой) из возможных исторически обусловленных разновидностей такого непременного признака фашизма, как ультранационализм, и не считают идею расы неотъемлемым компонентом фашистской идеологии.

По мнению Гриффина, фашистский ультранационализм представляет собой не просто открыто антилиберальную, антипарламентскую форму национализма, но охватывает широкий спектр этноцентризма, возникающий из внутренней неопределённости понятия «нация» и из множества перестановок, в которых расизм может выражаться как рационализированная форма ксенофобии. Благодаря той многозначности и гибкости учёный считает, что выделяемый им «фашистский минимум» охватывает различные концепции «итальянской расы» в рамках итальянского фашизма, а также идеологию еврофашизма («Европа ста флагов»). Сюда входит и идея, ставшая частью большинства форм еврофашизма, — гомогенных этнических сообществ или этносов, а не национальных государств как основной единицы «здоровой» культуры. Фашистский ультранационализм также охватывает биологически детерминистский расизм (часто ошибочно приравниваемый к расизму tout court), проявляющийся в нацизме, а также в некоторых элементах идеологий румынской «Железной гвардии», Британского союза фашистов и венгерской Партии скрещённых стрел. В каждом случае такой расизм сосуществовал с «культурным» и «духовным» «диалектами» расизма, гораздо более близкими к господствующим фашистским типам.

Теория Гриффина отводит на второй план другие явные черты фашистского режима или движения, такие как его антисоциализм, дирижистская экономика и социальная политика, империализм, милитаризм, культ вождя и компромисс с традиционным консерватизмом. Гриффин относит их к «второстепенным» аспектам фашизма, которые могут возникнуть при попытке реализовать фашистскую утопию и не являются частью «фашистского минимума». В этом состоит основное различие с трёхчастным «типологическим описанием» Стэнли Пейна и определением, состоящим из одного предложения, оба из которых, согласно Гриффину, относятся к идеологическим, организационным и «стилистическим» аспектам фашизма, зависящим от специфического этоса межвоенного периода, а не присущим самому фашизму. Речь идёт в первую очередь о таких чертах, как культ вождя, парамилитаризм, театральная политика, территориальный экспансионизм, корпоративистская экономика.

Некоторые авторы считают, что идеальный тип фашизма Гриффина не подходит для описания нацизма, потому что тот был расистской, а не националистической идеологией. Гриффин отмечает, что в нацистской мысли германская нация и «германская раса» практически совпадали, а обращение к национализму простых немцев в смысле неумеренной любви к собственной культуре играло большую роль в социальной инженерии Третьего рейха.

Различные идеологии, впоследствии сформировавшие нацизм, прочно утвердились в немецком обществе задолго до Первой мировой войны. После Первой мировой войны сильное влияние на нацистов оказали другие ультраправые немецкие националисты, которые придерживались таких общих убеждений, как антимарксизм, антилиберализм и антисемитизм, национализм, презрение к Версальскому договору и осуждение Веймарской республики за подписание Компьеньского перемирия в ноябре 1918 года, которое позже привело к подписанию Версальского договора. Основным источником вдохновения для нацистов были крайне правые националистические фрайкоры, военизированные организации, которые участвовали в политическом насилии после Первой мировой войны. Первоначально среди ультраправых немцев после Первой мировой войны доминировали монархисты, но молодое поколение, которое было связано с национализмом в рамках движения фёлькише, было более радикальным и не делало никакого акцента на восстановлении немецкой монархии. Это молодое поколение стремилось разрушить Веймарскую республику и создать новое радикальное и сильное государство, основанное на воинственной правящей этике, которое могло бы возродить «Дух 1914 года», связанный с немецким национальным единством (фольксгемайншафт).

Гитлер положительно оценивал Британскую империю и её колониальную систему как живое доказательство превосходства «германской расы» над «низшими расами» и считал Великобританию естественным союзником Германии. Он писал в «Майн Кампф», что в Европе ещё долгое время будут лишь две державы, с которыми Германия сможет заключить союз, — Великобритания и Италия.

Кайзер Вильгельм II, который был вынужден отречься от престола и бежать в изгнание из-за коммунистической революции в Германии, первоначально поддерживал нацистскую партию. Четверо его сыновей, включая принца Эйтеля Фридриха и принца Оскара, стали членами нацистской партии в надежде, что в обмен на их поддержку нацисты позволят восстановить монархию.

Гитлер восхищался Муссолини вплоть до того, что нацистское приветствие стало заимствованием римского салюта фашистов. Тем не менее, фашисты, в отличие от нацистов, могли не проявлять в крайней форме расизм и антисемитизм. Итальянские фашисты с 1930-х годов приняли доктрину о белом превосходстве в африканских колониях. Итальянский фашизм в ответ на приход Гитлера к власти и из-за необходимости союза с Германией, принял антисемитскую риторику и, в конечном итоге, антисемитскую политику. В 1936 году Муссолини сделал свой первый письменный донос на евреев, утверждая, что антисемитизм возник лишь потому, что евреи стали слишком сильно доминировать во власти многих стран; он заявлял, что евреи — «жестокое» племя, которое стремилось «полностью изгнать» христиан из общественно-политической жизни страны. В 1937 году член фашистской партии критиковал сионистское движение как часть британской внешней политики, которая направлена на осуществление британских интересов без учёта христианского и мусульманского присутствия в Палестине. Об итальянских евреях Орано заявил, что они «должны заниматься только своей религией и не беспокоить патриотических итальянцев».

Соотношение с социализмом и левыми Вопреки самоназванию, нацистский режим имел мало общего с социализмом. Термин «национал-социализм» появился в результате попытки создать националистическое переопределение «социализма» — «альтернативу» международному социализму и свободному рыночному капитализму. Нацизм отвергал марксистские концепции классовой борьбы, космополитического интернационализма и стремился убедить все части нового немецкого общества подчинить свои интересы единой идее ради «общего блага», принимая политические интересы в качестве приоритета экономического устройства. Партия-предшественница НСДАП, Немецкая рабочая партия, была переименована в Национал-социалистическую немецкую рабочую партию, чтобы привлечь левых рабочих, а Гитлер был изначально против такого переименования. НСДАП боролась с политическими последствиями наличия отсылки к социализму в названии партии.

Муссолини был социалистом в начале Первой мировой войны, однако он порвал со своими товарищами, чтобы поддержать итальянский экспансионизм, а затем сформировал свою фашистскую партию, чтобы сокрушить их. Как и в итальянском фашизме, нацистские идеи были сознательно сформулированы так, чтобы отвергать идеи левых, а не подражать им. Хотя нацисты добивались высокого уровня государственного вмешательства в экономику, их «социализм» является второстепенным элементом. Партийная программа НСДАП 1920 года, 25 пунктов, включала отрывки, в которых осуждались банки, универмаги и «процентное рабство», что выглядит как марксистское неприятие свободного рынка. Однако речь шла о типичной антисемитской пропаганде, тогда как главная идеологическая цель партии не была вызовом существованию частной собственности. Вместо того, чтобы контролировать средства производства или перераспределять ресурсы для построения утопического общества, как предполагали социалисты, нацисты сосредоточились на защите социальной и расовой иерархии. Они обещали солидарность для членов Volksgemeinschaft («расового сообщества»), при этом отрицая права тех, кто не входил в этот круг.

При Гитлере партия в качестве своей политической базы прямо ориентировалась на средний класс и фермеров, а не на рабочий класс. Гитлер перестроил партию, чтобы она стала антисоциалистической, антилиберальной, авторитарной, ориентированной на предпринимателей — особенно после провалившегося Пивного путча 1923 года. Хотя нацисты пытались апеллировать к избирателям по всему политическому спектру, основателями партии и первоначальной базой были мелкие предприниматели и ремесленники, а не «промышленный пролетариат». Первых заметных успехов на выборах они добились в небольших городах и протестантских сельских районах в современных Тюрингии и Саксонии, среди избирателей, подозрительно относившихся к космополитическим, светским городам, для которых как «социализм», так и «капитализм» ассоциировались с евреями и иностранцами. Страх перед социальной революцией и ощущение того, что демократия с её множественностью голосов и необходимостью компромиссов будет угрожать предпочитаемой ими социальной иерархии, придавали нацизму привлекательность в глазах этих избирателей. Некоторые ранние нацистские лидеры, такие как Грегор и Отто Штрассеры, апеллировали к недовольству рабочего класса, надеясь переключить внимание немецких рабочих от социалистических и коммунистических партий.