Ге́рти Тере́за Ко́ри, урождённая Ра́дниц (, Ге́рти Тере́за Ра́дниц-Ко́ри, 15 августа 1896, Нове-Место, Прага, Австро-Венгрия (ныне Чехия) — 26 октября 1957) — американский биохимик. Член Национальной академии наук США (1948)Gerty Cori .
Наиболее значительным вкладом Герти и Карла Кори было создание цикла углеводов известного как цикл Кори, выделение глюкозо-1-фосфата и открытие фосфорилазы и фосфоглюкомутазы. Эти открытия установили ферментативный путь гликогенолиза и гликолиза. Совместно с мужем Карлом Кори стала лауреатом Нобелевской премии по физиологии и медицине 1947 года «за открытие каталитического превращения гликогена».
В метаболизме гликогена, Герти Кори была первопроходцем в открытии деветвящего фермента амило-1,6-глюкоксидазы и его применении для установления структуры гликогена путём последовательного ферментативного расщепления. Эта новаторская работа привела к разъяснению ферментативных дефектов в болезнях связанных с запасанием гликогена. Её исследования, таким образом, расширяли фундаментальные научные открытия в клинической арене, в частности в сфере педиатрии, её оригинальной области клинических интересов и специализации.
Молодые годы Герти Тереза Радниц родилась 8 августа 1896 года в Праге, в то время часть Австро-Венгерской империи, в еврейской семье. Отто Радниц, её отец, был генеральным директором сахарного завода в Богемии. Брат её матери был профессором педиатрии в университете Праги. Герти обучалась дома до достижения десяти лет, когда она пошла в подготовительную школу для девочек, которую окончила в 1912 году. В 1914 после сдачи её последнего экзамена в гимназии (Tetschen Real Gymnasium), она поступила в качестве студента-медика в университет Карла Фердинанда (Carl Ferdinand University), немецкий университет в Праге. Там она встретила Карла Кори; они получили степени доктора по медицине вместе в 1920 году и сыграли свадьбу в Вене в августе того же годаLarner J. Gerty Theresa Cori. 1896—1957 // Biographical memoirs. National Academy of Science. Washington, 1992, p. 111—135.
Карл описывает её следующим образом: «Она была такой же студенткой, молодой женщиной, которая обладала шармом, жизненной силой, интеллектом, чувство юмора и любовью к открытиям, качества, которые сразу же привлекли меня». Их исследования начались как студенческие и привели к первой совместной публикации в 1920 годуWith C. F. Cori. Über den Gehalt des menschlichen Blutserums an Komplement und normal Ambozeptor für hammelblut-körperchen // Z. Immunititaetsforsch., 1920, B. 29, S.44.
Времена были сложные. Первая мировая война только что закончилась, и Австрийская империя начала распадаться. Прага стала столицей новой страны Чехословакии. Голод и недоедание были широко распространены и у Герти проявились симптомы ксерофталмии — которые, к счастью, прошли при улучшении питания у неё дома в Праге.
Большую часть 1921 года Кори работали отдельно. Герти работала в педиатрии в Каролинской детской больнице в Вене под руководством профессора Кноепфельмахера. Её исследования были связаны с лечением щитовидной железы для регулирования температуры у больного с врождённой микседемой и затем с исследованиями над кроликами с удалённой щитовидной железой. Несколько клинических научно-исследовательских работ были опубликованы на тему гематологических патологических изменений, включающих гемолитический криз и тромбоцитопению. Между тем Карл, также в Вене, занимался работой в лаборатории по утрам и исследованиями в университете фармакологии по вечерам. «Мой наставник в клинике в Вене», как позднее он писал, «был великолепный, но аморальный врач-терапевт, который был ярым антисемитом». Карл осознавал что из-за того что Герти еврейка, их шансы на получение должности профессора в Европе ничтожно малы, что конечно стало важным фактором, подтолкнувшим их к переезду в Соединённые Штаты Америки.
Исследовательская работа в США В 1922 году Кори прибыли в Соединённые Штаты Америки — Герти последовала за Кори спустя шесть месяцев — и заняли позиции в Нью Йоркском Государственном Институте для изучения малигнантных болезней (сейчас Росвелл парк). Первая публикация Герти, в 1923 году, по сравнению экстракта щитовидной железы и тироксина на скорость размножения парамеции, продолжает её ранний интерес к действию гормонов щитовидной железыThe influence of thyroid extracts and thyroxin on the rate of multiplication of paramecia. Am. J. Physiol. 65:295-99.. В Буффало совместная исследовательская работа Кори быстро сфокусировалась на карбогидратном метаболизме in vivo и его гормональной регуляции. Для того чтобы ответить на вопрос количественно, они разработали надёжные методы анализа глюкозы, гликогена, молочной кислоты, и неорганических и органических фосфатов. Исследования Кори на опухолях в естественных условиях in vivo подтвердили патофизиологическую важность обнаруженного Васбургом in vitro повышенного аэробного гликолиза в опухолях, то есть образования молочной кислоты. Этот ранний интерес к молочной кислоте имел ещё большее значение в дальнейшей работе с эпинефрином.
В 1923The effect of x-ray on the skin of vitally stained white mice. Proc. Soc. Exp. Biol. Med. 21:123. и 1924Comparison of the sensitiveness of different organs of the mouse toward x-ray. /. Cancer Res. 8:522. Герти сама опубликовала серию из четырёх статей о влиянии рентгеновских лучей на кожу и на метаболизм органов телаThe effect of x-ray on the skin of vitally stained white mice. / Exp. Med. 39:639-43.. Она интересовалась возможностью дифференцирования чувствительности к рентгеновским лучам окрашенной по сравнению с чистой кожей. Никто не может точно сказать, могло ли это раннее облучение привести позже к смертельному заболеванию костного мозга.
Изучение метаболизма гликогена В Буффало модель развития исключительных аналитических методологий с большим вниманием к экспериментальным деталям, в сочетании с количественным обрамлением вопроса, стала отличительной чертой исследований Кори. В серии трёх элегантных публикацийWith C. F. Cori. The mechanism of epinephrine action. I. The influence of epinephrine on the carbohydrate metabolism of fasting rats with a note on new formation of carbohydrates. /. Biol. Chem. 79:309-19With C. F. Cori. The mechanism of epinephrine action. II. The influence of epinephrine and insulin on the carbohydrate metabolism of rats in the post absorptive state. /. Biol. Chem. 79:321-41With C. F. Cori. The mechanism of epinephrine action. HI. The influence of epinephrine on the utilization of absorbed glucose. /. Biol. Chem. 79:343-55., они представили количественные in vivo исследования баланса включающего краткосрочные (3 часа) улавливание эпинефрина (адреналина) которые показывали небольшое увеличение (+37 мг) в печении гликогена в условиях большого снижения общего (в основном мышцы) гликогена (-57 мг). (Из исследований на животных с удалённой печенью, гликоген мышц, как уже было известно, сам по себе не вносит непосредственный вклад в содержание глюкозы в крови.) Так как введение адреналина приводит к увеличению молочной кислоты в крови, повышение гликогена в печени, скорее всего, происходит из молочной кислоты, продукта распада мышечного гликогена перенесённого из мышц в кровь. Кори показали, что до 95 процентов Д-лактата (изомер образующийся в мышцах), съеден ли он или введён, был запасён как гликоген печени. L-лактат, противоестественный изомер, был запасён, но не только в виде гликогена печени. Тщательный контроль экспериментов исключал вазоконстрикцию и гипоксию, как причины увеличения молочной кислоты производимое введением адреналина. Артериовенозная разница измерений демонстрирует, что увеличение молочной кислоты в крови возникает от телесных (главным образом мышечных) источников. Кори назвали это особенное достижение «циклом углеводов», позже удачно назвали «циклом Кори».
Кори сосредоточили внимание на деталях в развитии основ аналитической методологии, что оказалось ещё более важным в анализе фосфатов гексозы, следующего интермедиата, который они тщательно исследовали. Ранее он показали, что только 40 процентов гликогена, который выводится из организма с введение адреналина, может быть объяснено как молочная кислота. Это дало толчок к созданию процедуры для анализа монофосфата глюкозы, тщательного метода основанного на измерении, как снижения мощности, так и содержания органических фосфатов высаждением водорастворимыми солями бария с этанолом. Кори осуществляли обе методики определения для более точной характеристики продукта.
В первых двух известных статьяхWith C. F. Cori. A method for the determination of hexose mono-, phosphate in muscle. /. Biol. Chem. 94:561-79.With C. F. Cori. The influence of epinephrine and insulin injections on hexosemonophosphate content of muscle. J. Biol. Chem. 94:581-91. — в которых Герти Кори перечисляется как первый автор, предполагая что именно она в первую очередь отвечает за разработку количественных аналитических методов — Кори описали их методики. Во второй они показали, что содержание монофосфата гексозы возрастает с введением адреналина, но не с введением инсулина или глюкозы. Таким образом, началась работа по биохимическим основам для образования монофосфата гексозы при гликогенолизе и открытию глокозо-1-фосфата.
В 1931 году Герти и Карл переехал в Сент-Луис. Их работа сосредоточилась на действии адреналина, вызывающего гликогенолиз в мышцах. Они всё больше упрощали их экспериментальные системы, работая сперва с животными, затем с изолированными образцами мышц, затем с рубленым мясом и наконец, с препаратами разрушенных клеток. В Буффало они показали окончательно, что введение адреналина увеличивает содержание монофосфата гексозы в мышцах в пятнадцать раз за шестидесяти минут, с снижением основной концентрации в течение четырёх часов. Кроме того, они продемонстрировали снижение неорганических фосфатов при этих условиях и оценили, что накопление монофосфата гексозы было достаточно для учёта недостающего гликогена не учтённого как лактат.
С 1933 по 1936 год он выпустили ряд статей по образованию монофосфата гексозы в мышцах лягушек и крыс, особенно с введение адреналина и электрической стимуляцией, главным образом происходящего анаэробноWith C. F. Cori. Changes in hexose phosphate, glycogen, and lactic acid during contraction and recovery of mammalian muscle. / Biol. Chem. 99:493-505With C. F. Cori. A comparison of total carbohydrate and glycogen content of mammalian muscle. /. Biol. Chem. 100:323-32.With A. H. Hegnauer. The influence of epinephrine on chemical changes in isolated frog muscle. /. Biol. Chem. 105:691-703.With A. H. Hegnauer* R. E. Fisher, and C. F. Cori. Fate of hexose monophosphate during aerobic recovery of frog muscle. Proc. Soc. Exp. Biol. Med. 32:1075..
Осторожные измеряя содержание молочной кислоты, неорганического фосфата, креатинфосфата и АТФ, они пришли к выводу, что увеличение монофосфата гексозы получается при этерификации гликогена неорганическим фосфатом в результате стехиометрической реакции. Увеличение монофосфата гексозы происходит с эквивалентным уменьшением неорганического фосфата, без изменения содержания креатинфосфата или АТФ. Из трёх экзотермических химических реакций, происходящих в анаэробных мышцах (образование молочной кислоты, расщепление креатинфосфата, расщепление АТФ), только первая запускается при введении адреналина.
Кори фокусировались все меньше и меньше на лактате и больше на монофосфате гексозы. Они так же получили важные данные во время изучения обратной реакции, то есть восстановления в аэробных условиях, происходящее после удаления адреналина (или прекращения электрической стимуляции). Было показано, что монофосфат гексозы расходуется в три раза быстрей в аэробных условиях, чем в анаэробных. Увеличение содержания неорганического фосфата сопровождалось увеличением содержания монофосфата гексозы, но не увеличением содержания гликогена и молочной кислоты. В аэробных условиях гликоген был основным продуктом, но в анаэробных преобладала молочная кислота.