Фессалийское восстание 1878 года () — восстание греческого населения Фессалии в составе Османской империи во второй половине XIX века, направленное против турецкого господства. В определённой степени было вызвано событиями Русско-турецкой войны 1877—1878 годов. Восстание не достигло поставленных начальных задач и, под давлением османской армии и настоянию европейской дипломатии, было свёрнуто. Но наряду с последовавшими репрессиями против греческого населения региона, сыграло важную роль для мирной передачи большей части Фессалии Греческому королевству через два года, в 1880 году, как следствие решений принятых Берлинским конгрессом.
Предыстория — Вопрос границ возрождённого государства Освободительная война греков начавшаяся в 1821 году была встречена европейскими монархиями враждебно, либо настороженно. Предположения о том что османам удастся подавить восстание в короткий срок не оправдалисьΔημήτρης Φωτιάδης, Η Επανάσταση του 1821, εκδ. Μέλισσα 1971. Война нарушала геополитический порядок установленный Священным союзом, а непрекращающаяся бои на юге Балканского полуострова и Архипелаге, а также действия греческих повстанцев от БейрутаΑπόστολος Βακαλόπουλος, «Τυχοδιωκτική επιχείρηση Ελλήνων στο Λίβανο», Ιστορία του Ελληνικού Έθνους, Εκδοτική Αθηνών, τομ.ΙΒ (1975), σελ.417-418 до Александрии создавали проблемы торговле и мореплаваниюΠ. Πασπαλιάρης — Θ. Βερέμης, Μεγάλοι Έλληνες, Ιωάννης Καποδίστριας, σελ. 138, ISBN 978-960-6845-32-1.. Не сумев предотвратить Греческую революцию, Великие державы стали ориентироваться на создание маленького автономного государства, подобного Дунайским княжествам. При этом его границы не должны были выходить за пределы Пелопоннеса. Особенно усердной в этом вопросе была Британская империя. В июне 1827 года Британия, Франция и Россия пришли к консенсусу в этом вопросе. Согласно Лондонской конвенции от 24 июня 1827 года в регион были направлены эскадры трёх стран, но не для поддержки повстанцев, а для принуждения воюющих к миру. Как заявлял британский премьер-министр Дж. Кэннинг, согласованной союзниками политикой было «мирное вмешательство, усиленное мирной демонстрацией силы»Douglas Dakin, The Unification of Greece 1770—1923, ISBN 960-250-150-2.
При заходе эскадр в бухту Наварина , после незначительного эпизода, состоялось несанкционированное Наваринское сражение, в котором союзники потопили около 60 османских кораблей. Английская дипломатия была застигнута врасплох. Король Англии высказался по поводу адмирала Κодрингтона «я посылаю ему ленту, хотя он достоин верёвки». Британский посол в Константинополе Стратфорд-Каннинг высказал султану своё сожаление «о этом печальном событии». Те же союзные эскадры вынудили повстанцев прекратить военные действия на острове Хиоса. Наварин не означал окончание войны.
И. Каподистрия, бывший министр иностранных дел России, ставший первым официальным правителем воссоздаваемого государства прибыл в Грецию в январе 1828 года. На вопрос западных дипломатов где по его мнению должны быть установлены границы нового государства, он ответил что в возрождающуюся Грецию должны быть включены земли, население которых приняло участие в Освободительной войне, подразумевая как Пелопоннес, с чем Державы были согласны, так и Среднюю Грецию, Эпир, Македонию, и острова Крит, Самос и ХиосΟ αγώνας του Ιωάννη Καποδίστρια για τη διεύρυνση των ελληνικών συνόρων . Крис Вудхауз пишетC.M. Woodhoouse, «Diplomatic development nineteenth and twentieth century», J. Coumoulides ed., Greece in transition…, σελ. 94, что Каподистрия начал переговорный процесс с максималистскими требованиями, осознав что дилеммой было расширенные границы, но автономия, или независимость с ограниченными границами12. Δ. Ματζουλίνου, Ιωάννης Καποδίστριας, 1776—1831, Β’, Εστία, Αθήνα, 1990, σελ. 636—637. Благодаря настойчивости Каподистрии, в сентябре 1828 года европейская дипломатия стала рассматривать возможность установления границы от Артского залива в Эпире до Пагасского залива, (не включая в возрождаемое государство бо́льшую часть Фессалии). Не ожидая дипломатического решения вопроса и учитывая намерения Британии ограничить государство Пелопоннесом, Каподистрия использовал возможности предоставленные начавшейся русско-турецкой войной, после чего повстанческие войска освободили и Среднюю Грецию, поставив Державы перед свершившимся фактом. Следуя букве Лондонского протокола 10/22 марта 1828 года, англичане требовали чтобы греческие войска вернулись на Пелопоннес. Демарш был подкреплён протоколом Держав, принятым после начала греческой кампании в Средней Греции 4—16 ноября 1828 года. Протокол вновь ограничивал будущие границы греческого государства Пелопоннесом. Тем временем надежды российского императора Николая I завершить войну в 1828 году не оправдались, её исход ожидался весной 1829 года.
Весенняя кампания русской армии была успешной, Дибич перешёл Балканы и 7/19 августа встал у Адрианополя и принял капитуляцию его гарнизона. В последовавшем Адрианопольском договоре из 16 параграфов, параграф № 10 касался греческого вопроса, где Османская империя признала Лондонские договоры 1827 и 1829 годов, что означало признание турками греческого государства, которое однако оставалось под османским сюзеренитетом.
Каподистрия использовал документы подписанные турками после их поражения при Петре, для утверждения греческого контроля в Средней Греции. Англичане были вынуждены принять их, постаравшись при этом оставить вне греческих границ Акарнанию, примыкавшую к британскому протекторату Ионической республики. 11—23 апреля 1830 года Державы вручили новый протокол османам, которые были вынуждены признать, в отличие от предыдущих протоколов, независимую Грецию, с территорией вдвое превышающую указанную Адрианопольским миром.
Однако Эпир, Фессалия, Македония, Крит, Самос, Хиос остались вне пределов воссозданного государства, что положило начало греческому ирредентизму.
В годы Крымской войны
Оттон Виттельсбах принял корону Греции после упразднения Греческой республики в 1832 году. Державы были заверены обещаниями отца Оттона не предпринимать действий, враждебных Османской империи. Несмотря на долги Греции, ведущие отсчёт от внешних займов Освободительной войны, Оттон взял на вооружение «Великую идею» политика И. Коллетиса о возрождении Византии и ждал удобного случая на политической арене Европы, чтобы начать военные действия против осман. Случай предоставился в 1853 году: в четырёхсотую годовщину падения Константинополя. Новость о русско-турецкой войне, преподносившейся как война за православиеΑπόστολος Ε. Βακαλόπουλος ,Νέα Ελληνική Ιστορία 1204—1985,Βάνιας Θεσσαλονίκη 1979,σελ.254, вызвала в Греции милитаристскую атмосферу. Присоединение провинций, оставшихся за пределами возрождённого государства, встало на повестку дня. Для многих ветеранов Освободительной войны, Родина оставалась по ту сторону границы. Одновременно слухи о вытеснении православия из «Святой Земли», в пользу католиков, и об опасностях, угрожающих Вселенскому патриархату, умножали милитаристские настроения православных греков.
Россия усилила эту атмосферу через неопределённые обещания греческим политикам, поскольку вступление Греции в войну создавало отвлекающий военный фронт. Хотя греческий королевский двор и почти все министры были сторонниками военного решения, официального вступления Греции в войну не последовало. Но король и правительство не чинили препятствий для ведения негласной войны. Отряды добровольцев из Греческого королевства, вместе с якобы мятежными частями армии, вторглись в османские провинции и при поддержке местных греческих военачальников подняли восстанияΣτέφανος Π. Παπαγεωργίου, Από το Γένος στο Έθνος, ISBN 9789600217698.
Послы в Париже А. Маврокордатос, в Лондоне Х. Трикупис и Константинополе А. Метаксас, сознавая международную обстановку, предупреждали об опасности этой политикиΕυαγγελίδης Ε. Τρύφων ,Ιστορία του Όθωνος,1832-1862,Αθήνα 1894,σελ.531-532Μαρκεζίνης Β. Σπ.,Πολιτική Ιστορία της Νεωτέρας Ελλάδος,τομΆ,1828-1862,Πάπυρος Αθήνα 1966,σελ.238. Веря своей тёте, княгине Софии, Оттон полагал, что Австрия согласится на присоединение Фессалии к Греции. Он не осознавал, что Британия и Франция будут противиться всеми силами изменению границ в ущерб Османской империи, и игнорировал присутствие флотов двух держав в Эгейском море.
Эта политика ставила Грецию в положение единственной в Европе союзницы России, против альянса (Британия, Франция, Османская империя и Сардинское королевство). Так, при негласной поддержке Греции, откуда непрерывно шли бойцы, оружие и припасы, в восстание были вовлечены Эпир, Македония и Фессалия.
15 января 1854 года восстание охватило юг Эпира, сюда подошли добровольцы «дезертировавшие из армии», которые с боями прошли к городу Янина. Силы повстанцев в Эпире достигли 2 тыс. бойцов.
Одновременно восстала Фессалия. Отряды добровольцев вошли на османскую территорию из Ламии, с боеприпасами выданными жандармерией, с согласия военного министра Суцоса. В Македонии восстало греческое население Гревена, полуострова Халкидики и Олимпа. Здесь восстание возглавил вернувшийся на родину во главе 700 бойцов ветеран Освободительной войны Т. ЗиакасΔημήτρης Φωτιάδης,Ή Έξωση του Όθωνα,Πολιτικές καί Λογοτεχνικές Εκδόσεις 1965,σελ.222.
Российский министр иностранных дел Нессельроде пытался уберечь Грецию от западного вмешательства. В циркуляре от 18 марта 1854 года он писал, что восстания в Эпире, Македонии и Фессалии являлись сугубо национальными и ни в коей мере не были связаны с Россией
Франкобританское давление и османский ультиматум от 7 марта 1854 года не убедили Оттона прекратить поддержку партизанам. Оттон и королева Амалия «потеряли связь с действительностью, не осознавали реальные возможности страны, её пределы в внешней политике и возможные последствия».
По истечении срока ультиматума, который требовал отзыва греческих офицеров и прекращение поддержки повстанцев, турки прервали дипломатические отношения с Грецией, которая шла к конфликту с Британией и Францией. Посольства двух стран известили Оттона, что их корабли будут производить досмотр торговых судов и конфискацию, в случае наличия на борту оружия и боеприпасов. 10 апреля Британия объявила о намерении вмешаться, подразумевая угрозу монархии Оттона. Англичане и французы заявили, что они силой оружия удовлетворят свои претензии касательно выплат предыдущих займов.
Несмотря на предупреждения, Оттон был в растерянности, когда 13 мая 1854 года французские корабли вошли в Пирей и высадили 2 тысячи солдат, а затем британский полк. 14 мая Отон провозгласил нейтралитет Греции в «Восточной войне» и прекращение деятельности партизанских отрядов. Он вынужденно сформировал новое правительство, которое возглавил его политический противник А. МаврокордатосΜαρκεζίνης Β. Σπ.,Πολιτική Ιστορία της Νεωτέρας Ελλάδος,τομΆ,1828-1862,Πάπυρος Αθήνα 1966,σελ.239.
Тем временем в Фессалии успех сопутствовал повстанцам. После побед отряда Н. Леотсакоса у КардицыΔημήτρης Φωτιάδης,Ή Έξωση του Όθωνα,Πολιτικές καί Λογοτεχνικές Εκδόσεις 1965,σελ.238 ветеран Освободительной войны фессалиец генерал Х. Хадзипетрос трижды одержал победы у Лутра и у Каламбака. В своём приказе Хадзипетрос говорит о «победе над 6 тыс. осман, о захваченных 5 орудиях, 90 шатров, 3-х знамёнах»Δημήτρης Φωτιάδης,Ή Έξωση του Όθωνα,Πολιτικές καί Λογοτεχνικές Εκδόσεις 1965,σελ.241.
Однако из Афин поступали приказы о свёртывании восстания и отзыве офицеров. Хадзипетрос отказывался исполнять приказы, отвечая что под его командованием 6 тысяч повстанцев, и что он принял решение умереть за Отечество.
Поражение Греческого королевства во всех сферах — военной, политической, дипломатической, экономической — было очевидно. Новое правительство народ именовал «Министерство оккупации». В довершение французские войска принесли с собой холеру, которая до ноября 1854 года унесла в Афинах 3 тысячи жизней — десятую часть населения этого маленького тогда города. Холера, блокада и оккупация полностью подорвали экономику страны.