Начиная с 2000-х годов среди исследователей и политиков по всему миру ведутся дебаты о том, является ли режим Владимира Путина, также известный как путинизм, фашистским. Споры осложняются тем, что до сих пор не существует единого общепринятого определения фашизма.
Предыстория В 1998 году профессор политологии Калифорнийского университета в Беркли и один из ведущих мировых исследователей фашизма и марксизма опубликовал сравнительное исследование итальянского фашизма и «нового национализма, возникшего в постсоветской России». Грегор указал на близкое сходство двух режимов и на роль КПРФ и ЛДПР в закреплении основы для правого радикализма в стране.
Правление Владимира Путина
В 2004 году бывший советник президента США по национальной безопасности Збигнев Бжезинский заявил, что путинский режим начинает напоминать фашизм Бенито Муссолини. В 2005 году об этом заявил Директор Центральной разведки Джеймс Вулси, а также бывший госсекретарь США Хиллари Клинтон. Начиная с 2000-х годов о существующих в России признаках фашистского режима заявляли и известные учёные, включая Тимоти Снайдера, Александра Мотыля, Владислава Иноземцева. По мнению последнего, Россию больше нельзя считать нелиберальной демократией, как Венгрию и Польшу. В 2017 году отмечалась возможность трансформации России в фашистское государство. Отмечается, что фашизация происходит как сверху — в виде корпоративизации власти — так и снизу — с ростом ксенофобии.
Сторонники использования термина «русский фашизм» по отношению к путинскому режиму указывают на присутствие в России характерных для классического фашизма черт: наличие харизматичного диктатора и присутствие культа личности, гипернационализм, культ насилия, массовое привлечение молодёжи, высокий уровень репрессий, мощная пропагандистская машина. Они также указывают на то, что в стране практически отсутствуют все демократические институты, а выборы не являются ни свободными, ни справедливыми. При этом видно явное главенство партии «Единая Россия» и преследование оппозиционеров при полном уничтожении свободы слова и собраний. Профессор Йельского университета Тимоти Снайдер в своей книге «Дорога к несвободе» также указал на присутствие в стране характерного для фашизма культа мёртвых, который в российском контексте связан с празднованиями победы во Второй мировой войне.
Одним из наиболее популярных «тестов на фашизм» является 14 признаков, выделенных писателем Умберто Эко в докладе «Вечный фашизм» (), зачитанном на симпозиуме в честь 50-летия освобождения Европы в Колумбийском университете. Среди этих признаков: культ традиции, культ иррационального, ксенофобия, идея аристократической избранности, культ количества в ущерб качеству (массы — в ущерб единице), невозможность критики власти, наличие в обществе индивидуальной или социальной фрустрации, элитаризм, культ мужественности, преследование неконформистских сексуальных практик, использование новояза. Следуя этому определению, ряд интеллектуалов и журналистов считает, что Россия при путинском правлении является фашистским государством с формированным культом личности Путина.
Журналисты из Vox Ukraine также указали на присутствие в России символов, аналогичных свастике (таких, как латинская буква Z), совершение геноцида других национальностей (в том числе в Мариуполе и Буче), игнорирование международного законодательства, тотальный контроль над медиа и всевластие правоохранительных служб. Опубликованная в The Guardian статья также указывала на присутствующий в России антисемитизм.
Считается, что любимым философом Владимира Путина является Иван Ильин — один из основателей так называемого «русского христианского фашизма». Путин неоднократно отмечал, что часто перечитывает труд Ильина «Что сулит миру расчленение России». Он также цитировал его работы в своих выступлениях — в 2005, 2006, 2012, 2013 и 2014 годах. Ильина цитировали или упоминали Дмитрий Медведев, Сергей Лавров, патриарх Кирилл, лидеры партии «Единая Россия», Владислав Сурков. При этом Путин принимал участие в перезахоронении останков Ильина в России и даже самолично приехал на освящение могилы. Среди других любимых философов Путина — консерватор Николай Бердяев. Кроме того, утверждается, что на Путина оказывает влияния философия Александра Дугина, чьи взгляды многими исследователями оцениваются как в целом фашистскиеIn a 1999 interview for the Polish magazine Fronda Dugin explains: «In Russian Orthodox christianity a person is a part of the Church, part of the collective organism, just like a leg. So how can a person be responsible for himself? Can a leg be responsible for itself? Here is where the idea of state, total state originates from. Also because of this, Russians, since they are Orthodox, can be the true fascists, unlike artificial Italian fascists: of Gentile type or their Hegelians. The true Hegelianism is Ivan Peresvetov — the man who in 16th century invented the oprichnina for Ivan the Terrible. He was the true creator of Russian fascism. He created the idea that state is everything and an individual is nothing.» .
Ильин выпустил более двадцати книг, бо́льшая часть из которых была написана в эмиграции. В своих работах философ оправдывал политический тоталитаризм, отрицал верховенство закона и называл беззаконие «патриотическим актом». По его мнению, фашизм является «искупительным эксцессом патриотического произвола», а спасение России от исторической борьбы со злом или «безбожными агентами глобализма» зависит от присутствия диктатора. Ильин рассматривал Муссолини и Гитлера как образцовых лидеров, спасавших Европу путём разрушения демократии. Статья Ильина от 1927 года «О русском фашизме» была адресована «Моим белым братьям, фашистам». Уже в 1940-х и 1950-х годах философ набросал конституции фашистской Святой Руси, управляемой «национальным диктатором», который будет «вдохновлён духом тотальности». При этом, как отмечает Ларуэль, ошибочно преувеличивать степень влияния Ильина на взгляды Путина, поскольку последний гораздо чаще упоминает «классических» русских историков и деятелей, включая Николая Карамзина и Петра Столыпина. Из 300 цитат о России, размещённых на стенах парка «Россия — моя история» на территории ВДНХ, лишь 10 принадлежат Ильину.
Противники использования термина «фашизм» по отношению к российскому режиму указывают на отсутствие в нём важных для фашизма идеологических отсылок. Например, российский политолог Григорий Голосов отмечает, что многие исследователи, включая Снайдера, используют термин для характеристики идеологии, а не политической системы. Согласно исследователю, в России отсутствует фундаментальное для фашизма убеждение в том, что реальность есть продукт воли выдающихся личностей и руководимых ими масс. Согласно политологу Роджеру Гриффину, в основе мифологии фашизма лежит идея о том, что органичная культура должна возродиться в новом порядке, который не может быть демократическим, потому что демократия по определению плюралистична. Поэтому фашисты стремятся полностью разрушить старую систему и переделать общество. Однако российская идеология пытается не создать новый порядок, а воссоздать модифицированную версию Советского Союза и манипулирует атрибутами протодемократической системы, но не отвергает их. Такого же мнения придерживается и политолог Бенс Латковский, указывающий на то, что в отличие от фашизма, который был идеологией модернизма, рашизм контрреволюционен и стремится к деполитизации общества. В этой связи ряд исследователей, таких как Андрей Пионтковский и Борис Кагарлицкий, указал на присущие «путинскому фашизму» черты постмодернизма.
По мнению политолога и журналиста Марии Снеговой, несмотря на присутствие в России всех признаков, напоминающих фашизм, на 2017 год в стране отсутствовала мобилизация вокруг мифа о национальном перерождении. В 2021 году исследовательница постсоветского пространства Марлен Ларюэль выпустила книгу (), в которой проследила историю ужесточения режима в России. К концу своей работы она пришла к выводу, что российским режим лучше характеризуется терминами «консервативный» и «нелиберальный». С ней солидарен и профессор Пенсильванского университета Митчел Оренштайн. Андреас Умланд считает революционный настрой и стремление к осуществлению новых идей ключевыми для фашистского государства, чего нет в российском обществе. Старший научный сотрудник Университета Витовта Великого Андрей Казакевич также напоминает, что фашизм и нацизм стремились к созданию нового общества и нового человека, противопоставляя себя европейскому консерватизму. Историк предполагает, что термин «фашизм» в отношении России призван вызывать ассоциации со злом и врагом, но массового народного движения, которое поддерживает вождя и этим отличает фашизм, в России нет.
Исторические параллели с Гитлером
Исследователи отмечали аналогии между высказываниями и действиями Путина во время вторжения на Украину и риторикой и действиями Адольфа Гитлера перед и в начале Второй мировой войны. Так, доктор экономических и политических наук, бывший заместитель министра обороны США 24 февраля 2022 года заявил, что видит сходство между аргументацией Гитлера при оккупации Чехословакии в марте 1939 года и аргументацией Путина. То же самое отметил американский историк Бенджамин Натанс, добавив, что, как Гитлер был мотивирован поражением Германии в Первой мировой войне, так и Путин черпает мотивацию из ощущения национального унижения и горечи после поражения СССР в холодной войне и последовавшей потери Россией значительных территорий, входивших в СССР.
Американский историк Тимоти Снайдер отмечает сходство между отрицанием Путиным существования украинской нации и представлением Гитлера об украинцах как врождённо предназначенных для колонизирования. Не соответствующую действительности риторику Путина о «денацификации», которой тот оправдал вторжение на Украину, Снайдер называет вариацией Большой лжи Гитлера — нацистской пропагандистской техники, суть которой в том, что если политический лидер повторит колоссальную ложь достаточно много раз, то люди в конечном счёте в неё поверят. Издание CNN отмечает, что Путин совершает те же ошибки, что обрекли на поражение нацистскую Германию.
Философ Питер Сингер отмечал, что Гитлер угрожал вторжением в Чехословакию, чтобы включить в состав нацистской Германии приграничные районы Чехословакии с немецкоязычным населением, однако Гитлеру не пришлось прибегать к боевым действиям, потому что лидеры Великобритании, Франции и Италии уступили его требованиям в ходе Мюнхенской конференции, пытаясь избежать новой кровопролитной войны в Европе. Однако спустя шесть месяцев нацисты нарушили Мюнхенское соглашение, установив протекторат Богемии и Моравии на чешских землях и создав марионеточную Словацкую республику, после чего Германия выдвинула территориальные претензии к Польше. Аналогичным образом, указывает Сингер, нападение России на Украину началось с аннексии Крыма и образованием «двух прокремлёвских квазигосударств в русскоязычном регионе восточного Донбасса» в 2014 году. Сингер отмечал, что как Франция и Великобритания не предприняли решительных действий, когда Гитлер постепенно разрывал Версальский договор, так и в ответ на действия Путина «ни одна страна не сделала серьёзных шагов, чтобы заставить россиян сожалеть» о содеянном на Украине в 2014 году. Сингер отмечал, что хотя Гитлер утверждал, что аннексия Судет будет «моими последними территориальными претензиями в Европе», однако задолго до 1938 года в книге «Майн Кампф» Гитлер писал о стремлении создать для немцев «жизненное пространство» в Восточной Европе. Аналогично, по мнению Сингера, Путин описывал распад СССР как катастрофу, и, желая восстановить господство России на постсоветском пространстве, путинская Россия может пойти дальше, если захват Украины «Путину сойдет с рук». Сингер предполагал, что следующими жертвами Путина в таком случае могла стать Прибалтика, «особенно Эстония и Латвия», имеющие значительные русскоязычные меньшинства.