«Ярославль» — товарно-пассажирский пароход Добровольного флота Российской империи, проектировавшийся специально для перевозки заключённых из европейской части России на Дальний Восток, первый из шести однотипных пароходов. Во время Русско-японской войны был передан Морскому ведомству Российской империи и в составе Второй Тихоокеанской эскадры перешёл из Балтийского моря в Тихий океан, однако в Цусимском сражении участия не принимал и после войны был возвращён Добровольному флоту. Во время Первой мировой войны привлекался для военных перевозок, после подписания Брестского договора в марте 1918 года был реквизирован британскими властями в Данди использовался фирмой Royal Mail Steam Packet Co. в качестве товарного парохода. В апреле 1923 года по решению суда был передан Советскому Союзу и включен в состав советского Добровольного флота, однако из-за плохого технического состояния уже сентябре того же года продан на слом. 23 октября 1923 года при следовании к месту разборки сел на камни у берегов Дании, в следующем году снят с камней и перепродан на разбор итальянской компании и разобран на металлолом в Генуе.
Описание парохода
Винтовой пароход со стальным двухпалубным корпусом с двойным дном. Первый из шести однотипных пароходов, заказанных в 1890-х для нужд Добровольного флота в Англии. Водоизмещение судна составляло 8950 тонн, грузоподъёмность — 4519 тонн и вместимость — 4495 брт/2619 нрт. Длина парохода по сведениям из различных источников составляла от 119,85 до 127 метра, ширина — 13,41 метра, осадка носом 7,47 метра, а осадка кормой 9,45 метра. На судне были установлены две вертикальные трёхцилиндровые паровые машины ройного расширения мощностью 407 номинальных лошадиных сил, что составляло 2500 индикаторных лошадиных сил, четыре цилиндрических паровых котла и одна дымовая труба, в качестве движителя использовались два гребных винта и парусное вооружение шхуны на двух мачтах. Все механизмы на пароходе были производства компании Denny & Со. Максимальная скорость парохода могла достигать 12—13 узлов, запас угля на судне составлял 967 тонн, что при средней скорости в 10 узлов позволяло обеспечить дальность плавания в 5700 миль. Экипаж состоял из 110 человек. Был первым двухвинтовым пароходом Добровольного флота. Артиллерийское вооружение на судне, как и на других однотипных пароходах, не устанавливалось.
Каюты парохода позволяли разместить 2 пассажиров I класса и до 9 пассажиров II класса, а также до 800 арестантов и 60 конвоиров. Освещение парохода обеспечивалось вырабатывающими электричество установками Холмса с паровыми двигателями Чандлера, а для обеспечения тепла в течение долгих переходов — паровым отоплением, которое в том числе отапливало каждое арестантское отделение. Пространство для заключённых находилось между верхней и средней палубами и состояло из четырех отделений, каждое из которых делилась на две половины поперечной решёткой. Два из четырёх отделений располагались в кормовой части от кормы до машинного отделения и ещё два — в носовой части. Лёгкие деревянные нары для сна арестантов крепились к решёткам отделений и железным стойкам в два яруса. При необходимости они поднимались и закреплялись к верхней палубе. Между решётками камер и бортами судна с иллюминаторами располагались коридоры шириной около 1 метра, которые не только обеспечивали круговую циркуляцию воздуха в отделениях, но и позволяли не ставить охрану вдоль бортов судна с наружной стороны во время остановок в портах, поскольку исключали возможность передачи заключённым запрещенных предметов. Вентиляция арестантских помещений осуществлялась посредством отдельных люков для каждого из отделений, бортовых иллюминаторов и вентиляционных железных труб с подвижными раструбами, поворачивающимися против ветра. В каждом из отделений было установлено по 4 трубы: по две трубы в углах просвета люков, так называемые «люковые» и по одной над каждым из двух входов в отделения, исключением являлось только четвёртое отделение, для которого над входами вместо вентиляционных труб использовались две широкие двойные трубы, выходящие на полуют. Более крупные трубы спускались непосредственно в отделения, а меньшие — в трюм. Помимо этого в качестве вентиляционных труб меньшего диаметра и не оборудованных раструбами на пароходе использовались полые кнехты, которые были выполнены в виде коротких труб с широкими стенками и с верхней палубы в бортовой коридор. На верхней палубе на концы этих трубок во время уборки навинчивались медные шляпки, однако большую часть времени кнехты эксплуатировались без них и обеспечивали циркуляцию воздуха в бортовых коридорах. Такая дополнительная вентиляция отсутствовала только в первом отделении, где это компенсировалось двумя дополнительными подвижными трубами, выходившими на полубак. В хорошую погоду вентиляционная система обеспечивала достаточную циркуляцию воздуха в помещениях, в плохих же погодных условиях или при длительных стоянках, когда часть вентиляционных приспособлений невозможно было использовать, для усиления циркуляции воздуха на пароходе подключали две использовавшиеся для освещения судна электродвигательные установки. Полный обмен воздуха в помещениях судна занимал около одного часа.
В кормовой и носовой частях судна располагались две кухни для приготовления пищи для пассажиров и арестантов. Запасы продовольствия хранились в специальном отделении одного из трюмов, оснащенного рефрижераторной машиной Голля, вмещавшая до 4 тонн свежего мяса и ежедневно обеспечивавшая судовые лазареты необходимым количеством льда. Всего на борту парохода в кормовой его части были оснащены два лазарета на 10 и на 17 мест, которые представляли собой две надстройки на верхней палубе. В каждом из лазаретов был оборудован большие светлые люки, крышки которых открывались в обе стороны, а борта люков образовывали выдвижные рамы со стёклами, которые могли быть открыты даже при закрытых люках. Это позволяло обеспечить дополнительный приток воздуха с любой из четырёх сторон лазарета. Помимо этого двери лазаретов также были оборудованы широкими открывавшимися на палубу иллюминаторами. В лазаретах были оборудованы отдельные гигиенические помещения с туалетом, ванной, душем и умывальником с пресной водой, в таких помещениях также было по одному иллюминатору. Запасы пресной воды на судне были размещены в семи цистернах общей вместимостью 5 260 вёдер, а для бесперебойного снабжения экипажа пресная вода пополнялась с помощью парового опреснителя Хакенса, который позволял производить до 1 500 вёдер пресной воды за сутки. Для обеспечения арестантов использовались общие запасы, из которых вода перегонялась в специализированные лагуны, установленные в каждом из отделений, а также в ёмкости для воды, установленные в арестантских умывальниках в восьми туалетах. Туалеты для арестантов представляли собой железные надстройки на верхней палубе имевшие помимо арестантских входов из отделений по трапам дверь на палубу, закрывавшуюся снаружи, и большой иллюминатор, выходивший на рубку. Во время движения парохода туалеты непрерывно промывались морской водой с использованием помпы, подключенной к основному паровому двигателю, а во время стоянок — отдельной помпой.
Пароход был третьим судном в составе Добровольного флота, носившим наименование «Ярославль», в связи с чем во многих источниках упоминается как «Ярославль» (третий). И был назван в соответствии с традицией отмечать таким образом названия городов, которые внесли особый вклад в сбор пожертвований на формирование Добровольного флота.
Особенности транспортировки арестантов Отправка ссыльнокаторжных из Одессы на Сахалин как правило производилась два раза в год: в марте и августе. Предварительно арестанты доставлялись в Одессу по железной дороге в специализированных арестантских вагонах за неделю до отправки. Как правило вечерний поезд останавливался ночью около Одессы, а в 8 утра следующего дня подходил на платформу, располагавшуюся у карантинной казармы. После выгрузки из вагонов и проверки арестанты передавались под надзор местной полиции. После чего партиями по 15—20 человек заключённые вызывались в карантинную казарму, где по одному представали перед комиссией, состоявшей из офицеров, врачей и чиновников, которая проводила проверку документов, состояния здоровья и обстоятельств этапирования заключённых. Затем матросами военно-морского конвоя проводился досмотр вещей и изъятие всех запрещенных предметов у арестантов, после чего конвой сопровождал партии заключённых на борт парохода и размещал их в отделениях.
Первоначально во время регулярных перевозок надзор за арестантами на судах осуществился специально назначенными Главным тюремным управлением для этих целей лицами, а медицинское сопровождение поручалось специально командируемому врачу. Однако уже с 1884 года эти функции стали возлагаться на одного из помощников капитана, а медицинское сопровождение — на судового врача. К каждому рейсу с арестантами Главным тюремным управлением подготавливались специальные инструкции, в том числе в части обеспечения надзора за арестантами, их санитарным состоянием и здоровьем, а по возвращении по итогам рейса в управление предоставлялись подробные отчёты всеми ответственными лицами. Для охраны арестантов предусматривался конвой военно-морской команды численностью до 70 человек, в том числе состоявший их двух фельдшеров и одного санитара.
Для того, чтобы заключённые легче переносили длительные морские переходы, через несколько дней после отплытия, осуществлялась так называемая расковка. Процедура проводилась на верхней палубе в кормовой и носовой частях парохода членами машинной команды. Для расковки использовались железные брусья или колосники, клинья и молоты. Для охраны арестантов во время расковывания кандалов вдоль каждого из бортов парохода расставлялась цепь из караула, через которую преступники проходили к расковщикам. Соответственно в течение всего плавания заключенные проводили без кандалов. На время плавания из числа арестантов выбирались семь старост, которые выполняли функции посредников между экипажем и заключёнными. Их обязанности заключались в выполнении надзора за порядком и чистотой в арестантских отделениях, для выполнения этих обязанностей последние могли назначить себе нескольких помощников из числа арестантов. На позиции старост обычно выбирались люди, обладавшие влиянием и авторитетьм среди партии заключённых.
Каждый день для арестантов начинался в 6 часов с проводимой иеромонахом утренней молитвы. С 6 до 7 утра заключённым разносили чай с сахаром, а в 8 часов они подвергались медицинскому осмотру, если необходимо назначается лечение или определение в лазареты. В 10:30 после снятия «пробы» судовым врачом и ревизором был обед, состоявший, как правило, из миски щей или борща, а также нескольких кусков хлеба или сухарей. Горячее для обеда передавалось через специальные окна, оборудованные в решетках отделений, в баках, а хлеб и сухари заранее выдавались старостам отделений из расчета на несколько дней. В случае, если арестанты болели цингой, им выдавали чеснок, лук, квашеную капусту или хрен. Время с 12:00 до 14:00 бвло отведено для отдыха судовой команды и конвоя. В 14:00 заключённые вновь обеспечивались кипятком для приготовления чая, также в это время в лазаретах проводились перевязки, операции или электро-терапевтическое лечение. В 17:00 их кормили ужином из так называемой «кашицы» или «супа из макарон». С 19:00 до 20:00 в отделениях иеромонахом читались вечерние молитвы, по завершении которых арестанты переходили ко сну. Периодически в носовой и кормовой частях парохода устанавливались переносные установки, состоящие из труб и помпы, для проведения гигиенического душа морской водой для арестантов группами по 10—15 человек.