Волокола́мская ико́на Бо́жией Ма́тери (известна также как Богома́терь Влади́мирская (Волокола́мская) и Волокола́мская Богома́терь) — чудотворный список с образа Владимирской иконы Божией Матери XII века, сделанный в 1572 году по заказу сподвижника Ивана Грозного во время опричнины Малюты Скуратова для Свято-Успенского Иосифо-Волоцкого мужского монастыря. Предназначался для надвратной церкви Сретения Владимирской иконы Божией Матери, позже находился в местном ряду иконостаса Успенского собора обители.
По сравнению с оригиналом Волоколамская икона дополнена изображениями двух святителей, архангелов Михаила и Гавриила на полях и роскошного оклада, который украшал к 1572 году Владимирскую икону Божией Матери.
В настоящее время Волоколамская икона Божией Матери находится в коллекции Музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва в Москве и представлена в его постоянной экспозиции, располагающейся в церкви Михаила Архангела Спасо-Андроникова монастыря. Она экспонировалась на временной выставке «Писано по благословению. Лествица 1510 года из Иосифо-Волоколамского монастыря и её реставрация. Выставка из собрания Музея имени Андрея Рублёва и частных коллекций», проходившей в Музее имени Рублёва с 30 июля по 30 августа 2017 года. В честь Волоколамской иконы Божией Матери установлен ежегодный общецерковный праздник, который приходится на . С 2007 года в Успенском соборе монастыря находится специально выполненный художником Сергеем Фоминым список с Волоколамской иконы.
История иконы и её иконография привлекали внимание многих советских и современных российских искусствоведов: доктора искусствоведения Энгелины Смирновой, кандидатов искусствоведения Валентины Антоновой, Лилии Евсеевой, Виктории Меняйло, Миры Даен и других исследователей. Виктория Меняйло называла икону не только шедевром живописи XVI века, но и культурно-историческим памятником, с которым связаны деятельность крупных политиков этого времени и целая цепь значимых исторических событий.
Изображение на иконе
Икона Богоматерь Волоколамская представляет собой чудотворный список с почитаемого Русской православной церковью образа Владимирской иконы Божией Матери, выполненного в Византии в XII веке. Владимирская икона была отреставрирована () несколько раз ещё во времена Московского царства. Живописный слой её был обновлён, в частности, в 1514 году, а оклад иконы — в 1566 году. Доктор искусствоведения, академик Российской академии художеств Анна Рындина писала, однако, в статье «К истории реставрации окладов иконы Богоматерь Владимирская в XV веке» (1997) ещё и о реставрации оклада в 1514 году, когда были восполнены утраты, появившиеся со времени предыдущей реставрации, проведённой при митрополите Фотии, и, по её мнению, была выполнена эффектная городчатая корона, дошедшая до нашего времени (золото, скань, Музей «Московский Кремль», № МР 3406).
Считается, что впоследствии облик самой Владимирской иконы, в котором она представала перед людьми XVI века, был утрачен, но он может быть реконструирован на основе сделанных с неё в это время списков. Волоколамскую икону принято выделять в особый иконографический тип. Он характеризуется следующим образом: «Усложнённый вариант „Богоматери Владимирской“ с рисунком венца над нимбом [поверх уже изображённого нимба], имитацией украшений на мафории на голове, с фигурами ангелов, а на боковых полях — московских митрополитов…».
Волоколамский список был сделан с Владимирской иконы уже после обновления, осуществлённого в XVI веке, на доске, близкой по размеру к оригиналу, и в таком же по форме ковчеге. Само изображение Богородицы и младенца совпадает на Волоколамском списке с контуром Владимирской иконы именно в XVI веке. В верхних углах ковчега в тёмно-зелёных «мишенях» сделано обозначение «эпитета» Марии. Плохо сохранившиеся четырёхугольные живописные «» передавали золотые украшения, которыми, предположительно, поновил древнюю Владимирскую икону митрополит Московский Афанасий. Такое же происхождение имеет написанный красками украшенный жемчугом плат с крупными цветными камнями, а «сквозь обнизь» жемчуга виднеется зеленоватый убрус Богородицы. Голову её обрамляли также украшенные венец и корона, правда, от их живописного слоя до нашего времени уцелел только незначительный фрагмент над левым плечом Богоматери.
Волоколамская икона отличается тонкостью и искусностью письма, но она дошла до нашего времени в достаточно плохом состоянии. Доктор искусствоведения Энгелина Смирнова так охарактеризовала его: «Сохранность: Отдельные тонировки и вставки грунта». Кандидат искусствоведения Валентина Антонова отмечала, что в процессе реставрации сотрудником Музея древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублёва (реставрация была осуществлена в 1961 году или 1959 году) был восстановлен «лишь общий характер изображения с его неясными „смирными“ красками». Страдание Богородицы, запечатлённое на её лице, подчёркивается художником с помощью изображения самоцветов и жемчуга её украшений. Значительность именно такого душевного состояния, по мнению Антоновой, дополняется присутствием «торжественных архангелов в алых светлых одеждах» и двух святителей по обе стороны от неё в облачениях, расшитых золотом «с переливающимися нежными сиреневыми и бледно-зелёными красками» узорами. Широкие зелёные поля иконы действительно содержат поясные изображения архангелов с зерцалами в руках, заключённые в «облачные» круги. Ниже помещены два святителя в рост.
Икона упоминается в «Описи ризницы Иосифо-Волоколамского монастыря 1760 года». В это время она находилась в местном ряду иконостаса по левую сторону от Царских врат. Автор описи считал, что на полях иконы находятся образы архангелов Михаила и Гавриила (изображение архангела Михаила располагается в круге слева вверху от Богородицы, одежда его выполнена киноварью), а также московских чудотворцев Петра и Ионы. Значительная её часть была на тот момент скрыта окладом. Венцы у архангелов были из вызолоченного серебра сканые. У чудотворцев — венцы и цаты также из вызолоченного серебра, но резные. Около образа Богородицы «поля обложены сребром басебным [то есть тонким] золочёным». У самой Богородицы венец с короною и цата были чеканные опять же из позолоченного серебра. В венце и цате Богородицы находился «двадцать один камень простых разных цветов больших и малых, в том числе один большой хрусталя восточного». Убрус был «низан» жемчугом в «рефид» [то есть в косую клетку — ромбами, в результате чего получалась жемчужная сетка], также жемчужными были подвески. Автор описи сообщал: «У того ж образа цата низана жемчюгом в рефид по отласу. Среди цаты запона сребреная обнизана жемчюхом кругом в два реда, а на другом ряду жемчюгу з дву половинок несколько осыпалась. В запоне камень суровик [некий минерал, часто имеется в виду шпинель] бруснишного цвету». На цате находился лазоревый камень, а вокруг него три «» из позолоченного серебра. В качестве «» к иконе были простые серебряные серьги. Упоминался в тексте также некий акафист Волоколамской Богоматери, писанный «иконным» письмом.
Священник церкви Словущего Воскресения Пётр Виноградов в книге «Летопись Волоколамского Иосифова монастыря. Материалы из дел архива Московской духовной консистории 1746—1852», изданной в 1888 году в Университетской типографии в Москве, привёл свидетельство Амвросия, епископа Переславского и Дмитровского (вторая половина XVIII века), и митрополита Московского и Коломенского Филарета (первая половина XIX века), что в их время Волоколамская Богоматерь находилась по левую руку от Царских врат в иконостасе Успенского собора монастыря. В книге упоминаются изображённые на иконе предстоящие Богородице архангелы Михаил и Гавриил, святители Пётр и Иона, а также окружение Богоматери «по полям… акафистом Успения Божией Матери ». В книге «Историческое описание Иосифова Волоколамского второклассного монастыря Московской губернии, составленное онаго же монастыря иеромонахом Нектарием в 1886 году» (1887), однако, утверждалось, что святителями являются митрополиты Алексий и Иона. Пётр Виноградов отмечал, что уже к его времени икона «довольно попортилась и облетела».
В XIX веке изображения святителей были также восприняты как митрополиты Московские (так у рассказывавшей об этом Валентины Антоновой, официальный же титул — митрополиты Киевские и всея Руси, но с местом пребывания кафедры в Москве) Иона (слева) и Алексий (справа). В ходе реставрации Виктор Брягин пришёл к выводу, что весь фон на полях иконы был поновлён. В процессе раскрытия первоначального фона были обнаружены следы написания имени святителя в левой части иконы: «ГОРО(Н)ТЕ(И)». Валентина Антонова сделала вывод, что на полях действительно представлены митрополиты Московские в саккосах, клобуках и соответствующих головных уборах, но это не Иона и Алексий, а митрополит Киевский Киприан (справа) и редко изображаемый на иконах митрополит Московский и всея Руси Геронтий (слева). Изображение Киприана полностью соответствует требованиям иконописного подлинника: на голове шапка, седой, борода длиннее, чем у Власия, и раздваивается на конце. Изображение Геронтия также соответствует иконописному подлиннику: седой, борода длиннее, чем у Власия, тупая на конце, святительские ризы, лазоревый саккос, клобук.
И Киприан, и Геронтий связаны с иконой Владимирской Богоматери: при Киприане икона впервые прибыла из Владимира в Москву, что описано в летописной повести под 1395 годом, а при Геронтии в 1480 году икона окончательно осталась в Москве. Волоколамская икона по легенде предназначалась в Иосифо-Волоцком монастыре для церкви иконы Владимирской Богоматери. Героями таких её встреч в разное время стали именно эти святители. Некоторые современные искусствоведы продолжают именовать изображённых на картине святителей митрополитами Петром и Ионой. Так поступает, в частности, Энгелина Смирнова в книге «Московская икона XIV—XVII веков» (1991) и Людмила Щенникова в IX томе «Православной энциклопедии».
В соответствии с каноном на Богоматери коричневый мафорий, чепец, рукав, а также опоясание младенца зелёные. Гиматий маленького Иисуса отливает золотом. Им же украшены каймы одеяния Марии с изящным растительным орнаментом у левого плеча. Антонова особо отмечала изощрённость уверенного рисунка и стройность композиции, мастерство изображения блеска одежды Иисуса и тонкость «вохрения» у глаз Богоматери. Именно оно, по мнению советского искусствоведа, создавало в лице Марии душевное движение, отражённое на Владимирской иконе после реставрации XVI века и утраченное к настоящему времени. Вохрение традиционно: «поверх зелёного сделано высветление коричневой охрой, но с таким умением, что иконный лик выражает неприкрашенное страдание». Очертания фигур Богородицы и младенца в некоторых местах обведены сохранившимся золотым контуром, по словам Валентины Антоновой, «как это было принято для особо изысканных изображений». Скорбь на лице Марии воплощена также с помощью рисунка — сведены брови и «опускаются», по выражению Антоновой, к вискам углы глаз. Такой рисунок встречается лишь на тех иконах Владимирской Богоматери, которые отражают её состояние после реставрации XVI века. Фрагменты иконы
История создания иконы и её судьба