Санкт-Петербург, как крупный российский город и бывшая столица Российской империи имеет давнюю историю, связанную с людьми из числа ЛГБТ. В XIX веке в городе среди общественности сложилось относительно терпимое отношение к однополым связям среди знати и царской семьи, также однополый секс оставался частью традиции в общественных банях. Несмотря на наличие статьи о «мужеложестве», на рубеже XIX и XX веков в Петербурге существовали гомосексуальные субкультуры, одна из которых в качестве символа использовала красные галстуки. В Петрограде в период НЭПа существовали гомосексуальные клубы кросдрессеров, которые могли устраивать костюмированные мероприятия, в том числе и на улице. В советский период гомосексуальных людей активно преследовали и репрессировали, что привело к уничтожению сформировавшейся в городе субкультуры, которая начала заново формироваться с 1990-х годов. В 2000-е годы в Петербурге образовалось самое организованное среди всех городов России ЛГБТ-движение и действовали ряд известных организаций, например «Российская ЛГБТ-сеть», ЛГБТ-кинофестиваль «Бок о бок» или правозащитная организация «Выход». Петербург был единственным городом, где несколько лет проводились согласованные с властями гей-прайды. Тем не менее, вместе с усилением гомофобной риторики со стороны российской власти петербургское ЛГБТ-сообщество и движение продолжает всё дальше уходить в подполье.

Исторически до середины XX века речь шла о разрозненных, автономно существовавших друг от друга обществах. Самым важным показателем для формирования тех или иных гомосексуальных и травести-кругов выступала сословная принадлежность. Лесбиянки почти не формировали сообщества, так как женщины были почти полностью отрезаны от общественной жизни в прошлом.

Ранний период Обложки произведений «Крылья» (Михаила Кузьмина, 1906) и «Тридцать три урода» (Лидии Зиновьевы-Аннибал, 1907). Это — самые первые в истории России произведения, рассказывающие о гомосексуальных и лесбийских отношениях Пётр I законодательно запретил «мужеложество» в 1716 году в армии и на флоте. Предположительно русский царь мог пробовать себя в однополых отношениях, подобные отношения практиковали и некоторые члены петровской элиты. Хотя прямых подтверждений этому не было, Швеция использовала эти слухи для антироссийской пропаганды в период Северной войны.

Запрет «мужеложества» распространился на гражданское население в 1835 году при царствовании Николая I. В 1866 году было установлено наказание в виде ссылки в Сибирь и лишения гражданских прав и состояния. С точки зрения христианской морали однополые отношения приравнивались к блуду. Строгость наказания нивелировалась редкостью его исполнения, по сути риск понести наказание за однополый секс был значительно ниже, чем, например, в Германии, Франции или Англии. В 1900 году наказание смягчили до заключения в тюрьму до пяти лет и обязательного покаяния для христиан. В начале XX века на фоне либерализации нравов возник дискурс вокруг отмены уголовной статьи о «мужеложестве». Начало XX века на фоне либерализации общественных нравов совпало с расцветом гомосексуальной городской культуры, чьи представители не боялись демонстрировать свою принадлежность на улице.

Несмотря на существование гомофобных законов, нетрадиционные с точки зрения христианской морали отношения были широко распространены среди привилегированных классов, внутри которого устоялось терпимое по меркам того времени отношение к однополой любви. Петербург выделялся на фоне остальных городов Европы своей терпимостью к однополой любви среди знати. Практика гомосексуальных и бисексуальных отношений была распространена среди дворянства и в том числе в царской семье. Например, Анна Леопольдовна состояла в тайных любовных отношениях с фрейлиной Юлианой Менгден. В своём влечении к мужчинам признавался князь Константин Константинович. Представители высшего сословия, столичного купечества и интеллигенция привлекались по статье о «мужеложестве» в исключительно редких случаях, а если и привлекались, то судьи выносили оправдательные приговоры. Женщины высшего общества никогда не привлекались по закону. Существовала негласная традиция временно ссылать в Европу громко отстаивавших свои права министров, царских слуг членов Госсовета, богатых купцов и известных культурных деятелей. Уличённые в однополых связях мужчины из низших сословий имели больший шанс подвергнуться наказанию ссылкой в Сибирь, где они предпочитали оставаться, чтобы не возвращаться в родную деревню.

На рубеже XIX и XX веков однополые отношения были распространены среди художественной богемы. Однополые связи практиковали писательницы Зинаида Гиппиус, Анна Ахматова, Марина Цветаева, композитор Пётр Чайковский. Неизвестно, были ли эти люди гомосексуалами или бисексуалами, так как исторически гомосексуалами называли всех, кто когда-либо был замешан в однополых связях, даже если они также практиковали разнополые связи и состояли в традиционном браке. Однополая любовь или небинарность стали впервые упоминаться в произведениях, связанных с движением декадентства. Однополые связи были распространены среди учащихся и педагогов в стенах Петербургского хореографического училища и до революции, и при СССР.

Мужская гомосексуальность

Во второй половине XIX века в Санкт-Петербурге сформировались разные гомосексуальные субкультуры. Богатых мужчин, испытывавших влечение к другим мужчинам, называли «тётками».

Слово произошло из французского tante — обозначения мужских секс-работников — и через какое-то время превратилось в обозначение всех гомосексуальных/ахиллеанских мужчин. «Тётка» — зонтичное определение, обозначавшее богатого мужчину, испытывавшего влечение к любому представителю мужского пола, этим словом обозначали довольно разрозненные и зачастую не имевшие друг к другу отношения гомосексуальные группы. Главным образом тётками называли мужчин, искавших отношений с юношами — секс-работниками, как правило бедняками, учениками подмастерьев, солдатами и матросами. Таким мужчиной, например, был обличённый публицист-консерватор Владимир Мещерский. Определённый круг мужчин, также обозначавшийся как тётки, проработал особый гомосексуальный городской маршрут. Чтобы распознать среди толпы единомышленников, тётки использовали особые жестикуляции и другие невербальные сигналы. Это также могли быть педерасты, искавшие отношения с несовершеннолетними мальчиками. В дореволюционном Петербурге остро стояла проблема с детской секс-работой и секс-торговлей, но в этой теневой части рынка в подавляющем количестве по-прежнему были задействованы девочки и гетеросексуальные мужчины как их клиенты. Тётками также считались феминные мужчины, которые могли наносить косметику, использовать феминные жесты и практиковать кроссдрессинг. Таким образом, слово «тётка» имело несколько основных значений — гомосексуала, женственного мужчину или педераста. Современники воспринимали, как минимум, два первых явления как часть одного. Владимир Руадзе, автор скандального памфлета «К суду!», пытавшийся «обличить» петербургские гомосексуальные круги, ставил знак равенства между всеми тётками и педофилами.

В начале XX века нарастало движение богемной городской гомосексуальной субкультуры, которых можно было узнать по ярко-красным галстукам и также иногда по торчащим красным платкам из кармана. Они были, как правило, идейными декадентами, поддерживали правозащитную деятельность, оспаривали преобладавшую в обществе установку гомосексуальности как болезни или содомского греха и принимали гомосексуальность как часть своей идентичности. О своей принадлежности к гомосексуальной субкультуре открыто заявляли некоторые деятели искусства, например писатель Михаил Кузмин или Сергей Павлович Дягилев, который со своим возлюбленным Дмитрием Философовым и другими единомышленниками основал художественное объединение «Мир искусств».

В Петербурге сосуществовала также субкультура «женоненавистников», состоявшая из солдатов, матросов и учащихся, которая воспевала мужественность и выражала неприятие к женственности среди тёток, но могла воспринимать их как сексуальных партнёров. Среди «женоненавистников» было модно носить официальную форму, воплощавшую маскулинность, это стало удобным прикрытием для формирования отдельного направления гомосексуальной субкультуры. Гомосексуальность в Петербурге также называли «гвардейской болезнью», так как её часто практиковали в гвардейских полках, особенно в лейб-гвардии Преображенском полку, который становился центром скандалов после уличения офицеров в однополых любовных связях.

О гомосексуальности среди более низших слоёв населения известно меньше. На рубеже XIX и XX веков на фоне индустриализации и быстрого прироста населения в Петербург из деревни переезжало множество мужчин, оставлявших свои семьи и формировавших класс пролетариев. Они селились компактно в дурных жилищных условиях. В кругу таких мужчин сохранялись традиционные формы патриархальной солидарности и взаимного контроля, однако даже они не могли поддерживать характерную для деревенской общины принудительную гетеросексуальность. В итоге некоторые мужчины стали выражать свою сексуальность в мужском кругу, зарождая новую городскую гомосексуальную субкультуру с собственной географией, ритуалами и жестами.

Гомосексуальный маршрут Тётки, искавшие любовников и секс-работников, гуляли по избранному маршруту — начиная прогулку на Невском проспекте от Знаменской площади, через Аничков мост и до Публичной библиотеки и «Пассажа». Эти улицы и места стали самым известным и долгоживущим «гомосексуальным маршрутом» в городе. Вечером единомышленники встречались в «Кафе де Пари. Тётки предпочитали гулять по этому маршруту по воскресеньям, занимаясь поиском солдат и мальчиков-подмастерьев, чтобы затем пригласить их в кондитерские или домой. Тётки также искали себе партнёров и секс-работников на выставках и ярмарках в Михайловском манеже, в балаганах на Марсовом поле во время Масленицы. Представители высшего сообщества посещали по средам балетные спектакли в Мариинском театре. Некоторые рестораны в Петербурге были приспособлены под места свиданий с отдельными кабинетами. Например, вечером компании тёток любили посещать ресторан «Палкин» на углу Невского и Владимирского проспектов, где работали сводники, предоставлявшие им в специально на то отведённых кабинетах юношей и солдат. По субботам тётки искали партнёров на набережной Фонтанки, а также около цирка Чинизелли. Для поиска сообщников и секс-работников тётки использовали скрытые сигналы — характерный долгий взгляд или просьбу дать сигарету. Вместе со своими единомышленниками тётки устраивали балы и вечера, куда прибывали мужчины со своими любовниками. Балы могли организовывать вельможи в своих дворцах и виллах. Такие вечера могли заканчиваться групповым сексом.

Тётки, предпочитавшие пассивный секс с мужчинами, искали любовников среди военных. Солдаты и тётки выбирали в качестве основных мест для встречи общественные туалеты. В начале 1880-х годов самым популярным местом сбора тёток и солдат становился Зоологический сад и Конногвардейский бульвар рядом с казармами и манежами полка Конной гвардии и на Знаменской площади.

Секс-работники