Легенда о том, что грузинская царская династия Багратионов ведет свое происхождение от библейского царя Давида, появляется в источниках с момента утверждения рода в качестве правящей силы в Грузии с конца VIII века. По мере укрепления власти династии эта идея была институционализирована и заняла центральное место в официальной историографии и политической идеологии династии, что нашло отражение в таких памятниках, как хроника Сумбата Давитис-дзе (XI век).
Утверждение о происхождении от помазанника Божьего, царя Давида служило для легитимации власти династии, позволяя претендовать на особую сакральную связь с библейской и евангельской историей.
В средневековой традиции
Первое прямое грузинское упоминание о происхождении от библейского царя Давида содержится в сочинении Псевдо-Джуаншера (ок. 800–813 гг.), где говорится о прибытии в Картли Адарнасе, который «был из дома Давида пророка». В X веке эта легенда получает развитие в «Житии святого Григола Хандзтели» Георгия Мерчуле, где грузинский правитель Ашот I Куропалат именуется «сыном Давида». Легенда стала известна и за пределами Кавказа: византийский император Константин VII Багрянородный в трактате «Об управлении империей» (ок. 950 г.) передает версию о том, что грузины считают себя потомками Давида и Вирсавии и, следовательно, родственниками Богородицы.
Наиболее полное и систематизированное изложение генеалогии Багратионов содержится в труде Сумбата Давитис-дзе «Жизнь и повесть о Багратионах, царях наших грузинских» (XI век). Его работа, включенная в свод «Картлис цховреба», представляет собой развернутую родословную, которая последовательно возводит род к Адаму, царю Давиду, а через его потомков — к Иосифу Обручнику и его брату Клеопе, умерщвленного иудеями за проповедь о Христе. Согласно Сумбату, от Клеопы через длинную цепь поколений произошел некий Соломон, семь сыновей которого, «евреи, вышедшие из плена», покинули Палестину и прибыли в Армению, где были крещены. Трое еврейских братьев остались в Армении (став родоначальниками Багратуни), а четверо, включая Гуарама, отправились в Картли, где Гуарам был избран правителем и стал предком грузинских Багратионов. Эта конструкция, опиравшаяся на тексты Евангелий и труды Евсевия Кесарийского, стала каноническим обоснованием сакрального статуса династии.
В XVIII веке грузинский историк и географ Вахушти Багратиони предпринял критическое осмысление династического предания о происхождении своего рода. Столкнувшись с хронологическими противоречиями, он указал, что исторический Гуарам I, получивший византийский титул куропалата в VI веке, не мог быть физическим современником легендарных переселенцев из Палестины, чья история относилась к ветхозаветным временам. Проведя расчёты, Вахушти заключил: «Исходя из этих чисел, выходит, что при воцарении Гураму было 101 год, чему нельзя верить». Это рациональное наблюдение привело Вахушти к важному методологическому решению. Он не стал отвергать саму легенду как не имеющую ценности, но предложил чётко различать два пласта: сакрально-мифический и историко-политический. Согласно его интерпретации, легендарные «сыны Давида», пришедшие с Ближнего Востока, были отдалёнными предками, символическими родоначальниками, от которых вёл своё происхождение весь род. Непосредственным же основателем династии как политической силы в Картли был их исторический потомок — Гуарам I Куропалат (VI век), автохтонный правитель, чья власть имела вполне земные, документированные основанияВахушти Багратиони. История царства Грузинского: подтверждение рода Багратионов. — Тбилиси: Мецниереба, 1976. : «...ибо первоначально написано в житие, что Гурам происходил от сына сестры Мирдата, сына Горгаслана. И если сей Гурам, который воцарился, был [один] из семи братьев, не мог он тогда быть сыном дочери Вахтанга Горгаслана...ибо от царя Вахтанга до царствования Гурама прошло 76 лет... исходя из этих чисел, выходит, что при воцарении Гураму было 101 год, чему нельзя верить. А еще написано, что царь Гурам был курадпалатом. Учти, что курадпалатом был не из тех семи братьев, а сей воцарившийся Гурам... А говорит, [что] воцарился при нем, сыне Баграта, у которого был брат отца, как мы выяснили.» (Это указывает на преемственность от Гуарама).Еще житие говорит об их багратионстве, что сей Гурам происходил не от того Баграта, которого привела царица Рахел зятем, а от его брата Гурама, который пришел в Картли. И ему следовало быть Гурамиани, а не Багратиони...Но так как Гурам сына своего назвал именем брата своего, по этой причине считает его Багратионом»..
Помимо письменных источников, с легендой иногда связывают некоторые материальные памятники, например, каменный рельеф из монастыря Опиза (IX–X вв.), изображающий, по одной из версий, грузинского правителя Ашота I с Христом и царем Давидом. Однако атрибуция лиц на этом рельефе остается дискуссионной.
Легенда о происхождении от Давида устойчиво сохранялась в исторических сочинениях и династическом самосознании на протяжении всего Средневековья и Нового времени. В XII веке автор «Жизни царя царей Давида» называл Давида IV Строителя 78-м потомком библейского царя. В поздних документах встречается развернутая династическая формула «Иессиан-Давитиан-Соломониан-Багратовани». Символы Давида — арфа и праща — вошли в геральдику рода. Даже после утраты государственности в XIX веке представители династии, как, например, царевич Александр Багратиони в беседе с миссионером Джозефом Вульфом, продолжали ссылаться на свое происхождение от царя ДавидаWolff, Joseph (1829). Missionary journal and memoir of the Rev. Jeseph Wolf, Vol. III. London: James Duncan., стр 143.
Утверждения от императора Константина VII Багрянородного
Информация о данной легенде получила столь широкое распространение, что была зафиксирована в 45-й главе трактата «Об управлении Империей» (лат. De Administrando Imperio), созданного приблизительно в 950 году византийским императором Константином VII Багрянородным. Вероятно, сведения о претензиях Багратионов достигли императорского двора в Константинополе через выходцев с Кавказа, находившихся там на службе.
Согласно изложению Константина, грузины считали себя потомками Вирсавии, жены Урии, от которой царь Давид имел детей. На этом основании они утверждали о своём родстве с Девой Марией, поскольку её родословная также восходила к Давиду. Хотя рассказ Константина Багрянородного явно свидетельствует о знакомстве с грузинской традицией, отдельные приведённые им детали не находят подтверждения в других источниках. Его версия расходится с более развёрнутым изложением грузинского летописца Сумбата Давитис-дзе, в частности, в том, что называет генеалогическую линию, ведущую к Деве Марии, а не к её мужу Иосифу. Далее император приводит собственную генеалогию, возводящую род к двум братьям — Давиду и Спандиату. Согласно этому повествованию, братья покинули Иерусалим по совету оракула, поселились на персидских рубежах и основали там царство в Иберии (Картли), упрочив свою власть при поддержке императора Ираклия. Спандиат, по версии Константина, не оставил потомства, тогда как у Давида был сын Панкратий, затем внук Асотий, чьего сына, Адарнасе, император Лев (отец Константина) назначил на пост куропалата.
Эта версия, изложенная византийским императором, в своей основе перекликается с местными историографическими традициями. Несмотря на различия в конкретных деталях — расхождения в именах, хронологии и сюжетных поворотах, — центральное ядро легенды оставалось неизменным и ясно отпечаталось в сознании местных правящих элит. И грузинская летописная версия, и её армянские параллели, и даже этот внешний, византийский взгляд сходились на главном: династия вела свой сакральный род от библейских патриархов, а её основатели были евреями, покинувшими Святую Землю и обосновавшимися на Кавказе. Таким образом, различные интерпретации легенды (о прибытии семи братьев у Сумбата, о двух братьях у Константина, о пленном знатном иудейском предводителе Шамбате у Мовсеса Хоренаци, угнанным Навуходоносором II) были, по сути, разными вариантами изложения одной и той же фундаментальной идеи, служившей ключевым инструментом легитимации власти Багратионов.
Хроника Сумбата Давитис-дзе Наиболее развёрнутое и систематизированное обоснование происхождения грузинской царской династии от библейского царя Давида содержится в сочинении XI века «Жизнь и повесть о Багратионах», авторство которого приписывается Сумбату Давитис-дзе. Этот текст, сохранившийся в составе крупного летописного свода «Картлис цховреба» («Житие Картли»), представляет собой наиболее детализированную и завершённую версию династической легенды. В построении своей генеалогии Сумбат опирался на авторитетные христианские тексты. Цепочка от Адама до Давида воспроизводит родословие из Евангелия от Луки (3:23-38), а линия от Давида до Иосифа — из Евангелия от Матфея (1:1-16). Источником для включения в родословную фигуры Клеопы, вероятно, послужила «Церковная история» Евсевия Кесарийского, который, ссылаясь на историка II века Гегесиппа, упоминал о поисках римлянами потомков Давида как потенциальных претендентов на престол. Таким образом, Сумбат не просто компилировал библейские имена, но сознательно выстраивал преемственность, ведя род Багратионов напрямую к «богопомазанному» царю Израиля. Эта искусно сконструированная версия семейной легенды стала каноническим текстом, легшим в основу династической идеологии Багратионов и существенно повлиявшим на их политическое самосознание и представления о легитимности своей власти.
Генеалогия по Сумбату
Примечания
Toumanoff 1963, p. 423. Rapp 2000, pp. 571—572. Taqaishvili 1935, pp. 23-25. Toumanoff 1963, p. 328. Rapp 1997, p. 533. Rapp 2003, p. 234. Rapp 1997, pp. 529—530. Rapp 1997, pp. 527—528, 530—531. Toumanoff 1963, p. 329, fn. 108. Rapp 1997, p. 526. Rapp 2003, pp. 233—234. Toumanoff 1963, p. 329. Biliarsky 2013, p. 152. Taqaishvili 1935, p. 19. Toumanoff 1963, p. 323. Biliarsky 2013, p. 153. Constantine Porphyrogenitus 1949, p. 171. Rapp 2000, p. 571. Rapp 2003, p. 339. Rapp 1997, p. 532. Taqaishvili 1935, pp. 17-19. Rapp 2003, p. 351. Biliarsky 2013, p. 154. Rapp 2003, p. 369. Biliarsky 2013, pp. 154—155. Rapp 2000, p. 573. Djobadze 1992, pp. 14-15. Eastmond 1998, pp. 223—224. Eastmond 1998, p. 225, fn. 22. Toumanoff 1963, p. 329, fn. 107. Papamastorakis 2002, pp. 226—228. Toumanoff 1949—1951, p. 209, fn. 29. Bichikashvili 2004, p. 4. Rapp 1997, pp. 533—534. Rapp 1997, p. 528, fn. 139. Biliarsky 2013, p. 157. Karbelashvili 1999, pp. 250—251. Toumanoff 1963, p. 425. Toumanoff 1963, p. 329, fn. 110.
Литература 1. Б. Пиотровский. К вопросу о происхождении армянского народа // Известия АН Арм ССР, 1945. N6. стр. 13 (на арм. яз.).
2. Г. Капанцян. История Урарту, Ер., 1940, стр. 203, 219, прим 1 (на арм. яз.).
3. Н. Адонц. Армения в эпоху Юстиниана, СПб., 1908, (Ер., 1971), стр. 307, 308, 400, 412, 413.
4. Г. Капанцян. указ. сочинение и указ. страницы.
5. Б. Пиотровский. Ванское царство, М., 1959, стр. 223
6. Р. Матевосян. Багратуни. Историко-родословная энциклопедия, Ер., 1997, стр. 7-9 (на арм. яз.).
7. Мовсес Хоренаци. История Армении, перевод с древнеармянского языка, Введение и примечания Гагика Саркисяна. Ер., 1990. Книга I, глава 22. стр. 38.
8. История Армении, книга II, глава 63. стр. 112.
9. А. Гарагашян. Критическая история Армении, ч. I, Тифлис. 1895. стр. 166, 170—173 (на арм яз.), Г. Халатянц. Армянские Аршакиды в «Истории Армении» Моисея Хоренского. ч. I, М., 1903. стр. 26-28, 107. Его же —Армянский эпос в «Истории Армении» Моисея Хоренского. М., 1896. стр. 83, 162, 163.
10. О. Карагезян. Армянское нагорье в клинописных источниках, т. 1, кн. 1, Клинописные топонимы, Ер., 1998. стр. 238 (на арм. языке).
11. Cyril Toumanoff. Orontids of Armenia, Studies in Christian Caucasian History, Washington. 1963, с. 277—354.
12. Г. Мелконян, Царство Адиабены и Армения, Ер., 1980, стр. 129—135 (на арм. яз.).