Явленный Образ Симеона Богоприимца — икона Богомладенца Христа на руках святого праведного Симеона Богоприимца. Найдена на выезде из Красного Села крестьянином Василием Кисляковым а. Почитается с 1800 года как местночтимая и чудотворная икона.
Празднование иконе совершается а.
Сокрытие святыни от поругания, до времени Недалеко от будущего Красного Села в XV—XVII вв. находился Дудоровский погост Водской пятины Новгородской республики. По преданию, в 1467 году во время свирепствовавшего мора, архиепископ Иона во время моления услышал глас, повелевавший идти на скудельницу в Покровском Зверином монастыре, где он обретёт икону св.прав. Симеона Богоприимца. На праздник Покрова Пресвятой Богородицы новгородцы, придя крестным ходом, и обрели образ. Списки с этого чудотворного образа во множестве разошлись по новгородской земле. В одном из домов Дудоровского погоста, видимо, и находился в XVI веке список с образа Покровского монастыря. При разорении же этих мест шведами в 1611 году, икона, вероятно, оказалась выброшена шведами или утеряна при поспешном бегстве жителей. Либо она была сокрыта местными жителями от поругания, с надеждой возвращения. Дудорово на шведский манер стало произноситься как Дудергоф, река Лига стала Дудергофкой, а места эти более чем на 90 лет отошли к Швеции. До обретения сокрытого в земле Образа оставалось почти 190 лет. Возможно, Образ пропал вновь при случайной утере кем-то из новгородских переселенцев или военных (из гвардейских полков проводивших здесь свои манёвры) уже в XVIII веке, после основания Петром I поселения Красное Село.
Явление иконы святого праведного Симеона Богоприимца в Красном Селе В 1800 году Красное Село обрело свою святыню — чудотворную икону с изображением Богомладенца Иисуса Христа на руках святого праведного старца Симеона Богоприимца.
<blockquote>На выезде из Павловской слободы, с правой стороны от дороги по направлению из Красного Села к Санкт-Петербургу 11 мая 1800 года (по старому стилю) или 24 мая по новому, крестьянин Василий Кисляков, работая на своей пашне, увидел, как неожиданно, у края небольшого холма земля, поднявшись на сажень, разметалась весьма большими глыбами по сторонам. Образовалась промоина с водяным ключом посередине. В ней местные жители и обнаружили не повреждённую плавающую икону.Народ, увидев в воде образ, принял это за особое к ним от Бога милосердие и об этом дал знать местному приходскому духовенству, которое без спроса и ведома Епархиального Начальства, отслужив молебен, взяло образ и с торжественным крестным ходом, при многочисленном стечении народа, водворило в церковьДмитриев Петр диакон. Очерк Красносельской Троицкой церкви и ея прихода ко дню 175-летняго юбилея. СПб., 1908..</blockquote>
Чудесное явление иконы — редкое событие, а для новопостроенного Петербурга случилось впервые. Радость красносёлов, обнаруживших её в водоёме, внезапно образовавшемся на месте обретения, была так велика, что захватила и местных священнослужителей во главе с настоятелем протопопом Стефаном Фёдоровым, священником Николаем Яковлевым и дьяконом Яковом Ивановым. Втроём они служили в красносельской Троицкой церкви в 1798—1801 годах. Те, ошеломленные необыкновенным чудом, забыли даже доложить об обретении по инстанции, что могло роковым образом отразиться на судьбе иконы. Узнав о таком самовольном действии как не получивший благословения архиерея крестный ход, епархиальное начальство высказало своё недовольство с последующим разбирательством. Неизвестно, чем могло бы всё закончиться, если бы не заступничество императора Павла I, который понял чувства верующих, совершенно забывшихся в своём ликовании, простил их и приказал оставить икону в Красном Селе. Вероятно, решение было принято под влиянием императрицы Марии Фёдоровны, которая любила посещать Свято-Троицкую церковь и имела о ней особое попечение. Об этом разбирательстве сохранилась историческая переписка.
В журнале «Русская старина» 1882 года (том 33, январь) опубликованы некоторые повеления и указы императора Павла I; один из них — от 15 мая 1800 года. В тот день из Павловска к военному губернатору Петербурга П. А. Палену был направлен приказ от Государя. Написанный на немецком языке, он в переводе на русский имел такое содержание:
Господин генерал от кавалерии фон-дер-Пален. Из донесения одного чиновника императрице я узнал о следующем происшествии в Красном Селе. В одном месте там провалилась земля и вскоре образовавшееся отверстие наполнилось водою; это привлекло множество народу, не только живущего в этой местности, но также из Гатчино и С.-Петербурга; который вечером разошелся, а на следующий день снова собрался, при этом на воде оказался плавающий образ, который и был отнесен народом в церковь в Красном Селе. Обо всем этом приказываю вам собрать подробныя сведения, и не теряя времени с умом принять соответственные меры и обо всем мне донести. К вам благосклонный
Павел.
15 мая 1800 года.
ПавловскИмператор Павел Петрович. 1800—1801. Высочайшия повеления и указы с.-петербургским военным губернаторам // Русская Старина. Т. XXXIII. 1882. Январь. С. 193..
По действующим законоположениям и по резолюции Архиепископа Амвросия, священники должны были бы быть лишены мест и запрещены в священнослужении, а церковь и приход поручены другим; но так как эти священники находились в имении императрицы Марии Фёдоровны, то Консистория от 16 мая 1800 года за № 1285, предлагала на обсуждение императрицы чрез Павловское Городовое Правление «где по сему делу попы следованны и судимы быть должны и о принятии мер к прекращению злоупотребления и разглашения об образе». На это правление тогда же уведомило Консисторию, что требование доложено было императрице и по её повелению образ приказано оставить в Красносельской церкви, а о прочем ответствие Консистория получит от г. Генерал-ПрокурораДмитриев Петр диакон. Очерк Красносельской Троицкой церкви и ея прихода ко дню 175-летняго юбилея. СПб., 1908 С.13-14..
20 мая 1800 года генерал-прокурор П. Х. Обольянинов отправил петербургскому архиепископу (которого диакон П. Дмитриев неверно назвал «митрополитом») «ответствие». Сохранился его черновик со множеством исправлений (зачёркнутых слов). Вот текст этого черновика:
Павловское городовое правление уведомило меня, что консистория Сп: бургская сообщила ему, что по случаю найденнаго павловскими крестьянами близ слободы образа сретения Господня, положить на Церковно-служителей Софийскаго уезда церкви живоначальныя Тройцы, что в селе красном, запрещение в служении зато, что они образ сей вынув из источника, с освяением воды оный и отнесли в церковь молебны, требует уведомления, где судимы они быть должны. Я быв известен о самых обстоятельствах произшествия сего, долгом моим поставляю сообщить вашему преосвященству, что оно уже сделалось сведомым Государыне Императрице и от Ея величества донесено и Государю Императору, соизволившему принять сие с благоволением; а потому засим кажется и не могут церковно служители подвергнуты быть ни суду ни запрещению, тем более что по учиненному на месте следствию ни умысла с их стороны, ни необыкновенных церемоний при взятии образа, кроме водоосвящения не было. Что ж касается до того где по делу сему следованы и быть кому оные могут подсудимы, должны в. в. известно, что по делам духовным все духовенство в России ведается в Синоде и консисториях , а по мирским и земским в гражданских правительствах. В красном же селе ведомы они по сей части Павловскому городовому правлению в непосредственном управлении Ея И. величества состоящему.
Павловск.
Маия 20 1800
Его высокопр. Архиепископу Амвросию.
Следовательно, утверждение диакона П. Дмитриева о том, что «священники лишены были мест и запрещены в священнослужении, а церковь и приход поручены другим», является неверным. Архиепископ Амвросий лишь предполагал так поступить, но не сделал этого, а обратился с запросом к императрице Марии Фёдоровне. Павловская слобода, возле которой был найден Образ, входила в состав Красного Села, принадлежавшего императрице и находившегося в ведении правления города Павловска. Поэтому, запрос был послан через Павловское городовое правление. Мария Фёдоровна сообщила о случившемся Павлу I, а тот велел Палену провести расследование. Узнав результаты расследования, император «принял с благоволением» помещение Образа в церковь.
Государь Павел был глубоко верующим человеком. Так, за два года до события в Красном Селе, 9 июня 1798 года, Императорская фамилия, прибывшая к этому дню в Тихвин, участвовала в перенесении знаменитой чудотворной иконы Божьей Матери из одного храма в другой. Тихвинскую икону несли Павел Петрович и его старший сын Александр Павлович. Рядом с ними шли Мария Фёдоровна и Константин Павлович.
Явление нового чудотворного образа в имении его супруги глубоко взволновало Павла. Но, сначала он велел «собрать подробныя сведения» и ему «обо всем донести». Оценить же законность действий священников надлежало генерал-прокурору. П. Х. Обольянинов счёл, что «кажется и не могут церковно служители подвергнуты быть ни суду ни запрещению», о чём и уведомил Амвросия. На следующий день, 21 мая, Амвросий послал Обольянинову ответное письмо:
Высокопревосходительный Господин!
Милостивый государь мой!
На отношение вашего высокопревосходительства от 20го числа сего маия, последовавшее по поводу сообщения от Санктпетербургской Консистории в Павловское Городовое правление, имею честь уведомить, что священники Села Краснаго по случаю зделанной ими церемонии с найденным близ онаго образом по силе законов подлежали суду и запрещению, есть ли б при следствии оказались виновными в умысле ложно очудотворить оный; но когда уже ваше высокопревосходительство, быв известны о самых обстоятельствах произшествия сего, уведомляете меня, что оно уже зделалось сведомым ГОСУДАРЫНЕ ИМПЕРАТРИЦЕ и от ЕЯ ВЕЛИЧЕСТВА донесено ГОСУДАРЮ ИМПЕРАТОРУ соизволившему принять сие с благоволением; потому те с-щенники, как еще суду и запрещению яко необследованные подвергнуты не были, так яко уже по учиненному на месте следствию в умысле с их стороны виновными непризнанные, более ничем судимы не будут. О чем известя ваше высокопревосходительство с совершенным высокопочитанием честь имею быть:
вашего высокопревосходительства
Милостиваго Государя моего
Всепокорный слуга
Амвросий Архиепкп С.пбургский
№ 119й.
Маия 21го дня
1800 года
Его высокопревосхву Гну Генералу
Прокурору и кавалеру Обольянинову.
В этом письме архиепископ Амвросий сообщает о том, что «те священники… еще суду и запрещению… подвергнуты не были… судимы не будут». Таким образом, их не наказали и оставили служить в красносельской Троицкой церкви. Перенесение иконы от места её явления с крестным ходом в церковь не стало считаться самовольным поступком и нарушением церковных правил.
Старший священник Стефан Феодоров, младший священник Николай Яковлев и дьякон Яков Иванов в таком составе служили в красносельской Троицкой церкви в 1798—1801 годах. В 1801 году о всех троих была сделана такая запись: