«Сыновья муллы» — трёхактная пьеса русского писателя М. А. Булгакова о конфликте между двумя братьями-ингушами — белогвардейцем Магомедом и революционером Идрисом, написанная в конце апреля 1921 года во Владикавказе. Премьера состоялась 15 мая 1921 года там же в Первом советском театре и была поставлена местной ингушской труппой. Пьеса снискала большой успех. После получения гонорара Булгаков выехал 26 мая в Тифлис через Баку. После его отъезда пьесу ещё неоднократно ставили во Владикавказе и в Грозном, а в 1930 году был опубликован перевод на осетинский язык Б. И. Тотрова. В дальнейшем пьеса ставилась осетинскими самодеятельными театральными коллективами.
Процесс создания пьесы описан Булгаковым в повести «Записки на манжетах» (1922—1923) и в рассказе «Богема» (1925), в которых писатель дал произведению отрицательную оценку. По свидетельству самого писателя, соавтором был юрист Т. М. Пензулаев, который выступал как этнографический консультант, снабжая его сведениями о быте горцев. Существуют версии, что соавтором был А.-Г. С. Гойгов или Б. Р. Бёме. Последняя версия была отвергнута литературоведами. По приезде в Москву в сентябре 1921 года Булгаков уничтожил рукопись пьесы, однако сохранился суфлёрский экземпляр русского текста, находящийся ныне в архиве Булгакова в Отделе рукописей РГБ. «Сыновья муллы» — единственная сохранившаяся владикавказская пьеса Булгакова.
Хотя в своих произведениях Булгаков критически отзывался о пьесе, литературоведы давали ей более высокую оценку с этнографической точки зрения, отмечая точность изображения ингушского быта; исследователи подчёркивали методы, использованные автором, чтобы затронуть актуальные вопросы того времени. Некоторые темы и концепции пьесы в дальнейшем были развиты в других произведениях Булгакова, в том числе в романе «Мастер и Маргарита».
История написания
М. А. Булгаков написал пьесу «Сыновья муллы» в конце апреля 1921 года. В работе ему помогал М. Т. Пензулаев, который снабжал писателя сведениями о жизни горцев. Возможно, соавтором Булгакова был А.-Г. С. Гойгов. В. А. Чеботарева высказывала мнение, что соавтором был адвокат Б. Р. Бёме из Владикавказа; это мнение было отвергнуто литературоведами. У литературоведов нет мнения, почему Булгаков в своей ранней прозе уделил много внимания своему соседу Пензулаеву, назвав его соавтором. В осетинском переводе 1930 года и суфлёрском экземпляре пьесы, обнаруженном в Грозном в 1960 году, автором пьесы указан только Булгаков. Возможно, что, согласно договору, М. Т. Пензулаев выступил как консультант по этнографическим вопросам и получил половину гонорара, а представление его полноправным соавтором было сделано М. А. Булгаковым ради колоритного литературного преувеличения. В противном случае, при строгом отношении советских законов к вопросам авторства, лишение литературного помощника права поставить на титуле произведения своё имя было бы невозможно (даже учитывая факт уничтожения М. А. Булгаковым всех своих владикавказских пьес).
Литературовед Б. В. Соколов передаёт слова первой жены Булгакова Т. Н. Лаппы, согласно которым тот работал над пьесой у Пензулаевых. Т. Т. Мальсагова также писала: «По-моему, соавтором Булгакова был некто Пензулаев, дагестанец по происхождению, юрист». В то же время из других источников следует, что воспоминания Лаппы об этом периоде были обрывочными, и в другом случае она говорила, что соавтор был «из местных. Ингуш… Или осетин… Ингуш, кажется. Писали у нас дома. И у него тоже…». Б. В. Соколов не располагал сведениями, встречались ли Булгаков и Пензулаев в Москве. Однако, по его оценкам, Булгаков Пензулаева не забыл: директор Театра Варьете Степан Лиходеев, персонаж романа «Мастер и Маргарита», в ранних редакциях назывался Гарасеем Педулаевым, а нечистая сила переместила его не в Ялту, а во Владикавказ. Только в последней редакции романа (с 1937 года), персонаж был перемещён в Ялту и стал Стёпой Лиходеевым. Это было сделано ввиду того, что Булгаков узнал о смерти Пензулаева и посчитал неудобным наделять сатирический персонаж его чертами.
Процесс создания пьесы Булгаков описал в повести «Записки на манжетах» (1922—1923) и в рассказе «Богема» (1925). В повести говорится, что «помощник присяжного поверенного» (Пензулаев) пришёл к Булгакову и настаивал на создании пьесы, чтобы получить деньги. Булгаков ответил ему, что ничего не может написать из туземной жизни — ни революционного, ни контрреволюционного — так как он не знает местного колорита. Испытывая в это время разочарование в своём литературном даре, он заявил гостю, что устал и вообще вряд ли способен писать. Пензулаев ответил, что это пустяки и он поможет написать пьесу, снабдив сведениями о местном быте, который он знает «насквозь». Он также обещал, что деньги от пьесы они поделят пополам. После этого началась совместная работа над пьесой. Пензулаев подсказывал Булгакову характерные имена и разъяснял местные обычаи, а тот придумывал сюжет. Пензулаев, по словам Булгакова, тоже работал над сюжетом, и даже его жена помогала соавторам советами. По воспоминаниям Булгакова, он пришёл к выводу, что они оба гораздо более способны к литературной работе, чем он сам, но зависти не испытывал, так как твёрдо решил в тот момент покончить с писательством по завершении пьесы. Вся работа над произведением заняла семь дней.
В рассказе срок написания указан чуть больший: семь с половиной дней, а роль М. Т. Пензулаева как консультанта была охарактеризована несколько иначе: «Но Пензулаев назубок знает туземный быт, если конечно, бытом можно назвать шашлычные завтраки на фоне самых постылых гор, какие есть в мире, кинжалы неважной стали, поджарых лошадей, и отвратительную, выворачивающую душу музыку».
Сюжет
Обстановка В период становления Советского государства большинство «революционных» пьес обращалось к событиям Октябрьской революции 1917 года. Б. В. Соколов предполагал, что, в нарушение устоявшегося приёма, фоном для пьесы «Сыновья муллы» стала другая революция — Февральская. российскую власть, и именно февральские события оказывают значительное влияние на судьбу одного из героев — Идриса. Вместе с тем он отмечал, что в статье 1919 года «Грядущие перспективы» Булгаков критикует Февральскую революцию, возлагая на неё вину за установлении власти большевиков и за «безумство мартовских дней». По мнению Соколова, трудно определить, изменились ли за полтора года взгляды Булгакова или он просто адаптировался в пьесе к местной обстановке. Однако литературовед И. А. Дахкильгов считал, что в пьесе речь идёт об Октябрьской революции.
Персонажи Протагонист пьесы — революционер Идрис, сын муллы Хассбота. Он принадлежит к «положительным» персонажам. В пьесе все «положительные» герои — мулла Хассбот, его сыновья студент-революционер Идрис и офицер Магомед, друг Идриса Юсуп и другие — представляют местное ингушское население. В числе «отрицательных» персонажей — служащие царской власти начальник полицейского участка, подчинённые ему стражники, а также ингушский старшина селения — Магомет-Мирза. Прототипом главного героя И. Дахкильгов называет Идриса Зязикова, Али — Али Горчханова, а Юсупа — Юсупа Албогачиева.
Основной сюжет Пьеса рассказывает о конфликте между двумя братьями-ингушами — белогвардейцем Магомедом и революционером Идрисом.
К мулле Хассботу приезжает в отпуск старший сын-офицер — Магомед. Он хочет жениться на понравившейся ему девушке Аминат, в честь чего устраивают празднество с гармонью и танцами. Одновременно приезжает и другой сын муллы — Идрис, студент, но не на каникулы, а по каким-то тайным делам. Любовную коллизию пьесы усложняет то, что родственники девушки запросили очень большой калым. Рассчитывая на отказ, они хотят отдать дочь за богатого шейха. Девушку нельзя увезти, потому что это повлечёт за собой кровную месть родственников и конфликт с самим шейхом. Пока ситуация накаляется, приезжает друг Идриса — оборвыш Юсуп, который скрывается от российских властей в горах. Выясняется, что и Идрис убежал из Москвы, он член большевистской партии, и у властей есть ордер на его арест. Юсуп рекомендует ему тоже уходить в горы. Вместо этого Идрис разворачивает деятельность в собственном селе, собирая у себя ингушей и занимаясь их просвещением.
В концовке пьесы в дом Хассбота приходят представители власти арестовать Идриса, но на место прибывает Юсуп и сообщает, что в городе установлена Советская власть и что в России произошла революция. Идриса освобождают, а пристава и старшину Магомет-Мирзу арестовывают. Последний, как и стражники, будучи ингушом, чудом исправляется, и его прощают. Идрис рекомендует своему брату Магомеду перейти на сторону Красной армии. Магомед срывает эполеты и присоединяется к брату. Мулла Хассбот признаёт правоту Идриса.
Художественные особенности В пьесе драматические коллизии легко разрешаются. Образы Идриса, Хассбота, Магомеда схематичны. Литературоведы Х. Ш. Точиева и Э. Х. Далиева отмечали, что, хотя пьеса имеет наивно-революционный характер, она всё же показывает образы горцев-ингушей, со свойственными им темпераментом и сложным укладом жизни: идти против таких вековых традиций, как кровная месть, религиозных догм и воли старших особенно сложно. По мнению литературоведов, шейхи и муллы держат, в первую очередь, свою семью в «духовной кабале». Таковым является и мулла Хассбот, который не в состоянии понять интересов своего сына Идриса. Они добавляют, что, хотя Булгаков не смог полностью показать сложные и глубокие противоречия у горцев, он удачно осветил динамику быстрых изменений. На пьесе сказался интерес русского писателя к типам горцев, их социальным и нравственным конфликтам.
Б. В. Соколов затруднялся определить, насколько соответствует взглядам Булгакова озвученная в пьесе поддержка права народов на национальное самоопределение, которая отражается в лозунге «Да здравствует свободная Ингушетия!» и словах о необходимости «защищать свободу Ингушетии». Для сравнения, в «Грядущих перспективах», романе «Белая гвардия» и пьесе «Дни Турбиных» писатель был категорически против отделения Украины от России. Соколов высказывал предположение, что за полтора года пребывания на Северном Кавказе Булгаков убедился, что кавказские народы очень сильно отличаются от русских в культурном, социальном и психологическом отношении и вследствие этого отделение их от России не может нанести последней вреда. В то же время исследователь не исключал, что слова о свободе Ингушетии предназначались лишь для местной публики.
По словам Соколова, на момент постановки пьесы театральная публика Владикавказа была непритязательной, что позволяло ей легче воспринимать некоторую мифологичность, присутствующую в произведении. Эта мифологичность не радовала Булгакова, который иронически описал её в «Записках на манжетах». Писатель учёл опыт пьесы и в пьесе «Багровый остров» (1927) также наделил чертами мифа «революционную» пьесу драматурга Дымогацкого, заставив отрицательных персонажей в конце раскаяться и переродиться.
В обликах муллы Хассбота и его сына офицера Магомета Соколов находит первые отсылки к теме отношения интеллигенции к революции; этот мотив на другом художественном уровне фигурирует в пьесах «Дни Турбиных» (1926) и «Бег» (1928).
Конфликт между сыновьями муллы и между муллой и его сыном Идрисом, на котором построена драма, фактически так и не состоялся. Магомед неодобрительно сказал Идрису: «Ты, значит, революцией занимаешься? Смотри, ты очень рискуешь. Всё это может плохо кончиться для тебя». В этих словах литературовед Л. М. Яновская особо выделяет оговорку «для тебя». Позже, когда стражники арестовывают Идриса, Хассбот кричит сыну: «Спасибо тебе! Теперь я вижу, какой ты сын… Позор на мою седую голову!», а сельскому старейшине тут же шепчет: «А ты не мог предупредить, чтоб он успел скрыться! Хороший ты мне друг, нечего сказать». Булгаков не мог заставить в пьесе брата пойти на брата, а отца отречься от сына. Ненависть между сыновьями муллы Яновская сравнивала с ненавистью между Алексеем Турбиным и Николкой.