The Destruction of the European Jews — книга американского историка Рауля Хильберга, впервые опубликованная в 1961 году. В 1985 году Хильберг доработал книгу, и она вышла в новом трёхтомном издании. Считается первым всеобъемлющим историческим исследованием Холокоста. По словам историка Холокоста , до выхода книги информация о геноциде евреев «не доходила до широкой общественности» как на Западе, так и на Востоке, и даже в соответствующих научных исследованиях об этом «едва ли упоминалось или упоминалось лишь вскользь, как об ещё одном злодеянии в особенно жестокой войне».
Книга Хильберга, основанная на анализе немецких документов, привела к появлению огромного массива публикаций о Холокосте, как научных, так и популярных. Две работы, которые появились на десятилетие раньше работы Хильберга, но остались малоизвестными в свое время, — «Bréviaire de la haine» Леона Полякова, опубликованная в 1951 году, и «The Final Solution» , опубликованная в 1953 годуMarrus, Michael R. The Holocaust in History (University Press of New England, 1987), pp. 4-7..
Обсуждая написание книги в своей автобиографии, Хильберг писал: «Никакая литература не могла бы послужить мне примером. Уничтожение евреев было беспрецедентным событием, первобытным актом, который не был воображаем до того, как он произошёл. У немцев не было образца для их деяния, и у меня не было образца для повествования».
История написания и публикации Хильберг начал изучать Холокост во время службы в Мюнхене в 1948 году в рамках Проекта военной документации армии США. Он предложил идею этой работы, при подготовке диссертации и получил в этом поддержку своего научного руководителя, профессора Колумбийского университета Франца Неймана.
Хотя диссертация получила премию, издательства Колумбийского университета, Принстонского университета, Оклахомского университета, а также Яд Вашем отказались её публиковать. В конечном итоге книгу опубликовало небольшое издательство Quadrangle Books. Это первое издание было напечатано необычно мелким шрифтом. Большая часть увеличения количества страниц в более поздних версиях обусловлена публикацией их обычным размером шрифта. На этом издательские проблемы Хильберга не закончились. Перевод книги на немецкий вышел только в 1982 году в небольшом берлинском издательстве Olle & Wolter (переводчик — Ульф Вольтер).
Оппозиция со стороны Ханны Арендт В своей автобиографии Хильберг рассказывает, что узнал о том, что Ханна Арендт советовала издательству Принстонского университета не публиковать книгу. Возможно, это было связано с первой главой, которую она позже описала как «ужасную» и выдающую слабое понимание немецкой истории. Однако свой рассказ об «окончательном решении» в книге «Эйхман в Иерусалиме» она основывала на книге Хильберга. Хильберг резко раскритиковал тезис Арендт о «банальности зла», который появился вскоре после выхода книги Хильберга и был опубликован в её статьях для The New Yorker, посвященных судебному процессу над Адольфом Эйхманом. В письме немецкому философу Карлу Ясперсу Арендт писалаKohler, Lotte and Saner, Hans (eds.; trans. Robert and Rita Kimber) Hannah Arendt/Karl Jaspers Correspondence 1926—1969 (Harcourt Brace Jovanovich, NY, 1992), pp. 549-51.: Хильберг дурак и псих. Сейчас он что-то бормочет о «стремлении к смерти» среди евреев. Его книга по-настоящему отличная, но только постольку, поскольку это просто отчёт. Более общая часть, — введение, — никуда не годится. Хильберг также утверждает, что историк Холокоста в своей работе 1968 года «The Holocaust: The Destruction of European Jewry» во многом заимствовала материалы из его книги, не ссылаясь на неё, а также что историк не только проигнорировала выводы книги в своей работе 1975 года The War Against the Jews, но и не включила его в список ведущих исследователей Холокоста в своей историографической работе 1981 года «The Holocaust and the Historians». По мнению Хильберга, «она хотела превосходства».
Оппозиция Яд Вашем Работа Хильберга была встречена враждебно в «Яд ва-Шем», особенно из-за его трактовки еврейского сопротивления в заключительной главе книги. Хильберг утверждал, что «реакция евреев отличалась почти полным отсутствием сопротивления… Документальные свидетельства еврейского сопротивления, открытого или скрытого, весьма незначительны». Хильберг приписывал отсутствие сопротивления опыту евреев как меньшинства: «В изгнании евреи… поняли, что они могут предотвратить опасность и пережить репрессии лишь умиротворяя и успокаивая своих врагов… Таким образом, на протяжении столетий евреи усвоили, что для того, чтобы выжить, им нужно воздерживаться от сопротивления». Учёные Яд Вашем, не считали, что характеристики еврейской истории, данные Хильбергом, были правильными, но они также считали, что, используя еврейскую историю для объяснения реакции еврейской общины на Холокост, Хильберг предполагал, что некоторая ответственность за масштабы разрушений ложится на самих евреев, что они считали неприемлемым. Судебный процесс над Адольфом Эйхманом в 1961 году и последующая публикация Ханной Арендт и Бруно Беттельгеймом работ, в которых действия евреев во время Холокоста критиковались более резко, чем в работах Хильберга, разожгли споры. В 1967 году израильский историк Натан Экк опубликовал в журнале Yad Vashem Studies резкую критическую рецензию на работы Хильберга, Арендт и Беттельхейма под названием «Historical Research or Slander».
В конце концов Хильберг достиг примирения с «Яд ва-Шем» и принял участие в международных конференциях в 1977 и 2004 годах. В 2012 году в Яд Вашем прошел симпозиум, посвященный переводу книги на иврит.
Вопрос о сопротивлении Основной причиной, по которой известные евреи и организации были враждебно настроены по отношению к работе Хильберга, было то, что книга в основном опиралось на немецкие документы, в то время как еврейские свидетельства и источники были представлены гораздо меньше. По мнению оппонентов Хильберга, это принижает страдания евреев при нацизме. Со своей стороны, Хильберг утверждает, что эти источники просто не могли играть центральную роль в систематической социально-научной реконструкции процесса уничтожения.
Другим важным фактором враждебности со стороны многих членов еврейской общины (включая некоторых переживших Холокост) было то, что Хильберг отказывался рассматривать «пассивность» подавляющего большинства еврейских жертв как форму героизма или сопротивления (в отличие от тех евреев, которые активно сопротивлялись, ведя вооружённую борьбу против нацистов). Столь же спорным является, с точки зрения оппонентов, и его анализ этой пассивности в контексте еврейской истории. Евреи, утверждал Хильберг, были убеждены, что «преследователь не уничтожит то, что он мог бы экономически использовать». Хильберг подсчитал, что экономическая ценность рабского труда евреев для нацистов в несколько раз превышала всю стоимость конфискованных еврейских активов, и использовал это как доказательство того, что уничтожение евреев продолжалось независимо от экономических соображений. Кроме того, Хильберг оценил общее число немцев, убитых евреями во время Второй мировой войны, менее чем в 300 человек, что не способствует созданию образа героической борьбы.
Поэтому Хильберг не соглашался с тем, что он называл «кампанией возвеличивания» и с историками Холокоста, такими как Мартин Гилберт, которые утверждали, что «даже пассивность была формой сопротивления и что была формой сопротивления»Mitchell B. Hart, (Jewish Social Studies, Indiana University Press, 1999)..
Уничтожение евреев как исторически объяснимое событие Возникает более фундаментальный вопрос: можно ли (или в какой степени нужно) объяснить Холокост с помощью социально-научного, исторического анализа? Выступая против того, что он называет «квазимистической ассоциацией», историк Николас Кинлох (Nicolas Kinloch) пишет, что «с публикацией монументальной книги Рауля Хильберга» эта тема стала считаться «событием, требующим более, а не менее строгого исторического анализа»Nicolas Kinloch, "Parallel Catastrophes? Uniqueness, Redemption and the Shoah, " Teaching History, 104: pp. 8-13.. Ссылаясь на утверждение историка Холокоста Йегуды Бауэра о том, что «если Холокост был вызван людьми, то он так же понятен, как и любое другое человеческое событие», Кинлох в конце концов приходит к выводу, что это «само по себе поможет сделать любое повторение нацистского геноцида менее вероятным»Yehuda Bauer, "The Significance of the Final Solution, " in Cesarani, David (ed.). The Final Solution: Origins and Implementation (Routledge, NY, 1996), p. 303..
Однако, по мнению Арно Люстигера (Arno Lustiger), одна из опасностей, которую таит в себе эта попытка «демистификации», может привести к другой мистификации, предлагающей «клише о поведении обреченных евреев, [которые изображают] их предполагаемую трусость, покорность, подчинение, сотрудничество и отсутствие пассивного или вооружённого сопротивления». Он считает, что: «пришло время опубликовать исследованные свидетельства жертв и выживших, а не только сведения, основанные исключительно на немецких документах».
Другой аргумент оспаривал точку зрения о том, что, поскольку в конце войны нацисты уничтожили огромные массивы документов, касающихся Холокоста, по-настоящему всеобъемлющая и поддающаяся проверке историческая реконструкция невозможна. Однако, утверждает Хильберг, это свидетельствует о незнании структуры и масштабов нацистской бюрократии. Хотя верно, что многие конфиденциальные документы были уничтожены, бюрократия, тем не менее, была настолько огромной и разрозненной, что большинство важных материалов можно восстановить либо по копиям, либо из огромного массива более второстепенных документов.
На основе этих документов в книге описывается обращение нацистского государства с евреями, которое проходит через череду совершенно разных стадий, каждая из которых более экстремальна и бесчеловечна, чем предыдущая, и в конечном итоге приводит к финальной стадии: физическому уничтожению европейских евреев.
Этапы преследования евреев
В своей книге Хильберг сформулировал то, что сегодня стало общепринятым в историографии Холокоста: все более интенсивные исторические этапы, ведущие к геноциду. Хильберг утверждал, что преследование евреев нацистской Германией началось сравнительно мягко, с политико-правовой дискриминации и присвоения еврейского имущества (1933-39). Затем последовала изоляция евреев и их заключение в гетто (1939-41). Заключительным этапом, заключил Хильберг, было уничтожение европейских евреев (1941—1945).
На ранних этапах нацистская политика, направленная против евреев (как напрямую, так и посредством ариизации), рассматривала их как недочеловеков, но имеющих право жить в условиях, которые предоставляет этот статус. На более поздних этапах была сформулирована политика, определяющая евреев как антигуманных существ, а их истребление рассматривалось как насущная необходимость. Растущий нацистский импульс разрушения начался с убийств евреев в Германии, а также в аннексированных и оккупированных Германией странах, а затем перерос в поиск евреев с целью их уничтожения или использования в качестве принудительной рабочей силы в странах, являвшихся союзниками нацистской Германии, а также в нейтральных странах.
Более сложная и организованная, менее тайная часть нацистской машины уничтожения имела тенденцию немедленно убивать евреев, не пригодных для физического труда; позднее в процессе уничтожения все больше и больше евреев, изначально считавшихся продуктивными, также подвергались убийствам. В конце концов, нацистское принуждение к уничтожению евреев стало тотальным и абсолютным, и любые потенциально доступные евреи активно выискивались исключительно с целью уничтожения.