«Отягощённые злом, или Со́рок лет спустя́» — философский роман Аркадия и Бориса Стругацких, написанный в 1986—1988 годах, последнее большое произведение соавторов. Впервые опубликован в журнале «Юность» № 6—7 за 1988 год, в 1989 году вошёл в состав второго тома «Избранных произведений» издательства «Московский рабочий». Первое отдельное книжное издание с иллюстрациями Яны Ашмариной и послесловием Сергея Переслегина вышло в коммерческом издательстве «Прометей», после 1989 года роман постоянно включался во все собрания сочинений Стругацких. Переведён на английский, болгарский, немецкий и польский языки.

Сюжет построен по принципу «роман в романе», обе сюжетные линии поданы через восприятие главных героев, существующих во многих сюжетных и пространственно-временных слоях. Рукопись «ОЗ», чьим формальным автором является астроном Сергей Манохин, повествует о пришествии в СССР конца 1980-х годов Демиурга, озабоченного судьбой созданного им мира. Ему служит пронырливый Агасфер Лукич и некоторые другие авторы проектов спасения мира, которых Демиург оставляет при себе. Наконец, именно Агасфер (в «Отягощённых злом» он — ещё и бессмертный апостол Иоанн Богослов, коллекционер человеческих душ, также побывавший у истоков ислама под именем Раххаль) приводит к Демиургу Человека с большой буквы — Георгия Анатольевича Носова. Во второй сюжетной линии события предстают из дневника ученика Г. А. Носова — Игоря Мытарина. Носов — великий педагог, практик и теоретик, возглавляющий лицей в городе Ташлинск в первой трети XXI века. Неожиданно для городского начальства и даже собственных учеников он вступается за совершенно чуждую всем субкультуру, так называемую Флору (в которой опознаются хиппи), и, отстаивая свои идеалы, приносит себя в жертву разъярённой толпе.

Роман вышел в перестроечную эпоху и был негативно оценён критиками, воспринявшими его как творческую неудачу: политический памфлет или парафраз булгаковского «Мастера и Маргариты». Исследователи XXI века подчёркивают непо́нятость романа современниками, его этапный характер для творчества Стругацких, так как «Отягощённые злом» целиком посвящены утопии и учительству как средствам спасения мира, отношениям власти и культуры.

Сюжет

«Отягощённые злом» — третье из тех произведений Стругацких, которые построены на основе приёма «роман в романе» (также «Улитка на склоне» и «Хромая судьба»). Главы чередуются: это выдержки из дневника ученика Ташлинского лицея Игоря Мытарина (охватывающего события с 10 по 21 июля), и главы рукописи «ОЗ», которую Игорю дал учитель — Г. А. Носов. Внутри рукописи «ОЗ» содержатся главы о Демиурге и его подручных (события в этих главах поданы от имени астронома Сергея Манохина), а также своеобразно истолкованный евангельский сюжет и похождения Агасфера в первый век ислама. Основным лейтмотивом романа является искажение и недостоверность истории: «не так всё это было, совсем не так».

Рукопись «ОЗ» На исходе 1980-х годов в квартире одной из новостроек СССР материализовался Демиург, которому служит ехидный резонёр Агасфер Лукич Прудков, маскирующийся под потешного страхового агента (внешне он напоминает Евгения Леонова). «Страхагент» обращается к Демиургу именами всех богов человечества — Яхве, Птах, Хнум, Ильмаринен, Ткач и Гончар и другими. Демиург — жутковатое существо, которое сравнивается с Воландом: с зеленоватой кожей, чёрными руками, у которых на пальцах и локтях больше суставов, чем положено иметь человеку, изуродованным болезнью носом, безбровым лбом и глазами, испещрёнными по белкам кровавыми прожилками. Глаза его всегда горели одним выражением: «яростного бешеного напора пополам с отвращением». Агасфер, как выясняется впоследствии, в глубокой древности был апостолом Иоанном Богословом, ставшим Вечным Жидом, и кораническим , сподвижником Масламы и любовником пророчицы Саджах Месопотамской. Демиург принимает у себя нужных ему личностей, исполняя их заветные мечтания, за что те расплачиваются службой. Роль секретаря при Демиурге исполняет астроном Сергей Корнеевич Манохин, сделавший когда-то ошибку в научной работе и выпросивший изменить законы мироздания так, чтобы придуманный им астрофизический эффект проявился на самом деле. Он пребывает в постоянной растерянности, ибо попал в услужение к «каким-то глобальным экспериментаторам, вышивающим гладью на всем человечестве», но не уверен в их тёмной природе. Манохин тайком пишет мемуар, повествуя о делах Демиурга и Агасфера. Со временем Демиург начинает вызывать к себе в квартиру людей из настоящего, прошлого (включая Иуду) и будущего, желая узнать их рецепты исправления человечества. Большей частью ему попадаются идеологи, политики, военные; Демиург глубоко неудовлетворён и ворчит, что «все они хирурги или костоправы. Нет из них ни одного терапевта!» Таковы суховатый педант Пётр Петрович Колпаков, неофашист Марек Парасюхин и карикатурный еврей Матвей Матвеевич Гершкович (Мордехай Мордехаевич Гершензон). Иногда попадаются сравнительно безобидные романтики в стройотрядовских куртках, но мысли их просты и их легко запутать. В финале Агасфер приводит к Демиургу настоящего Человека — Георгия Анатольевича. Рукопись на этом обрывается, сообщается, что её окончание было, вероятно, уничтожено самим Г. А. Носовым «из соображений скромности».

Дневник Игоря Мытарина Действие разворачивается сорок лет спустя в провинциальном городе Ташлинск. Здесь существует элитный лицей, где отбирают и воспитывают людей, демонстрирующих педагогический талант. Директор лицея Георгий Анатольевич Носов, депутат, заслуженный учитель, член горсовета, известный человек, проповедует этическое учение, более христообразен, чем Демиург, а ученики его напоминают апостолов. Текст наполнен евангельскими аллюзиями, а повествование, связанное с фигурой Г. А. Носова («Га-Ноцри»), почти полностью помещено в дневник его ученика с говорящей фамилией Мытарин. Задача Носова — пестовать педагогическую элиту, делая из учеников воспитателей мира; поэтому он «терапевт Демиурга». Он учит ответственно относиться к своему делу, притом наставляет он в этом не только лицеистов, но и людей власти; учит постоянно работать и любить людей, даже если они безобразны, больны, источают злобу. Поэтому он отправляет своих лицеистов в больницы, ухаживать за умирающими и ассистировать при операциях, получать опыт «небрезгливой любви». По мысли Учителя, человечность превыше всех правил, а главные его требования — «понимание и милосердие». Понимание — это рычаг, орудие, прибор, которым учитель пользуется в своей работе. Милосердие — это этическая позиция учителя в отношении к объекту его работы, способ восприятия. Там, где присутствует милосердие, — там воспитание. Там, где милосердие отсутствует, — где присутствует все, что угодно, кроме милосердия, — там дрессировка. Через милосердие происходит воспитание Человека. В отсутствие милосердия происходит выработка полуфабриката: технарь, работяга, лабух. И, разумеется, береты всех мастей. Машины убийства. Профессионалы. Замечательно, что в изготовлении полуфабрикатов человечество, безусловно, преуспело. Проще это, что ли? Или времени никогда на воспитание Человека не хватало? Или средств? Да нет, просто нужды, видимо, не было.

Этическое учение Носова стало предметом горячих споров: Г. А. защищает странное скопление молодёжи — так называемую Флору. Её участники — «фловеры» собираются вместе, ведут растительный образ жизни, разговаривают на «древесном» жаргоне, понятном только их субкультуре, подобно хиппи, употребляют алкоголь, наркотики и практикуют беспорядочные отношения. Они отвергли окружающий их мир, полный, по их мнению, лжи, корысти и принуждения. У Флоры есть идеолог — «» — проповедующий только один закон: «не мешай» («Если не хочется делать, не делай ничего»). Носов всячески пытается отбить Флору от нападок комсомольцев, городского начальства и РОНО, ибо стремится привить людям жажду понимания. В финале Носов в сопровождении немногих учеников приезжает в стойбище Флоры, когда на горизонте уже видна пыль от колонны горожан, идущих разгонять неформалов.

История создания и публикации Борис Натанович Стругацкий в «Комментариях к пройденному» писал: Это был последний роман , самый сложный, даже, может быть, переусложнённый, самый необычный и, наверное, самый непопулярный из всех. Сами-то авторы, впрочем, считали его как раз среди лучших — слишком много душевных сил, размышлений, споров и самых излюбленных идей было в него вложено, чтобы относиться к нему иначе. Здесь и любимейшая, годами лелеемая идея Учителя с большой буквы — впервые мы сделали попытку написать этого человека, так сказать, «вживе» и остались довольны этой попыткой. Здесь старинная, годами лелеемая мечта написать исторический роман — в манере Лиона Фейхтвангера и с позиции человека, никак не желающего поверить в существование объективной и достоверной исторической истины («не так всё это было, совсем не так»).

Становление замысла Первичный замысел возник осенью 1981 года, когда Аркадий Стругацкий, работавший над рассказом «Подробности жизни Никиты Воронцова», обратился за консультациями к Аркадию Вайнеру. Тогда у соавторов возникла идея «написать совместный фантастический детектив — так сказать, „в четыре башки“». Встреча братьев Стругацких с братьями Вайнерами состоялась 9 ноября 1981 года, на ней обсуждались общие принципы будущей работы. Идея была примерно такой: по глухой провинции бродит Бледный Человек и скупает живые человеческие души. Роман должен был состоять из двух частей — мистической, которую должны были писать Стругацкие, и детективно-реалистической — братьев Вайнеров. В заметках об этой встрече фигурировали главные герои — астроном Сергей Корнеевич Манохин (рассказчик) и Агасфер Кузьмич Прудков (скупщик душ). Местом действия должен был стать несуществующий город Ташлинск. Однако из-за болезни Аркадия Вайнера проект застопорился, а далее у писателей оказались другие дела. В 1982—1983 годах Стругацкие периодически возвращались к замыслу с условным названием «Чичиков, XX век», причём 4 ноября 1983 года Аркадий Стругацкий обсуждал этот проект с Георгием Вайнером. В конце концов переговоры с Вайнерами оказались непродуктивными и попытки соавторства окончательно прекратились.

В январе 1985 года соавторы занимались переделкой романа «Хромая судьба», введя в состав текста повесть «Гадкие лебеди». В рабочем дневнике этих дней появилась идея уничтожения страха смерти, которая предметно обсуждалась 15 февраля 1985 года, и тогда же стало ясно, что история скупщика душ Агасфера вполне укладывается в новый замысел. Однако дальнейшая работа застопорилась до поздней осени. В дневниках Бориса Стругацкого появляется «история нового Христа» и герой, взятый секретарём-переводчиком для подготовки к Страшному суду в обмен на исполнение желания — изменение законов природы. Базовая идея была определена на декабрьской встрече 1985 года в Москве: Наш Иисус-Демиург совсем не похож на Того, кто принял смерть на кресте в древнем Иерусалиме — две тысячи лет миновало, многие сотни миров пройдены Им, сотни тысяч благих дел совершены, и миллионы событий произошли, оставив — каждое — свой рубец. Всякое пришлось Ему перенести, случались с Ним происшествия и поужаснее примитивного распятия — Он сделался страшен и уродлив. Он сделался неузнаваем. (Обстоятельство, вводящее в заблуждение множество читателей: одни негодуют, принимая нашего Демиурга за неудачную копию булгаковского Воланда, другие — попросту и без затей — обвиняют авторов в проповеди сатанизма, в то время, как наш Демиург на самом деле — это просто Иисус Христос две тысячи лет спустя. Вот уж поистине: «Пришел к своим, и свои Его не приняли»).

Ход написания