«Очи чёрные» — принятое в изданиях сочинений и в исследовательской литературе название мини-цикла из двух песен Владимира Высоцкого, созданных в 1974 году: «Погоня» («Дорога», по первой строчке известна как «Во хмелю слегка…») и «Старый дом» («Дом», «Песня про дом», «В доме, или Странное место», «Чужой дом», по первой строчке известна как «Что за дом притих…»). Лирический герой дилогии, в начале первой песни пьяным заехав в густой лес, вынужден спасаться от нападения волков и вырывается только благодаря своим коням. Во второй песне он попадает в странный дом со странными, нечеловеческими порядками и в финале спасается бегством и из него в поисках места, «где люди живут». Обе части дилогии тематически объединены неоднократными отсылками к тексту классического романса «Очи чёрные».

Тексты

«Погоня» Обе песни исполняются от первого лица. В первой песне лирический герой едет через лес на конной упряжке; он уже навеселе и продолжает пить всё начало песни, одновременно распевая «песни вздорные». После того, как «прикончил то, что впрок припас», герой приходит в себя и поражённо осознаёт, что попал в трудное положение: лес впереди стоит стеной, дороги не видно, сами деревья вокруг враждебны — колют иглами «до костей», стряхивают с ветвей дождевые капли, похожие на яд и пропахшие «недобром». Напуганные кони пятятся назад. В это момент на упряжку нападают волки и пришедшему в отчаяние герою приходится гнать коней, спасаясь бегством. Он раздаёт удары кнутом, кричит и на волков, и на коней, но при этом не перестаёт петь «Очи чёрные». Наконец кони «на одних осях» выносят протрезвевшего героя на гребень крутого склона, где и им, и ему удаётся передохнуть, наконец, оторвавшись от погони. Герой сбрасывает поклажу с воза, кланяется коням «в копыта» за спасение и дальше не едет, а ведёт их в поводу.

Песня частично написана так называемым кольцовским пятисложником, в котором из пяти слогов ударных два — первый (часто в редуцированной форме) и третий (всегда отчётливо). А. В. Кулагин полагает, что истоки выбора такого размера могут лежать как в стремлении придать песне фольклорные мотивы, так и во влиянии произведений старшего коллеги Высоцкого по авторской песне — Михаила Анчарова.

«Старый дом»

Вторую песню начинает описание облика странного дома — тёмного, тихого, окнами смотрящего в овраг, а въездными воротами — на проезжую дорогу. Распрягая коней, герой просит о помощи, но ответа не получает — вместо этого ниже спускается кружащий над домом стервятник. В самом доме тоже темно, в углу висят закопчённые, перекошенные образа, люди настроены недружелюбно, один из присутстствующих — «припадочный малый — придурок и вор» — тайком показывает герою из-под скатерти нож. Герой допытывается, почему эти люди так живут — впотьмах без света лампад, с «душой взаперти»: «Али жить у вас разучилися?» Собеседники удивляются: они «испокону» так живут, понемногу разваливая дом, с пьянством, драками и самоубийствами. Наоборот, это гость, видимо, так долго отсутствовал, что «людей позабыл». На просьбу героя показать ему место, где лампады горят, пол ровный, а не покатый, а люди «поют, а не стонут», жители старого дома недоумевают: они даже не слышали, что так бывает. Герой сломя голову скачет прочь, продолжая искать место, «где люди живут, и — как люди живут». В последних строчках автор возвращается к теме «Очей чёрных», сетуя, что спел о них неумело.

Обстоятельства создания Обе песни датируются 1974 годом. Их создание высоцковед Ю. Куликов связывает с именем Василия Шукшина, который с начала августа начал на «Мосфильме» работу над планируемым двухсерийным фильмом о Степане Разине. В конце того же месяца в Москву вернулся Высоцкий, снимавшийся в Югославии в картине «Единственная дорога». Раиса Климова, соседка Высоцкого по дому № 126 на проспекте Мира, рассказывала, что в эти дни он, по-видимому, навещал Шукшина. Куликов датирует эту встречу 26 августа и предполагает, что она была связана с желанием Высоцкого показать другу новые песни и предложить включить их в его новую ленту. То, что стихи писались с расчётом на Шукшина, по мнению исследователя, подтверждает авторский вариант предпоследней строфы «Погони», отсылающий к его собственным словам из рассказа «Гена Пройдисвет», одним из прототипов героя которого, возможно, послужил сам бард: Куликов указывает, что такого варианта нет в черновиках Высоцкого, но именно он фигурирует в фонограммах «Погони» на протяжении всего 1974 года (в традиционном варианте текста на месте «отплевались» стоит «отхрипели»). Кроме того, исследователь указывает на появление в самом первом черновике песни образа чёрного ворона, известного по старинной казачьей песне с первой половины XIX века и упоминаемого в шукшинском сценарии. Однако он предполагает, что Шукшин отказался от предложения друга: в сценарии было много народных песен, а также стилизации под них авторства самого писателя, но «Очи чёрные» в нём были бы анахронизмом: цыганские песни, к которым в основном отсылает текст Высоцкого, во времена Разина ещё не приобрели распространение.

Авторское исполнение и публикация

В индексе фонограмм Владимира Высоцкого представлены 30 записей «Что за дом притих, погружён во мрак…» и почти 40 записей «Во хмелю слегка лесом правил я…» Первое исполнение обеих песен датировано выступлением 8 июля 1974 года в издательстве «Мысль», а самая поздняя авторская фонограмма «Что за дом притих…» сделана в Калининграде 16 июля 1980 года — менее чем за десять дней до смерти певца . Автор не всегда исполнял песни в виде цикла, одну за другой — бывали случаи, когда исполнялась только одна. В некоторых из таких случаев перед исполнением «Старого дома» (например, на концертах в московском издательстве «Прогресс» и в Нью-Йорке), Высоцкий напрямую назвал его «второй частью» «Погони».

На раннем этапе исполнения текст песен продолжал меняться. Ю. Куликов, связывающий создание дилогии с неснятым фильмом Шукшина, упоминает о двух вариациях, звучавших на протяжении 1974 года и, по его мнению, отсылавших к этому деятелю искусства. Помимо уже упоминавшегося текста «отплевались да откашлялись» он обращает внимание также на строку «где не странные люди как люди живут». В более поздних версиях вместо неё звучало «и где люди живут, и — как люди живут», и «не странных людей» исследователь связывает с кинофильмом Шукшина «Странные люди».

«Погоня» стала одной из песен Высоцкого, прозвучавших с киноэкрана при жизни автора. Это произошло благодаря режиссёру Иосифу Хейфицу, который пригласил актёра в свой новый фильм «Единственная…» — экранизацию рассказа Павла Нилина «Дурь». В этой ленте Высоцкий сыграл руководителя клубного кружка песни — по определению режиссёра, «неудачника и провинциального завистника». Актёру понравилась предлагаемая роль, но огорчило то обстоятельство, что по сценарию в одном из эпизодов ему предстояло петь:

Отношение Высоцкого к эпизоду с пением изменилось, когда он понял, что может исполнить «не шлягер, а скорее антишлягер» — в образе опустившейся несостоявшейся эстрадной звезды в старой одежде с авоськой. Согласно звукооператору ленты Игорю Вигдорчику, рассматривалась возможность, что актёр споёт в кадре классический романс «Утро туманное» (сохранилась фонограмма с его исполнением — предположительно проба к фильму). Другим вариантом была песня «Гитара» («Один музыкант объяснил мне пространно…»), уже звучавшая в театральной постановке Московского театра сатиры «Последний парад». Однако в итоге в фильме прозвучала «Погоня», в которую были внесены авторские изменения.

«Старый дом» Высоцкий также, вероятно, предлагал для использования в кино. Эти события, как пишет Ю. Куликов, относятся к 1976 году, когда на «Мосфильме» началась работа над фильмом по сценарию Эдуарда Володарского «Сказание о Емельяне Пугачёве». Высоцкий хотел сыграть в фильме заглавную роль. В итоге, однако, в картину не попали ни песня, ни её автор; Высоцкий снялся в пробе, которую высоко оценили присутствовавшие на съёмках, но на роль Пугачёва был утверждён Евгений Матвеев. Сам автор упоминал о несбывшихся планах использования песни в фильме о Пугачёве на своих концертах. В драматическую постановку «Дом» попал только после смерти Высоцкого, в 1984 году, когда Анатолий Эфрос использовал песню в спектакле Театра на Таганке по пьесе Горького «На дне».

В мае 1976 года, во время пребывания в Париже, Высоцкий записал обе песни для французского лейбла Le Chant Du Monde. Гитарист и аранжировщик Константин Казански вспоминал, что песни были «задекларированы» во Франции как «Погоня» и «Не ко двору», и критиковал закрепившееся за циклом название «Очи чёрные» как отражающее второстепенную, на его взгляд, деталь вместо сути песен, в которых «нет ничего цыганского». Согласно Казански, уже в это время Высоцкий искал общее заглавие для песен ещё с 1975 года, но не сумел его найти. Эти и прочие композиции, общим числом более 20, должны были войти в двойной альбом, однако его выпуск задержался. Вышел он уже после смерти барда, в 1981 году, под названием «Прерванный полёт» (); на нём песни фигурируют как «La poursuite» и «La demeure étrangère» («Чужое жильё»). Тем не менее первая грампластинка с «Погоней» вышла именно во Франции в 1977 году — это был диск Vladimir Vissotsky, выпущенный на лейбле RCA Victor, запись для которого была сделана в Канаде; песня вошла в альбом тоже под названием «La poursuite».

В том же году «Во хмелю слегка…» и «Что за дом притих…» были включены во вторую серию сборника «Песни русских бардов» парижского издательства «YMCA-Press», где были представлены сотни песен Высоцкого. Сборник состоял из компакт-кассет и сопровождавших их отпечатанных текстов песен. Согласно редактору сборника Владимиру Аллою, «наезжавший в Париж Володя Высоцкий очень радовался выходу Собрания» и заранее о нём знал. Однако высоцковед М. Цыбульский отмечает, что сам автор ничего из своих личных записей издателям сборника давать не стал, и те использовали старые фонограммы.

В двойной альбом «Нью-йоркский концерт Владимира Высоцкого, 1979», содержавший записи с выступления в Бруклинском колледже 17 января указанного года, вошли уже обе песни дилогии — первая под названием «Очи чёрные», а вторая как «Старый дом». В 1987 году в США тиражом 999 экземпляров вышел также набор из семи дисков-гигантов, которые содержали записи песен, исполненных Высоцким в парижской студии художника Михаила Шемякина. Записи в ходе визитов певца в Париж выполнил сам Шемякин, который ради этого окончил курсы звукооператоров, на лучший для своего времени магнитофон Revox A700. Высоцкий очень требовательно отнёсся к этому проекту и неоднократно перепевал каждое произведение, пока не получал вариант, который его больше других устраивал. Записи у Шемякина продолжались и после издания «Песен русских бардов», которые для Высоцкого стали стимулом к созданию новых версий песен, исполненных им ранее. В вышедшей в США серии под общим названием «Владимир Высоцкий в записях Михаила Шемякина в Париже, 1975—80» обе части «Очей чёрных» попали в седьмой, заключительный альбом.

В 1981 году и «Погоня», и «Старый дом» (в печатном варианте — просто «Дом») вошли в первый том двухтомника «Владимир Высоцкий. Песни и стихи», выпущенный в Нью-Йорке издательством «Литературное зарубежье» (составитель Аркадий Львов). В этом издании тексты песен разнесены: «Дом» оказался почти в конце тома, среди произведений последних лет творческой карьеры, а «Погоня» разместилась намного раньше. В СССР «Погоня», уже официально звучавшая с экрана при жизни автора, вошла в его первый посмертный сборник «Нерв», который тоже вышел в 1981 году. «Дом», однако, был издан позже — только в 1987 году в журнале «Театр», в подборке «Из неопубликованного», в которую вошла и «Погоня». Когда в конце 1980 — начале 1990-х годов советская фирма звукозаписи «Мелодия» организовала выпуск серии альбомов «На концертах Владимира Высоцкого», «Погоня» и «Старый дом» вошли в состав 12-го альбома серии «Затяжной прыжок» вместе с другими записями 1976 года из коллекции Михаила Крыжановского.

Литературоведческий анализ