Би́тва при Аскало́не — внутренний конфликт в Фатимидском халифате, произошедший весной 997 года недалеко от города Аскалон между двумя военно-политическими фракциями — берберской под командованием Сулеймана ибн Джафара и тюркской под командованием Манджутакина — и их союзниками.

Предыстория Долгое время берберы племени были элитой и ядром армии Фатимидского халифата. Именно они стали первыми приверженцами Фатимидов и способствовали их приходу к власти в Ифрикии в 900-х годах. Хотя вскоре в армию Фатимидов начали поступать и другие этнические группы, кутамиты всё ещё имели для Фатимидов особое значение и считались их опорой. Однако всё изменилось в середине X века, когда Фатимиды после завоевания Египта и последующего продвижения в Левант столкнулись с более воинственными тюркскими гулямами, которые были популярны в местных исламских странах. Начиная с 978 года фатимидский халиф аль-Азиз Биллах набирал их в свою армию в больших количествах в качестве противовеса кутамитам, которые уже начали проявлять свои недостатки. Тюркским гулямам были предоставлены руководящие посты в правительстве и ряд других привилегий, что привело к тому, что между ними и кутамитами, которые чувствовали себя преданными, началось ожесточённое соперничество.

Возможность вернуть своё утраченное положение кутамиты получили в октябре 996 года, когда в разгаре войны с Византией халиф аль-Азиз неожиданно скончался, и его 11-летний сын Абу Али аль-Мансур стал его преемником под почётным титулом аль-Хаким Биамриллах. Во время всеобщей присяги на верность новому халифу кутамиты потребовали, чтобы их вождь был назначен визирем. Поводом для этого послужила непопулярная политика тогдашнего визиря , который к тому же был христианином, единоверцем византийцев. Молодой халиф и его наставник и опекун пошли на уступки и уволили Ибн Настуруса, но Ибн Аммар в конечном итоге был назначен , что на один ранг ниже визиря. Тем не менее это не помешало Ибн Аммару монополизировать власть и постепенно улучшить положение своих соплеменников в ущерб другим этническим группам в стране, особенно тюркам. За относительно короткое время кутамиты разграбили государственную казну, урезав зарплаты не только своим конкурентам, но и гражданской бюрократии.

Всё дошло до того, что в столице Фатимидов Каире появились слухи о намерениях Ибн Аммара свергнуть халифа, чтобы заполучить абсолютную власть и создать чисто берберское государство. Встревоженный этим Барджаван, который к тому же питал собственные амбиции, тайно призвал эмира Дамаска и главнокомандующего армией Фатимидов в Сирии Манджутакина «спасти Египет и халифа от тирании берберов». Будучи сам тюрком, Манджутакин охотно принял его предложение и созвал старейшин Дамаска в Большой мечети для обсуждения происходящих дел в Каире. Хотя Манджутакин уверял, что хочет защитить халифа, согласно свидетельствам, когда он отправил в Каир послание о своём недовольстве новым режимом, со всех кафедр столицы был зачитан указ халифа, в котором последний проклинал Манджутакина и заверял кутамитов в своей особой благосклонности. Израильский историк-востоковед Моше Гиль также считает, что халиф «явно был не в восторге от того, что тюрки прибегают к внутренней войне, когда византийский враг стоит у ворот». Кроме того, известно, что Манджутакин безуспешно пытался искать поддержки у византийского императора Василия II, несмотря на то, что ещё недавно он сам враждовал с ним.

Марш Манджутакина на Каир и битва при Аскалоне

Получив одобрение старейшин, Манджутакин начал подготовку для марша на Каир. Он собрал армию, в которую, помимо тюрков, также входили дейлемиты, разделившие с ними свою судьбу с самого начала, а также чернокожие африканские войска из армии Фатимидов. По словам Ибн аль-Каланиси, всего их было 6000 человек. Когда они достигли Внутренней Палестины, к ним присоединились местные бедуинские племена, такие как кальбиты и , во главе со своими вождями и Муфарриджом ибн Дагфалем соответственно. С их помощью Манджутакин смог занять Рамлу и укрепить тем самым свои позиции.

В это время в Каире Ибн Аммар публично объявил Манджутакина мятежником, который пошёл путём . Чтобы укрепить свою власть, он заставил Барджавана и его приближённых повторно присягнуть ему на верность, а позже он казнил бывшего визиря Исы ибн Настуруса. Остановить марш Манджутакина Ибн Аммар поручил своему генералу Сулейману ибн Джафару, который также был назначен номинальным эмиром Дамаска вместо Манджутакина. Аль-Макризи сообщает, что Сулейман начал собирать армию ещё в ноябре 996 года, но из-за нехватки денег и наводнения лишь в апреле 997 года вышел в путь. По его словам, армия Сулеймана состояла из 3000 или 13 000 берберов и 700 конных гулямов, в то время как Ибн аль-Каланиси утверждает, что их число составляло 16 000 человек. На юге Палестины к ним также присоединились местные бедуины численностью 8000 человек, после чего в Рафахе они столкнулись с авангардными войсками Манджутакина и отбросили их.

Хотя большинство источников сходятся во мнении, что решающая битва между двумя армиями произошла у города Аскалон, египетский историк XIII века утверждает, что она произошла у Рамлы. Он также датирует битву не ранее апреля 997 года, хотя современник событий Яхья Антиохийский называет дату 15 мая 997 года. Между тем, Ибн аль-Каланиси, хоть и не указывает дату, утверждает, что битва длилась три дня. Как бы то не было, Манджутакин, явно недооценивший своего врага, потерпел сокрушительное поражение. Во время битвы Ибн Улайян и Ибн Дагфаль, следуя типичной бедуинской тактике, покинули его и перешли на сторону Сулеймана вместе со своими людьми. По словам Ибн аль-Каланиси, Манджутакин в общей сложности потерял 2000 человек, включая четыре каидов (командиров) и бо́льшую часть дейлемитов, укрывшихся на деревьях. Сам Манджутакин бежал обратно в Дамаск, куда он добрался через три дня.

Последующие события Вслед за Манджутакином Сулейман направился в Дамаск через Рамлу и Тверию. В это время в Дамаске Манджутакин вновь созвал старейшин в Большой мечети и в отчаянии попросил помощи у жителей города. Однако ему отказали, а группа вооружённых людей даже разграбила его дом. После этого Манджутакин был вынужден покинуть город и продолжить своё бегство. За его поимку Сулейман объявил награду в 10 000 дирхамов, после чего многие местные жители бросились за Манджутакином. По словам Ибн Асакира, Манджутакин был схвачен Ибн Дагфалем в районе Деръа, однако Ибн аль-Каланиси утверждает, что его схватил сын Ибн Дагфаля, Али, который затем передал его Сулейману. Сулейман, в свою очередь, отправил Манджутакина в Каир к Ибн Аммару, который, как сообщается, встретил пленного мятежника хорошо, чтобы таким образом завоевать симпатии тюрков. Здесь Манджутакин прожил свои последние годы в тихом уединении.

Тем временем Сулейман, задержанный по пути по неясным причинам, послал в Дамаск передовой отряд из 5000 человек под командованием своего брата . Хотя жители Дамаска поначалу отказались впустить его, спустя время Али удалось сломить их сопротивление угрозами, после чего те были вынуждены сдаться. Наконец, 2 августа прибыл сам Сулейман с основной частью армии и установил свой контроль над Дамаском. Хотя Сулейман быстро завоевал лояльность жителей города, вскоре он совершил серьёзную ошибку, уволив с поста эмира Триполи и заменив его своим братом, несмотря на то, что тот тоже был кутамитом. Недовольный Ибн Самсама отправился в Каир и тайно вступил в союз с Барджаваном. Поскольку бо́льшая часть берберской армии в то время находилась в Сирии, Барджаван теперь решил открыто выступить против Ибн Аммара и заключил соглашение с тюрками Каира, которые, несмотря на все попытки Ибн Аммара примирить их со своим режимом, всё ещё завидовали его предвзятому отношению к своим соплеменникам. В течение нескольких дней в Каире между тюрками и берберами происходили уличные бои, и Ибн Аммар, после того, как его план по убийству Барджавана провалился, был вынужден бежать. После этого 4 октября Барджаван был провозглашён новым васита и принял на себя управление Фатимидским халифатом в качестве регента халифа аль-Хакима.

С побеждённым кутамитами Барджаван обходился снисходительно. Он также позволил беглецу Ибн Аммару вернуться в Каир, хоть и на время поместил его под домашний арест. Чтобы оправдать ожидания тюрков, он вернул им многие руководящие должности; Ибн Самсама был назначен эмиром Дамаска вместо его обидчика Сулеймана, который был изгнан жителями Дамаска после известия о свержении Ибн Аммара. Таким образом, Барджаван восстанавливал ту стабильность, существовавшую при халифе аль-Азизе. Однако после того, как в 1000 году Барджаван попал в опалу и был убит по приказу аль-Хакима, который затем взял бразды правления в свои руки, эта стабильность вновь была нарушена. Хотя поначалу тюрки опасались, что кутамиты снова захватят власть, молодой халиф сразу же проявил свою твёрдость и независимость. Более того, воспитанный всё детство Барджаваном, который постоянно внушал ему страх и ненависть к кутамитам, аль-Хаким за 20 лет своего самостоятельного правления казнил многих их видных вождей, включая Ибн Аммара. Положение кутамитов неуклонно ухудшалось и при последующих халифах, в то время как тюрки приобретали всё бо́льшую власть.

В , когда центральная власть Фатимидов была ослаблена, тюрки даже установили свой контроль над Каиром, что привело к созданию вакуума власти и возобновлению межэтнических конфликтов, в частности снова с участием кутамитов. Беспорядкам в столице был положен конец с приходом к власти умелого и безжалостного визиря Бадра аль-Джамали в 1073 году, чьё правление стало поворотным моментом в истории Фатимидского халифата и спасло его от полного краха. Бадр провёл ряд реформ, включая чистку элиты, в ходе которой тюрки и кутамиты были навсегда исключены из армии Фатимидов.

Примечания Комментарии

Источники

Литература

Аскалон Аскалон Аскалон Аскалон Категория:События 15 мая Категория:История Ашкелона Категория:Рамла Категория:Джаррахиды Категория:Кальбиты (племена)