«Портре́т гра́фа Ф. Ф. Сумаро́кова-Э́льстона, впосле́дствии кня́зя Юсу́пова» — картина русского художника Валентина Серова, созданная им в 1903 году в имении Юсуповых Архангельское под Москвой. На ней изображён представитель княжеского рода заказчиков, будущий убийца Григория Распутина, а также супруг княжны Ирины Александровны, племянницы императора Николая II, Феликс Сумароков-Эльстон. Рядом с ним любимый бульдог князя, похороненный впоследствии хозяином во внутреннем дворе своего дворца на Мойке в Санкт-Петербурге.
До революции 1917 года портрет находился на даче Зинаиды Юсуповой в Царском Селе, затем, после её национализации, в коллекции Царскосельского музея, а в 1921 году поступил в Государственный Русский музей из Петроградского филиала . «Портрет графа Ф. Ф. Сумарокова-Эльстона, впоследствии князя Юсупова» демонстрируется в постоянной экспозиции музея в зале № 69, где представлены и другие портреты семьи Юсуповых кисти Валентина Серова. Портрет был неоднократно представлен на международных и всероссийских выставках как в дореволюционный, так и в советский период, а также в постсоветской России.
Портрет неизменно находится в сфере интереса зрительской аудитории. Ему посвящены фрагменты воспоминаний самого Феликса Юсупова-младшего, эпизоды писем Валентина Серова, исследования крупных советских и российских искусствоведов. Среди них академик Игорь Грабарь, доктора искусствоведения Илья Зильберштейн и Владимир Леняшин, кандидат искусствоведения
Изображение на картине
Картина выполнена в технике масляной живописи по холсту. Её размер 89 × 71,5 см. На полотне изображён шестнадцатилетний к моменту окончания портрета граф Феликс Феликсович Сумароков-Эльстон, с 1917 года носивший титул князя Юсупова, сын графа Феликса Феликсовича Сумарокова-Эльстона, на 1903 год уже князя Юсупова, и княгини Зинаиды Николаевны Юсуповой. Феликс Сумароков-Эльстон одет в тёмно-серую куртку с некоторым сиреневым оттенком, на шее у него повязан чёрный галстук.
Сумароков-Эльстон позирует в интерьере вестибюля усадьбы Архангельское под Москвой. Торжественный и монументальный вестибюль дворца практически не виден из-за крупного плана, избранного художником. На портрете оказываются незамеченной зрителем его значительная высота, подчёркивающие её плоские колонны-пилястры (они едва угадываются на заднем плане портрета), роспись стен и потолка, выполненная в серых и серебристых тонах гризайлью (изображены курильницы, листья аканта, меандр, лиры, лебеди, венки, ленты). Пилястры выдержаны в стиле коринфского ордера, росписи носили ампирный характер.
Юноша обнимает левой рукой свою собаку — бульдога Клоуна за шею и держит её за лапу согнутой в локте правой рукой. Анонимный автор статьи, посвящённой картине в научно-популярном журнале собаководов «», так охарактеризовал замысел художника: «Серова заинтриговало сопоставление красивого, но холодного, будто сошедшего с греческого мрамора лица юноши и очень выразительной, живой и умной морды бульдога».
С правой стороны за спиной у графа находится скульптурное изображение собаки из белого мрамора. В искусствоведческой и научно-популярной литературе встречается также утверждение, что скульптура собаки выполнена из гипса. Два мраморных изображения собак обычно стояли в вестибюле у входа в парадные залы. Считается, что скульптуры собак кроме декоративного имели ещё и символическое значение. Они воспринимались как стражи.
В глубоких нишах (на портрете Серова они не видны) находились также две скульптурные композиции на античные темы: «Амур и Психея» и «Кастор и Поллукс». Помещение освещалось большой позолоченной деревянной люстрой начала XIX века. Интерьер вестибюля дополняли столы и табуреты с резными позолоченными вставками.
В нижнем правом углу полотна на лицевой его стороне находится автограф художника и датировка «Сѣровъ 903».
Феликс Сумароков-Эльстон в 1902 и 1903 годах В начале 1902 года подросток уже вёл активную светскую жизнь, а обучение его проводили нанятые родителями частные преподаватели. Занятия не вызывали у Феликса энтузиазма, знания и учебные навыки давались ему с большим трудом, результаты учёбы были скромными. Мальчик был избалован всеобщей любовью и заботой, отличался весёлым нравом и склонен к хитрости. Самую сильную привязанность у него вызывали мать и старший брат Николай. Летом 1902 года Феликс и Николай отправились без сопровождения родителей в поездку за границу. Целью её было знакомство с красотами природы и искусством Италии. В Германии, где они были проездом, братья разделились. Николай отправился путешествовать самостоятельно, а Феликс — в сопровождении наставника (профессора-искусствоведа Адриана Прахова). Находясь в Италии, Феликс Юсупов-младший отказывался посещать местные музеи, страдал от жары, а по вечерам убегал из гостиницы и «отправлялся бродить по городу, заводя новые знакомства с малоизвестными людьми». Во время такой прогулки один из новых знакомых отвёз мальчика в местный публичный дом. Подросток был удивлён, встретив среди его посетителей Адриана Прахова, который, ничуть не растерявшись, приветствовал его возгласом: «Дон Феличе!».
В начале августа 1902 года братья вернулись из путешествия за границу. В том же месяце Феликс в сопровождении наставника направился в Санкт-Петербург для поступления в одно из наиболее прогрессивных и престижных учебных заведений того времени — гимназию Гуревича и долгое время жил с тех пор между особняком в Царском Селе и перестраиваемым дворцом в столице. Подросток страдал от разлуки с матерью, жил в постоянном страхе перед провалом на экзамене в учебное заведение, отличался рассеянностью, испытывал взаимную антипатию с директором гимназии — историком и издателем Яковом Гуревичем, неприязнь с которым возникла сразу после знакомства. После успешной сдачи экзаменов в гимназию с помощью многочисленных нанятых в столице и летней царской резиденции репетиторов он приступил к занятиям только 1 сентября 1903 года. Гимназия была известна строгой дисциплиной. Учился Феликс Сумароков-Эльстон «неохотно и не очень успешно».
Пёс Клоун
Рыжего щенка с чёрной мордочкой по кличке «Наполеон» маленький Феликс Сумароков-Эльстон вместе с матерью купил на Рю-де-ла-Пе во время поездки по Франции, в Париже. Юсуповы прибыли в столицу Франции для посещения Всемирной выставки 1900 года. Посещение павильонов казалось мальчику скучным, было очень жарко. Однажды мальчик стал поливать из пожарного шланга толпу парижан, что закончилось полицейским участком и штрафом на родителей. В качестве наказания родители запретили Феликсу посещение выставки. После этого он в одиночестве некоторое время гулял по Парижу, «заходил в бары и знакомился с кем ни попадя. Когда же… привёл новых знакомцев… в отель, родители ужаснулись и впредь запретили мне гулять одному», — рассказывал князь в воспоминаниях, созданных после эмиграции из России.
Авторы каталога выставки «Жизнь замечательных собак», состоявшейся в Мраморном дворце в 2025 году, дополняют отсутствующую в воспоминаниях князя Юсупова деталь: Зинаида Юсупова якобы купила сыну собаку у приставшего к ним с Феликсом торговца живым товаром. Сам же Феликс Юсупов, напротив, рассказывал в мемуарах: «Наполеон так мне понравился, что я стал упрашивать матушку купить его».
Сразу после приобретения мальчик переименовал «Наполеона» в «Клоуна» (), так как называть пса именем императора он посчитал «кощунственным». Вскоре пёс, по утверждению самого Юсупова, стал любимцем окружающих независимо от их сословной принадлежности: «Он был как уличный парижский мальчишка, любил пофрантить и принимал важный вид перед фотографами. Обожал конфеты и шампанское. Когда пьянел, становился уморительным. А если у него пучило живот, он подходил к камину и совал туда зад с виноватым видом, точно прося прощения». Вместе с тем, по словам хозяина, Клоун был и неплохим охотничьим псом. Юсупов писал, что Клоун мог бы выступать в цирке: «В жокейском костюмчике он забирался на пони и с трубкой в зубах изображал курильщика».
Пёс имел свои симпатии и антипатии (в этом случае он «задирал ногу на брюки или юбку врага»). Одну из подруг матери хозяина он так ненавидел, что его приходилось запирать, если она приходила в гости. Однажды, когда это забыли сделать, он испортил ей «восхитительное платье розового бархата». Юсупов вспоминал, что как-то к Юсуповым в гости приехал обер-прокурор Святейшего синода и «слишком засиделся». Тогда мальчик набелил и нарумянил пса, «как старую кокотку», одел его в парик и платье и в таком виде отправил в гостиную. Клоун подошёл к гостю на задних лапах. Возмущённый обер-прокурор немедленно удалился.
Юсупов был неразлучен с Клоуном, даже спал пёс на одной подушке с мальчиком. Клоун умер, прожив 18 лет. Князь похоронил его во дворе своего дворца на Мойке в Санкт-Петербурге. Во время создания портрета юноши Валентин Серов настаивал, чтобы пёс позировал вместе с хозяином, и называл именно Клоуна своей лучшей моделью.
Создание портрета Биограф Феликса Юсупова-младшего Елизавета Красных писала, что начало XX века было счастливым временем для семьи Юсуповых. Именно из-за желания запечатлеть это счастье, с точки зрения Красных, княгиней Юсуповой и был приглашен Валентин Серов, который воспринимался тогда светским обществом как модный портретист. Ему были заказаны портреты всех членов семьи. Красных считала, что именно портреты Серова стали «дореволюционной визитной карточкой самой богатой семьи России».
Кандидат искусствоведения сделала вывод о художественных пристрастиях семейства Юсуповых на основе анализа картин, украшавших интерьеры принадлежавших им особняков, а также по интерьерным фотографиям Зинаиды Юсуповой. С точки зрения искусствоведа, семья предпочитала портретный жанр, а в его рамках работы представителя стиля рококо — французского художника Жана-Батиста Грёза. При этом, не делалось различия между оригиналами и копиями. Юсуповы постоянно фотографировалась как в России, так и за рубежом, но параллельно заказывались и создавались живописные портреты представителей семьи. Такие портреты создали модный в то время французский живописец Франсуа Фламинг, художник-академист Константин Маковский, русский живописец и общественный деятель консервативного толка Клавдий Степанов.
С первых лет существования творческого объединения «Мир искусства» Валентин Серов активно участвовал в его деятельности. В 1900 году Валентин Серов вышел из Товарищества передвижных художественных выставок и с 1901 года стал участвовать в выставках группы «36 художников», для которой были характерны свобода художественного творчества и близость к идеалам «Мира искусства». В это время он жил на постоянной основе с семьёй в Москве, преподавал в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, а летние месяцы обычно проводил в своём недавно приобретённом имении в Великом княжестве Финляндском. Советский искусствовед Марк Копшицер относил начало работы над циклом портретов Юсуповых к 1902 году. Принятие заказа на них искусствовед объяснял накопившимися к этому времени большими долгами художника, который незадолго до его получения как раз и приобрёл родовое «гнездо». В 1901 году Серов купил на берегу Финского залива участок в восьми километрах от дачи русского гравёра Василия Матэ рядом с деревней Ино, недалеко от рыбачьего поселка . Это была крестьянская мыза, которую новый владелец стал перестраивать в большую и просторную двухэтажную дачу. «Постройка и лошадь (купил) разорили меня»,— писал Валентин Серов художнику Илье Остроухову. Даже находясь в Архангельском, художник постоянно обращался мыслью к строительству дома в тогдашнем Финляндии.